Как это сделать? Какими силами? Через земотделы? Через школу? Через политпросветучреждения? Через союз работников земли и леса? Через союз работников просвещения? Все силы должны быть обращены на это дело — это несомненно. Но результаты эта работа может дать лишь при одном условии: если в каждом типичном сельскохозяйственном районе будут созданы могучие очаги сельскохозяйственной культуры, которые будут направлять работу всех поименованных выше организаций в надлежащее русло, инструктировать ее, проверять. Без этого работа будет носить характер жалкого кустарничества, каковой она и носила сплошь и рядом до сих пор.
Какой же облик должны носить эти очаги сельскохозяйственной культуры? Что должны они представлять собой?
Недавно ездил в командировку в Америку с целью изучения постановки земледелия в Северо-Американских Штатах виднейший из наших российских агрономов проф. Н. М. Тулайков. Ему особенно бросилась в глаза крупная роль, которую играют в земледелии штатов высшие сельскохозяйственные учебные заведения. Цель этих учебных заведений — не только подготовка сравнительно небольшого числа агрономов: цель их — поднятие уровня сельского хозяйства в штате, широкая постановка сельскохозяйственной пропаганды в нем путем изданий, выставок, лекций, курсов, инструктирования сельскохозяйственных объединений, клубной работы, школы и т. д. Конечно, такая целевая установка влияет и на характер самого преподавания. На практике — на живой работе, в процессе этой работы — вырабатывает американское высшее учебное заведение будущих спецов-практиков, вооруженных в достаточной мере и знанием и умением. Такая установка исключает всякую схоластику, всякую бесплодную растрату времени и энергии.
Чем больше думаешь на эту тему, тем больше начинаешь оценивать значение такого подхода к делу.
Если мы посмотрим на наши российские высшие учебные заведения, на которые государство затрачивает громадные деньги, отрывая их от начальной и средней школы, от политпросветработы, и куда мы усиленно направляем рабочую и крестьянскую молодежь, то на нас повеет духом тления. Никакое вливание нового вина (общественных наук) в старые мехи не принесет никакой пользы. Послушайте хотя бы разговоры профессора на больную тему — о методах преподавания, и вам станет жутко от схоластической постановки вопроса. В наших высших учебных заведениях мертвый не только хватает живого — он его уже задавил в своих объятиях. Схоластическая высшая школа мертвит и среднюю. Посмотрите на наши рабфаки. Какую неприглядную печать накладывает на них высшая школа! Нет, долой схоластику! Но сколько бы мы ни вопияли, ни кричали неистовым голосом: «Долой схоластику!»— дело не изменится, если мы не изменим целевую установку высших специальных учебных заведений, не превратим их из аппарата для высиживания патентованных спецов в живой организм, неразрывно связанный с окружающей практикой, составляющий главное, существенное звено в производстве. Горная академия должна быть не в Питере, а на Урале, в Донбассе и вести определенную производственную работу; высшие сельскохозяйственные заведения — в соответствующих сельскохозяйственных районах; педагогические техникумы должны стоять в центре педагогической жизни своего города, должны вести крупную педагогическую работу и т. д. и т. п. Это значительно сократит расходы государства, а главное — все дело поставит совершенно на другие рельсы, придаст ему совершенно другой темп.
Это вопрос громадной важности. Жизнь выдвинула его на первый план с необычайной настоятельностью.
Наряду с высшими сельскохозяйственными учебными заведениями стоят сельскохозяйственные опытные станции, ведущие крупную исследовательскую работу. Чем более массовый характер имеют наблюдения, проверка известных фактов, тем ценнее исследование. И потому работа сельскохозяйственных опытных станций в очень многих своих частях должна опираться на участие в ней населения. Втянуть население в работу станции, заинтересовать в ее исследованиях, опытах — одна из насущнейших задач. Опытные сельскохозяйственные станции могут при правильной постановке работы развиться в такие же могучие центры сельскохозяйственной культуры, как и высшие учебные заведения.
Конечно, работа тех и других должна идти рука об руку и быть тщательно сконцентрирована, планомерно распределена.
Само собой, что производимая высшими сельскохозяйственными учебными заведениями и опытными сельскохозяйственными станциями работа должна быть тесно связана с работой Наркомзема, должна углублять ее и дополнять. План работы Наркомзема вытекает из потребностей страны; понятно, на этих потребностях только и может базироваться работа высших сельскохозяйственных учебных заведений и работа сельскохозяйственных опытных станций. Поэтому координация той и другой работы вполне естественна, повелительно диктуется сутью дела.
Предположим, в данном сельскохозяйственном районе существуют высшее сельскохозяйственное учебное заведение и опытная станция, ставящие себе целью инструктирование района, постановку в нем сельскохозяйственной пропаганды. Это меняет сразу работу и земотделов и всего агрономического персонала. Агроном в своей работе уже опирается не на свой только личный опыт, а на исследовательскую работу; он может всегда для своей работы получить весь необходимый материал; он ведет пропаганду на месте, пропаганду наглядную, опытную; он работает по общему плану, его работа не теряется где-то в пространстве, она учитывается, перестает носить кустарный характер.
Агрономический персонал, весь союз работников земли и леса связан с агрономическим центром района, который помогает ему обновлять свои знания, помогает ему в его работе, помогает превратить каждый совхоз, целый ряд крестьянских хозяйств в образцовые опытные базы, служащие могучим средством пропаганды.
Меняется работа средних и низших сельскохозяйственных школ. Они связываются в определенную агрономическую «нервную систему» с центром в высшем учебном заведении. Оно питает эти учебные заведения, и оно же использует их силы в целях той же сельскохозяйственной пропаганды.
Политпросветработа в избах-читальнях, библиотеках, клубах, народных домах при наличии центра сельскохозяйственной культуры потеряет свой дилетантский и случайный характер. Политпросветчики должны будут всерьез учиться агрономии, заслушивая организуемые сельскохозяйственным центром курсы, будут получать все необходимые указания, работать по определенному плану. Политпросветучреждения смогут тогда из учреждений, вызывающих часто насмешку у крестьянина, превратиться в опорные пункты сельскохозяйственной пропаганды. Для самих политпросветучреждений это будет иметь совсем особое значение. Сельскохозяйственный уклон, поставленный достаточно умело и глубоко, завоюет этим учреждениям такие симпатии крестьянства, какими эти учреждения до сих пор еще никогда не пользовались. В работу политпросветов должны быть введены всевозможные лекции и курсы по сельскому хозяйству начиная с отдельных лекций на сельскохозяйственные темы и самых краткосрочных (несколькодневных) курсов. Эта сторона дела пока у нас совершенно заброшена, и по вполне понятным причинам нет сил для проведения таких курсов. Наличие сельскохозяйственного центра, конечно, может дать чрезвычайно сильный толчок развитию этого дела. — Подвинется снабжение лекторов материалами, конспектами, моделями, рисунками и пр.
А школа? Ее роль в деле сельскохозяйственной пропаганды может быть также очень велика. Конечно, нельзя строить себе каких-либо иллюзий относительно того, что через школу-четырехлетку можно научить крестьянство агрономической практике: школа не может дать агрономических рецептов, еще не может дать и трудовых навыков в области сельского труда. Мы связываем школу с окружающей жизнью, и в первую голову с окружающей трудовой деятельностью людей (так стремимся мы поставить дело в нашей трудовой школе), и потому в деревне школа неминуемо получает сельскохозяйственный уклон. Но этот уклон не может означать, что мы не будем стараться раздвинуть рамки кругозора учащегося — не будем ставить это близкое, конкретное в рамках определенной перспективы. Сельскохозяйственный уклон определяет лишь определенный выбор материала, определенный подход. Школа с сельскохозяйственным уклоном должна, как и всякая другая, научить наблюдать, исследовать, она должна раскрыть перед учащимся значение применения науки к сельскому хозяйству, освободить его ум от пут всякого рода предрассудков — одним словом, подготовить почву для впитывания сельскохозяйственных знаний.
Но и эту задачу учитель может выполнить лишь при условии, если он сам будет понимать, что и как надо в данную минуту делать для того, чтобы улучшить окружающее сельское хозяйство, если он сам будет агрономически грамотен. Агрономическая грамотность нужна учителю всякой сельской школы. Изучению сельского хозяйства, агрономии, условий крестьянского хозяйствования — и не только теоретическому, но и практическому — должно быть отведено совсем другое место, чем это наблюдается теперь. Этого требуют интересы нашей земледельческой страны.
