— Как?
Я выложил ему свой план. Ничего сложного я не предлагал. Если броситься бегом к моему «Скауту» и всем быстро забраться внутрь, они не успеют ничего учуять. Во всяком случае, если закрыть окна машины.
— Но, предположим, их привлечет какой-нибудь другой запах? — спросил Олли.— Например, выхлопные газы?
— Тогда нам крышка,— согласился я.
— Движение,— сказал он.— Движение машины в тумане тоже может привлечь их, Дэвид.
— Я не думаю. Без запаха жертвы они не нападут. Я действительно думаю, что в этом все дело.
— Но ты не уверен...
— Нет. Не уверен.
— Куда ты собираешься ехать?
— Сначала домой. За женой.
— Дэвид...
— Ладно. Проверить... Убедиться...
— Эти твари могут быть везде, Дэвид. Они могут напасть на тебя, как только ты выйдешь из машины.
— Если это случится, «Скаут» — твой. Я только прошу, чтобы ты позаботился о Билли как и сколько можешь.
Олли допил пиво и бросил банку в охладитель, где она со звоном упала на гору других пустых банок. Рукоять револьвера, который дала ему Аманда, торчала у него из кармана.
— Значит, на юг? — спросил он, глядя мне в глаза.
— Да, видимо,— сказал я.— Надо двигаться на юг и пытаться выбраться из тумана. Изо всех сил пытаться.
— У тебя много бензина?
— Почти полный бак.
— Тебе не приходило в голову, что выбраться будет невозможно? Что, если это самое, с чем они там экспериментировали в проекте «Стрела», перетянуло весь наш район в другое измерение с такой же легкостью, как люди выворачивают носок наизнанку?
— Приходило,— ответил я.— Но единственная альтернатива всему этому — сидеть и ждать, кого миссис Кармоди выберет на почетную роль.
— Ты думал отправиться сегодня?
— Нет, сейчас уже поздно, а эти твари как раз ночью становятся активными. Я думал отправиться завтра утром, очень рано.
— Кого ты хочешь взять?
— Тебя, Билли, Хэтти Терман, Аманду Дамфрис. Этого старика Корнелла и миссис Репплер. Может быть, Бада Брауна тоже. Это уже восемь, но Билли может сесть к кому-нибудь на колени, и мы немного потеснимся.
Олли ненадолго задумался.
— О"кэй,— сказал он наконец.— Давай попробуем. Ты с кем-нибудь уже говорил?
— Нет.
— Я советую тебе пока никому ничего не говорить. Часов до четырех утра. Я приготовлю пакеты с продуктами под прилавком у кассы, ближайшей к выходу. Если нам повезет, сможем выскользнуть еще до того, как кто-нибудь что-нибудь заметит.— Взгляд Олли снова скользнул в сторону миссис Кармоди.— Если она обо всем узнает, то может попытаться помешать нам.
— Ты так думаешь?
Олли взял еще одну банку пива.
— Да, я так думаю.
Вторая половина дня — вчерашнего дня — прошла словно в замедленной съемке. Подползла темнота, снова превращая белый туман в грязно-желтый, и к половине девятого мир, оставшийся снаружи, медленно растворился в черноте.
Вернулись розовые твари, потом, бросаясь на окна и подхватывая розовых, появились твари-птицы. Что-то рыкало изредка в темноте, и один раз, незадолго до полуночи, раздалось долгое протяжное «аааррууууу...». Люди повернулись к черным стеклам с испугом и ожиданием на лицах. Примерно такой звук, наверное, издает самец-крокодил в болоте.
Все шло примерно так, как и предсказывал Миллер. К началу новых суток миссис Кармоди заполучила еще с полдюжины душ. Среди них оказался мясник мистер Маквей.
Миссис Кармоди разошлась не на шутку. Казалось, сон ей совсем не нужен. Ее проповедь — сплошной поток ужасов из Доре, Босха и Джонатана Эдвардса — продолжалась и продолжалась, неуклонно приближаясь к какому-то зловещему финалу. Ее сторонники что-то бормотали вслед за ней и раскачивались взад-вперед, как «истинно верующие» на сходке. Пустые глаза их лихорадочно блестели. Они полностью отдались чарам миссис Кармоди.
Около трех утра (проповедь все продолжалась, и те, кого она не интересовала, ушли в дальний конец магазина, чтобы там попытаться хоть немного уснуть) я увидел, как Олли положил пакет с продуктами на полку под прилавком ближайшей к выходу кассы. Через полчаса он добавил туда еще один пакет. Похоже, кроме меня, его действий никто не заметил. Билли, Аманда и миссис Терман спали, прижавшись друг к другу, у опустошенной секции колбас. Я присоединился к ним и погрузился в тревожную дремоту.
В четыре пятнадцать Олли меня разбудил. Рядом с ним стоял Корнелл, и глаза его блестели за стеклами очков.
— Время, Дэвид,— сказал Олли.
Я почувствовал, как в животе у меня нервно закололо, но это быстро прошло. Я разбудил Аманду. Ее зеленые глаза взглянули в мои.
— Дэвид?
— Мы хотим сделать попытку выбраться отсюда. Ты пойдешь с нами?
— О чем ты говоришь?
Я начал было объяснять, но потом разбудил миссис Терман, чтобы мне не пришлось дважды повторять одно и то же.
— Эта твоя теория насчет запахов,— спросила Аманда.— пока просто догадка?
— Да.
— Для меня это не имеет значения,— сказала Хэтти. Лицо ее стало бледным, и, несмотря на то, что ей удалось поспать, под глазами темнели большие пятна.— Я готова на все, чтобы только снова увидеть солнце.
«Только бы снова увидеть солнце». Я вздрогнул. Она очень близко угадала суть моих собственных страхов, то чувство почти полной обреченности, что охватило меня, когда я увидел, как щупальца выволокли Норма через загрузочную дверь. Сквозь туман солнце казалось тогда маленькой серебряной монеткой, словно мы были на Венере.
Страх вызывали не чудовища, подстерегающие нас в тумане. Мой удар ломиком доказал, что они не бессмертные монстры из книг Лавкрафта, а всего лишь обычные уязвимые существа. Дело было в самом тумане, который отбирал силу и лишал остатков воли. «Только бы снова увидеть солнце». Хэтти права. Одно это стоит того, чтобы пройти через ад.
Я улыбнулся Хэтти, и она неуверенно улыбнулась в ответ.
— Да,— сказала Аманда.— Я тоже.
Я начал осторожно будить Билли.
— Я с вами,— коротко ответила миссис Репплер.
Мы все собрались у мясного прилавка. Все, кроме Бада Брауна. Он поблагодарил нас за предложение, но отказался, сказав, что не может оставить магазин, потом добавил, на удивление мягким голосом, что не осуждает Олли за его уход.
От белых эмалированных ящиков начало тянуть неприятным сладковатым запахом, напомнившим мне случай, когда во время нашей недельной поездки на мыс у нас испортился морозильник. Может быть, этот запах протухающего мяса и погнал мистера Маквея в команду миссис Кармоди.
— ...искупление! — продолжала она свою проповедь.— Сейчас мы должны думать об искуплении! Бог покарал нас! Мы наказаны за то, что пытались проникнуть в секреты, запрещенные Богом древних! Мы видели отвратительные кошмары! Когда все это кончится? Что остановит это?
— Искупление! — орал старый добрый Майрон Ляфлер.
— Искупление... искупление...— шептали неуверенно остальные.
— Я хочу услышать, что вы действительно верите! — кричала миссис Кармоди. Вены вздулись у нее на шее, словно канаты. Голос ее сел, охрип, но все еще сохранял властную силу, и я подумал, что эту силу дал ей именно туман. Силу и способность затуманивать людям головы. Туман, отобравший у всех нас силу солнца. До этого она оставалась просто несколько эксцентричной старой женщиной с антикварным магазином в городе, где полно актикварных магазинов.
— ИСКУПЛЕНИЕ! — закричали они все хором.
— Искупление, да! — лихорадочно кричала миссис Кармоди.— Искупление разгонит туман! Искупление сметет этих чудовищных монстров! Искупление снимет завесу тумана с наших глаз и позволит увидеть! — Голос ее стал чуть тише.— А что есть искупление по Библии? Что есть единственное средство, снимающее грех в глазах и разуме всевышнего?
— Кровь.
На этот раз меня всего затрясло: еще чуть-чуть, и у меня, наверное, зашевелились бы волосы. Слово это произнес мистер Маквей. Мясник мистер Маквей, который резал мясо в Бриджтоне еще в ту пору, когда я был ребенком. Мистер Маквей, принимающей заказы и режущий мясо в своем запачканном белом халате. Мистер Маквей, чье знакомство с ножом было очень долгим. И с топором тоже. Мистер Маквей, который лучше других поймет, что средство для очищения души вытекает из ран на теле.
— Кровь...— шептали они.
— Папа, я боюсь.— Билли крепко сжал мою руку. Лицо его вытянулось и побледнело.
— Олли,— сказал я,— по-моему, нам пора уходить из этого дурдома.
— О"кэй,— согласился он.— Пошли.
Олли, Аманда, Корнелл, миссис Терман, миссис Репплер, Билли и я неплотной группой двинулись ко второму проходу к дверям. Было уже без четверти пять, и туман снова начал светлеть.
— Ты и Корнелл берите пакеты,— сказал Олли, обращаясь ко мне.
— О"кэй.
— Я пойду первым. У «Скаута» четыре дверцы?
