В детстве дед научил Дашу играть в шахматы, и сейчас она узнала позицию на доске. Это была хорошо известная партия: хозяин лавки играл белыми против черных, которые разыгрывали классическую староиндийскую защиту.
– Вам нужно пойти конем на Е6! – проговорила Даша неожиданно для самой себя.
– Вот как! – хозяин взглянул на нее с интересом. – А вы, оказывается, играете?
– Да нет, – Даша отчего-то смутилась. – То есть я играла немного в детстве, меня научил дедушка. Но уже очень давно не брала шахмат в руки…
Она отвернулась от доски, затем вновь взглянула на нее и увидела, что черные сделали очередной ход. Они выдвинули вперед белопольного слона, создав сильную угрозу на левом фланге.
– Вот как! – хозяин лавки потер пальцами переносицу, как будто ход противника поставил его в тупик. – Неожиданный ход… сильный и неожиданный… – Он поднял глаза от доски, улыбнулся Даше и проговорил: – Извините, я очень плохо исполняю обязанности хозяина. Дело в том, что эта партия чрезвычайно важна, от ее исхода зависят судьбы многих людей, и не только людей!
«Странный старик, – подумала Даша. – Играет сам с собой – от одиночества, конечно, но считает эту партию такой важной, словно на кону стоят судьбы мира… впрочем, в его возрасте такие чудачества вполне простительны».
Тем временем старик, не вставая с кресла, достал и поставил на стол вторую свечу в подсвечнике, зажег ее. Только теперь Даша разглядела его лицо. Оно было покрыто застарелым загаром, словно его продубило жестокое солнце южных морей, и исполосовано глубокими кривыми шрамами, как у старого пирата.
Вслед за второй свечой на столе появилась запыленная бутылка и два старинных хрустальных бокала.
– Позвольте предложить вам немного вина, Дарья Александровна! – проговорил хозяин, поднимаю бутылку. – Это замечательное вино, уверен, вы такого никогда не пробовали.
– Я, пожалуй, не буду… – ответила Даша и удивленно воскликнула: – А откуда вы знаете, как меня зовут?
– Странный вопрос, – старик взглянул на нее искоса. – Не думаете же вы, что у меня какие-то сверхъестественные способности? Разумеется, я узнал ваше имя в горсправке.
– Где? – переспросила Даша.
– Неважно, – хозяин махнул рукой. – Так все же как насчет вина? Не отказывайтесь, потом всю жизнь будете жалеть!
– «Лучше сделать и жалеть, чем жалеть о несделанном!» – проговорила Даша всплывшую откуда-то из недр ее памяти фразу. – А, ладно, наливайте! Где наша не пропадала!
– Золотые слова! – одобрил старик и наполнил ее бокал.
Вино было темно-рубиновым, изумительного оттенка.
Даша подняла бокал, посмотрела сквозь него на пламя свечи. Полутемная комната наполнилась удивительным живым светом, рубиновые отсветы рассыпались по стенам.
Даша вспомнила детство, дачу на Карельском перешейке. Дом был старый, должно быть, построенный сразу после войны, очень большой, но самой интересной его частью была веранда с удивительными разноцветными стеклами – янтарно-желтыми, сапфирово-синими, но самые красивые были густо-красными, такого же удивительного рубинового оттенка. Маленькая Даша смотрела на улицу через эти стекла, и все становилось таким незнакомым, таким удивительным…
– Выпьем за судьбу, Дарья Александровна! – торжественно произнес старик. – За судьбу и за тех людей, кто вольно или невольно становится ее орудием!
Даша поднесла бокал к губам, отпила маленький глоток.
Вино и правда было удивительное – у него был теплый, нежный вкус и запах летнего полдня, запах луговых трав, от которых сладко замирает дыхание и кружится голова…
– Кто же вы такой? – спросила Даша, отставив бокал и с любопытством глядя на нового знакомого.
– Кто я такой? – машинально переспросил хозяин. Он ее не слушал, он снова погрузился в позицию на шахматной доске, недовольно морщась и потирая переносицу. – Однако… какой сильный и неожиданный ход!
– А что, если вам поставить ладью на G4? – предложила Даша, взглянув на доску.
– Как вы говорите? – старик высоко поднял брови. – А что, пожалуй, это лучший выход!
Он переставил фигуру и поднялся из своего кресла, ушел в темноту лавки и что-то принялся искать на одной из полок.
– Я хочу сделать вам маленький подарок! – проговорил он, не оборачиваясь. – Да где же она?..
Даша проследила за ним взглядом и снова посмотрела на шахматную доску.
Черные снова сделали ход, на этот раз переместив ферзя. Черный ферзь угрожал и белому королю, и другим фигурам.
Но как это возможно? Ведь хозяин лавки не подходил к доске, вот он, возится возле полки! Кто же тогда переставил черного ферзя? Против кого играет хозяин?
– Вот, Дарья Александровна, я ее нашел! – радостно проговорил старик, вернувшись к столу, и поставил перед ней красивую жестяную коробку.
На коробке были нарисованы люди в нарядных костюмах восемнадцатого века – дамы в пышных платьях с кринолинами, мужчины – в расшитых серебром и золотом камзолах, и те и другие – в напудренных париках.
– Что это? – спросила Даша.
– Чай! – ответил хозяин и поднял брови. – Очень хороший чай! И коробочка тоже непростая, это музыкальная шкатулка…
Даша подумала, что видела подобные чайные коробки в обыкновенном магазине, но не стала расстраивать хозяина.
Он тем временем взглянул на доску и забеспокоился:
– Ну, надо же, опять – какой сильный ход! Этот ферзь может разрушить всю мою оборону! Что же делать?.. – Старик забарабанил пальцами по столу, наморщил лоб, глубоко задумавшись. Затем поднял глаза на Дашу и проговорил виноватым, смущенным голосом: – Простите, Дарья Александровна, опять я плохо исполняю роль хозяина! Но дело в том, что эта шахматная партия очень важна, и не только для меня, но и для вас, и для многих людей. От ее исхода зависит нечто важное, весьма важное… Никак нельзя допустить, чтобы черные выиграли, поэтому я так невнимателен к вам…
– Да что вы, – вежливо ответила Даша. – Напротив, вы ко мне очень внимательны, и вообще, мне, наверное, уже пора идти…
– Подождите, подождите еще немного! – воскликнул старик. – Чтобы вам не было скучно, послушайте пока эту музыкальную шкатулку!
Он повернул маленький ключик на боковой стенке чайницы, и раздались первые такты старинного менуэта.
Даша сложила руки на коленях, как прилежная ученица. Она решила из вежливости выслушать менуэт, а после этого откланяться.
Музыка тем временем звучала все громче и громче, слишком громко и выразительно для музыкальной шкатулки. Даша с удивлением услышала приглушенные, вкрадчивые звуки клавесина, потом к ним присоединились скрипка и виолончель. Взглянув на чайную коробочку, она не поверила своим глазам. Дамы и кавалеры, нарисованные на ее стенках, чинно танцевали под музыку! Один из кавалеров, высокий господин в голубом с серебром камзоле, перехватив Дашин взгляд, поклонился ей и протянул руку, в которой был зажат лист бумаги.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
