– Что кончится? – Яна, выбитая из седла вероломным отъездом Ливнева, явно плохо соображала.
– Твои мучения. Как тебе план?
– Знаешь, давай обойдемся без собаки. А то, не ровен час, она и нас заодно сожрет. Не люблю я бультерьеров. А вот на газовый баллончик и кастет я согласна. Кстати, а откуда у тебя кастет?
– От Егора остался. Помнишь Егора? Ну так вот, он как-то выронил, а я подобрала. Я однажды, представляешь, чуть глаз ему не выбила этим кастетом, когда он вздумал мне сцены ревности устраивать. Значит, идем?
– Ладно. Но ты пойдешь первая, – решила Яна.
Маша посмотрела на нее с неудовольствием, но спорить не стала. По лестничной площадке девушки крались как по минному полю.
– Я пошла, – шепнула Маша, взявшись за дверную ручку. – Ты за мной. Передвигаемся по квартире спина к спине.
– Чтобы сзади не напали?
– Естественно! В случае чего – поливай бандитов из баллончика, не бойся.
– Поливать из баллончика я не боюсь, – отмахнулась Яна. – Я боюсь в принципе. Кстати, будь готова: я могу завизжать от страха.
– Ну и визжи, – разрешила Маша. – Только громко. Главное – про баллончик не забывай.
Через несколько минут подруги убедились, что в квартире никого нет. Они стояли посреди гостиной и недоуменно крутили головами. Гостиная была разгромлена.
– Вот сволочи! – нарушила наконец молчание Маша. – Кто же это так постарался?
– Я не знаю, – пробормотала Яна, и ее подбородок снова мелко задрожал. – Сегодня точно не мой день.
Она была потрясена открывшейся картиной. Шкафы раскрыты, вещи беспорядочно раскиданы, ящики выдвинуты и перевернуты, книги вперемешку с дисками валяются на полу. В кухне царил не меньший беспорядок, вандалы побывали и там.
– Одну проблему мы все-таки решили, – бодро заявила Маша, хлопнув подругу по плечу.
– Какую? – Яна ходила по комнате и хваталась то за одну вещь, то за другую.
– Без ущерба для здоровья вошли в квартиру.
– Ты уверена, что никто здесь не прячется?
– Сама видишь – пусто, – развела руками Маша. – Я даже под ванну заглядывала.
– А мы входную дверь за собой закрыли? – неожиданно спохватилась Яна. – Вдруг они вернутся?
– Успокойся, я все замки защелкнула.
– Маш, что теперь делать?
– Ясно – что. Звонить в полицию. Только сначала выясни, что у тебя пропало. А потом уж вызывай стражей порядка. Пусть приезжают и начинают искать тех гадов, которые взломали квартиру.
– Хорошо. Ладно. Дай сообразить, где у меня ценные вещи…
Яна принялась быстро перемещаться по комнатам, наклоняясь, раскапывая, исследуя и извлекая на свет божий. Вскоре она плюхнулась на диван и беспомощно развела руками.
– Можешь поверить, что у меня ничего не украли?
– Нет, – честно ответила Маша, еще раз внимательно оглядев царящий вокруг хаос.
– И тем не менее ничего не украли. Ужасно странно. Это что, акт вандализма? Ко мне забрались, чтобы порезвиться?
– Ты точно все проверила? Деньги на месте? – начала задавать вопросы Маша.
– На месте.
– Украшения твоей бабушки?
– Все до одного тут.
– Документы? Шуба?
– Ты спятила? Кто станет красть мою шубу? Она давно состарилась и облысела на локтях.
– Я и забыла, – пробормотала Маша.
– Шуба на месте, и документы тоже. Если вызвать полицию, что я скажу?
– Что вскрыли квартиру и устроили обыск. Пусть будут в курсе. Мало ли что дальше случится!
– Дальше? Ты зачем сейчас меня пугаешь? Чтобы я к тебе ночевать напросилась?
– Да приходи, места много, – пожала плечами Маша.
– Ну да, Ливнев же уехал, – нарочито равнодушным тоном заметила Яна.
Маша сделала вид, что ничего не слышала, и снова переключилась на взломщиков.
– Нет, не верю я, что в дом забрались и ничего не стырили. Это как-то не вяжется с менталитетом русского бандита. Давай начнем приводить все в порядок, и по ходу дела ты сориентируешься. Может быть, лезли за чем-то определенным? Ты не хранишь дома досье или другие юридические документы?
– Ты же знаешь, что нет. Я ненавижу таскать работу домой. Дом – это заповедная территория.
– Да-да, – проворчала Маша. – А теперь в заповедник проникли браконьеры.
Переговариваясь, они дружно принялись за дело, и через некоторое время их усилия наконец принесли свои плоды.
– Машка! – воскликнула Яна, стоя посреди комнаты с пустым ящиком в руке. – Знаешь, что пропало?
– Что? – Маша настороженно посмотрела на подругу.
– Диктофон.
– Цифровой?
– Да, он цифровой, но все равно стоит недорого.
– Почему ты при этом вытаращила глаза? – с подозрением поинтересовалась Маша. – Выглядишь так, будто тебе за шиворот засунули скорпиона. Ага! Все-таки записывала на него какие-нибудь деловые разговоры?
– Ошибаешься, – зловещим голосом объявила Яна. – Я записывала на него сны Федоренкова.
– Те, про которые ты рассказывала? Все эти его сонные бормотания, всхрапывания и завывания?
– Абсолютно все.
– Значит, взлом твоей квартиры может быть связан с исчезновением Федоренкова? – Маша выпрямилась на стуле и раздула ноздри, словно собака, взявшая след.
– Судя по всему, так оно и есть.
– А кто вообще мог знать, что ты записывала Федоренкова на диктофон? – тотчас спросила Маша. Мозги у нее работали как надо.
– Сам Федоренков, – мгновенно ответила Яна. – Кажется, больше никто.
– Но зачем Федоренкову взламывать замки, если у него есть ключи от квартиры? Если только…
– Если только он хотел отвести от себя подозрения, – закончила ее мысль Яна.
Девушки некоторое время молчали, глядя одна в стену, другая в окно.
– Может, Федоренков и впрямь шпион? – высказала наконец робкое предположение Яна.
– Американский, – не без ехидства подтвердила Маша. – Записал по случаю, как Обама ругается с женой, а та грозится принять российское гражданство. И вот теперь решил продать запись ЦРУ.
– Сейчас не время шутить, – обиделась Яна.
Маша немедленно посерьезнела.
– И много там было записей?
– Полно. Юрка такие тексты выдавал – закачаешься. Иногда смешные, иногда очень странные. Я ему как-то сказала – он не поверил. Говорит: мне нужны вещественные доказательства. Вот я и взялась доказывать… Но он их так ни разу и не прослушал.
– А теперь, когда пришлось прятаться, решил наверстать упущенное? Странно.
– И все-таки мне кажется, тут был не он, – покачала головой Яна. – Скорее его враги.
– Зачем врагам ночные кошмары Федоренкова? – не согласилась Маша. Чтобы не сидеть просто так, она сварила кофе и разлила его по чашкам. – Ты помнишь хоть что-нибудь из этих его снов? Сможешь повторить?
– Повторить вряд ли, там много всего было. Похоже на бред, но все-таки не бред, а что-то наподобие рассказов. Да и половину из них я проспала.
– А вдруг твой Федоренков во сне какие-нибудь институтские секреты выбалтывал? – высказала предположение Маша.
– Да нет в этом дурацком институте никаких секретов, еще Дарья тебе говорила! Юрка все больше какую-то чушь нес. Про комаров-бюрократов и жаб на дирижаблях.
– Как, как? Комары-бюрократы? – фыркнула Маша. – Почему такое название?
– Откуда я знаю? И главное, каждый раз из него выскакивало что-то новое. Впрочем, нет! Иногда он повторялся.
– Жалко, что теперь его истории послушать нельзя.
– А вот и можно, – с торжеством в голосе возвестила Яна. – Я все файлы сбросила в свой компьютер. Меня на работе заставляют дублировать каждую фитюльку, вот я по привычке и Федоренкова задублировала…
– Светлая голова! – похвалила подругу Маша. – Давай-ка мы с тобой убедимся, что в ночных кошмарах Федоренкова нет ключика, который поможет нам раскрыть убийство Дарьи. Или хотя бы отыскать самого Федоренкова, будь он неладен.
Яна принесла из комнаты лэптоп и, как только экран засветился, радостно воскликнула:
– Все на месте! Если честно, я боялась, что файлы удалили взломщики. Но нам, выходит, повезло. Кстати, считается, что во сне люди говорят исключительно правду.
– Будь я на твоем месте, я бы ночами не спала, а только слушала. Когда еще от мужика можно услышать слово правды? Ты вот дрыхла, а вдруг Федоренков по ночам рассказывал о Зое и Альбине? Ты же все прохлопала.
– Ну вот сейчас и узнаем, о чем он там рассказывал. – Яна сосредоточенно застучала по клавиатуре. И через минуту воскликнула: – Готово! Теперь сиди смирно.
Сначала из динамиков слышалось лишь сопение и легкое похрапывание. Затем неожиданно наступила тишина, и вдруг раздался голос Федоренкова, который забормотал негромко, но довольно отчетливо:
– Слон, еще слон, еще слон, снова слон, еще слон, опять слон, за ними еще и еще слоны…
– Почему он слонов считает? – шепотом спросила Маша, словно Федоренков спал сейчас на соседнем диване и она боялась его разбудить. – Бессонницей страдал?
– Да тихо ты, – отмахнулась Яна. – Если ты с самого начала начнешь болтать, мы все прослушаем.
