- Ванесса сказала Бруксу, что Мишель Тоум так и не пришла на встречу.
И Гит считал, что Джиллиан и Мишель – одна и та же девушка.
- Зачем ей пользоваться вымышленным именем? Я имею в виду, мы же все равно не были знакомы.
- Не знаю. Есть и другие не понятные для меня моменты, связанные с этой мисс Нимонт.
- Как думаешь, тебе удастся найти ее? – Живой.
- Сделаю все, что смогу, – совсем не такой определенный ответ, на который она надеялась.
Эмили постаралась вспомнить прошлую пятницу. Ее несколько вывело из равновесия сообщение Ванессы, что на назначенную встречу пациент не явился. Теперь ей стало стыдно за себя. Она злилась, когда Джиллиан… что? Была в опасности? Спасала свою жизнь?
Умирала от рук убийцы?
Эмили сглотнула. И почему Джиллиан хотела с ней встретиться?
Наверное, Эмили этого никогда не узнает.
- Док, Эмили, я должен был спросить про нее, – Колин сделал шаг к девушке и раскрыл объятия.
«О, теперь он строит из себя милашку. Когда перестал подозревать меня в причастности к убийству».
Чертовски раздражало то, что она его понимала. Колин – полицейский, работает над самым громким делом в городе. Он нашел ее имя в ежедневнике Джиллиан. И, если бы он не начал расследование в этом направлении, то Эмили начала бы серьезно сомневаться в его квалификации детектива.
И в его моральных качествах.
Но он ухватился за эту зацепку. Вывел Эмили из себя, оскорбил, испортил такой вечер, но продолжил делать свою работу.
- В следующий раз, Гит, не вваливайся, бряцая оружием, – девушка проигнорировала его поднятые руки и отвернулась.
Колин тяжело вздохнул:
- Я все испортил, да?
Хммм. Капитан Очевидность снова вышел на сцену. Но, может, можно дать ему еще шанс? Эмили повернулась к Колину, сжав в руке нож:
- Мне не нравятся твои методы, Гит, но я понимаю, почему ты должен был меня допросить. – И почему Брукс допрашивал Ванессу. Эмили была готова поспорить, что ее помощнице не понравилось такое неожиданное вторжение. Ее ковен обычно по средам собирался на шабаш. А этой ночью, да, именно этой ночью, ведьмы планировали устроить какой-то ритуал, требующий полного обнажения.
Так что она догадывалась, что именно сказал Брукс, когда Гит рассмеялся.
- Понимаешь? – Колин бросил взгляд на сверкающий нож.
- Да, в следующий раз, – она очень сильно надеялась, что следующего раза не будет, – попытайся прикинуться хорошим полицейским. Со мной это намного лучше срабатывает.
Эмили начала разрезать лазанью. Колин стоял рядом, чувствовалось, что он напряжен. Гит молчал и просто смотрел на Эмили. Она ощущала его пристальный взгляд.
Через несколько минут девушка нарушила тишину, пробормотав, почти не глядя на него:
- Ну что, будем ужинать, да? – Махнув рукой в сторону стола, Эмили практически приказала. – Садись. Нет смысла отказываться от хорошей еды. Кроме того, мы еще не закончили разговор об Иных. – Она тоже может вести себя как профессионал.
Им действительно надо завершить урок.
И ей хочется, чтобы Колин остался.
Похоже, у них обоих были проблемы с доверием, но, ведь, никто не совершенен.
Ни Доктор Монстр, ни оборотень.
Совершенство… Эмили поняла, что совершенство может быть очень скучным. А после всех этих лет, когда она жила, подчиняясь строгому режиму, когда каждая ее минута была расписана, Эмили была готова к некоторому несовершенству.
Лучше бы этому оборотню снова все не испортить. Она давала ему последний шанс.
Итак, он облажался по-крупному. Ну, док хотя бы разрешила ему остаться на ужин.
Ужин. Эта женщина специально для него готовила. Свечи поставила на стол. Достала красивые тарелки.
Он не помнил, чтобы кто-то еще делал для него такое.
Конечно, женщин в жизни Колина было предостаточно, но обычно он ходил с ними в рестораны. И такие отношения не длились дольше нескольких перепихов и пары ужинов.
У него никогда не было такого уютного, расслабленного свидания. И да, несмотря на то, что первые полчаса Колин провел, допрашивая Эмили, он все еще считал это свиданием.
Уже вторым.
Интересно, док позволит ему добраться в этот раз до второй базы?
Может же парень лелеять надежду.
- Итак, вот главная разница между волшебниками и колдунами: у колдунов столько же силы, но они пользуются черной магией. И если ты когда-нибудь допустишь ошибку и назовешь волшебника колдуном… - Эмили сделала паузу и отпила вино из бокала, – то у тебя будут большие неприятности, потому что этим ты нанесешь парню огромное оскорбление.
- Понятно. Постараюсь запомнить. – Весь ужин Эмили вела разговор исключительно об Иных.
Теперь он знал, что заклинатели могут разговаривать только с одним видом животных: кто со змеями, кто с птицами и так далее.
Что есть два вида вампиров: рожденные или, как их называли, Чистокровные и созданные или Обращенные. Чтобы сделать вампира, не нужно было три раза обмениваться кровью, как это описано в книгах. Вампир должен был обескровить жертву почти досуха, после чего будущему вампиру оставалось только отпить крови своего родителя – так Эмили называла таких вампиров, родителями – и – вуаля! – вы получаете новенького с иголочки вампирчика.
Еще Колин расспрашивал Эмили об оборотнях. Док была права, когда говорила, что он может распознавать других оборотней по запаху. Может. За такими, как он, шлейфом вился запах дикой природы. Впервые Колин учуял этот запах в девятнадцать лет, будучи зеленым юнцом. Он тогда наткнулся на оборотня-медведя и так удивился, что даже чуть ружье не уронил.
Медведь в поисках пропитания вломился в пустующий дом. Когда туда подоспел Колин, оборотень прямо у него на глазах перекинулся – быстро и легко превратился из зверя в человека.
Потом извинился за учиненный разгром:
- Прости, приятель, зверь вырвался на свободу, – и подмигнул. – Ты же знаешь, как это бывает.
- Итак… - мягкий голос Эмили вернул Колина из воспоминаний. – Хочешь узнать что-нибудь еще?
- Ага, – он отпил еще вина. На самом деле, вино он не очень любил. Дайте ему пива, и он счастлив. Но вино, которое предложила Эмили, Колину понравилось. Сладкое. Немного пикантное.
Этот вкус напоминал ему об Эмили.
В этот момент Колин понял, что уже прошло больше восьми часов с тех пор, как он в последний раз ее целовал. Чертовски много времени.
Гит попробовал сесть поудобнее. У него была эрекция с того момента, как он вошел в дом. Волосы Эмили были распущены и мягкими шелковыми волнами падали на плечи. На девушке было легкое платье на тонких бретельках. Немного потянуть, совсем чуть-чуть, и можно их оторвать, Колин был в этом уверен.
