— Я бы хотел приобрести эту девушку, — произнёс я, сделав жест в сторону Элен. Услышав это, она вздрогнула всем телом и обратила на меня глаза полные ужаса. Однако продолжалось это лишь короткое мгновение, за которое я успел послать лисе ментальный импульс спокойствия и пару мыслеобразов. Теперь я ощущал в её разуме дикую смесь из неверия, удивления и дикой надежды.
— О! Великолепный выбор! — радостно воскликнул торговец. Он чуть ли не приплясывал от радости, — в каком виде вы желайте её получить? Вас интересует она живой или в качестве блюда? Если хоти те мы мог ли бы прямо здесь…
— Нет, — коротко ответил я, прерывая словесный поток, — она нужна мне живой в целости и сохранности. Сколько вы хотите за неё?
— А… — на секунду торговец запнулся, прикидывая сколько можно стрясти с такого состоятельного человека. Впрочем, слишком наглеть он тоже опасался. Маги обычно предпочитают платить, но если захотят, то просто испепелят зарвавшегося торгаша.
— Я бы хотел получить за неё шестьдесят тысяч кредитов, — наконец произнёс он.
На такие деньги я бы мог купить два неплохих флаера. Или один великолепный. Однако для Рата такая сумма не являлась чем-то запредельным. Он привык тратить по тысяче кредитов каждый день только на еду и напитки. В основном на напитки, поскольку в еде маги не слишком нуждались и употребляли её в основном только для удовольствия. Поэтому на цену я просто коротко кивнул.
— Хорошо, — я вытащил из кармана универсальную карту и протянул её продавцу. Это был аналог банковских карт моего мира, только имел он куда больше функций. Тут тебе и удостоверение личности, и кошелёк, и терминал с голографическим проектором для доступа в сеть. Обычные люди чаще всего пользовались вживлёнными в тело чипами, но у магов они не приживались. Регенерация их просто выталкивала из плоти. Впрочем, среди людей без дара тоже попадались те, кто предпочитал карты. Их использование считалось признаком высокого статуса человека в обществе.
Торговец поднёс к карте руку с поблёскивающими на коже металлическими чешуйками. Над картой вспыхнула проекция с уменьшающимися цифрами. Через мгновение они остановились на отметке с триста восемьдесят три тысячи.
— Благодарю вас, господин. Это огромная честь, что вы заглянули именно ко мне, — торгаш снова низко поклонился, а затем театрально хлопнул в ладоши. Из-за прилавка с органами вышли два парня лет восемнадцати и со стальными конечностями. Они распахнули клетку, вытащили оттуда Элен и поставили её передо мной на колени. Затем на шее у неё застегнули металлический ошейник. Там был встроенный нейроизлучатель способный, воздействуя на нервную систему, доставлять рабу весь доступный спектр ощущений. От невероятной боли до неземного блаженства. Он так же мог легко мог и убить невольника. Надо было только нажать одну голографическую кнопку в меню управления на индивидуальной карте.
— Дайте ей какую-нибудь одежду, — приказал я. Сейчас наготу лисы прикрывал только её собственный пушистый мех, да помаргивающий красным диодом ошейник. Мне, конечно, было приятно смотреть на красивую обнажённую девушку, однако самой ученице такое положение явно доставляло сильный дискомфорт.
Двое подручных работорговца быстро принесли и накинули на девушку безразмерный тёмный плащ. Затем я помог ей встать, и мы направились к флаеру под заинтересованные взгляды продавцов и покупателей. Всё же маги здесь были не такими частыми посетителями. Обычно они посылали за невольниками слуг. Однако я не мог переложить выкуп лисы ни на кого другого. Впрочем, надеюсь, что не настолько сильно засветился, чтобы вызвать подозрения в подселении чужого сознания. Хотя, о чём я говорю? Через полчаса я собираюсь сделать нечто куда более рисковое в плане раскрытия, чем покупка рабыни на рынке.
Пока мы шли до флаера, я мог ощущать, как меняются эмоции Элен. Это было не сложно, поскольку они были невероятно сильными и производили отчётливые колебания ауры. Девушка так и не могла до конца поверить, что я это я. Радость и надежда ежесекундно сменялись ужасом. Да уж. Похоже, в неволе психику моей ученице подпортили знатно. Раньше, по-моему, она была куда спокойней. Впрочем, внешне всё это буйство эмоций на лисе никак не отображалось.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Успокойся. Это действительно я — произнёс мысленно, протянув к разуму Элен ментальный щуп. Лиса снова вздрогнула, однако перепады в эмоциональной сфере несколько успокоились. Ну по крайней мере, из неё почти пропала паника.
Через минуту мы подошли к стеклянной кабине лифта и поднялись на нём к припаркованному флаеру. Когда за моей спиной закрылась дверь летательного аппарата лиса тут же рухнула на диван и тихо выругалась.
— Кхарт! Дан, это действительно ты? — выдохнула девушка.
— Конечно, — улыбнулся я. Затем шевельнул пальцами, и ошейник на девушке осыпался пеплом. Элен неверяще ощупала горло, а потом начала смеяться. Громко, до слёз. Я не мешал, ожидая пока у лисы пройдёт истерика.
— Кхарт, я думала ты уже не придёшь, — немного успокоившись, произнесла Элен, — думала ты уже забыл про меня. Или тебя убили в том бою. Кхарт!
— Нет, — хмыкнул я, — не отросли у них ещё зубы, чтобы меня прикончить.
Раздалось легкое гудение. Я ощутил, как флаер отрывается от земли и поднимается в небо. Нажав кнопку на подлокотнике приказал.
— Возвращаемся ко мне домой.
— Да, господин, — раздалось в ответ.
— И свяжись с охраной, спроси прибыли ли гости.
— Ваш отец и братья уже ожидают вас и очень недовольны вашим отсутствием, господин, — ответил пилот после короткой паузы.
— Что ж, хорошо, — пробормотал я себе под нос. Потом щелкнул пальцами устанавливая вокруг нас с лисой сферу тишины. Теперь даже, если в салоне есть какие-то следящие устройства, установленные главой моего клана, они не сумеют записать то, что произойдёт дальше.
Я рассек кожу на руке силовым лезвием. Придержав регенерацию, принялся собирать кровь из раны телекинезом прямо в воздухе в несколько одинаковых пентаграмм. Они последовательно вспыхивали, а нити сформированных заклятий вплетались в мою ауру.
— Что ты делаешь? — спросила Элен. Она явно снова занервничала.
— Да так, — отозвался я, не прерывая своего занятия, — есть у меня одно дело, которое стоит сразу после твоего освобождения. Я бы занялся им и раньше, да последние пару дней это тело должно было находиться на охране границы района, и я не рискнул привлекать к себе внимание, нарушая приказ главы Исти. Забавно было, на самом деле. Можно сказать, мне пришлось искать самого себя. Ну а как моя очередь дежурить закончилась, я сразу направился за тобой.
— До сих пор, не могу поверить, что всё закончилось, — вздохнула девушка, кутаясь в плащ, — ты снова сменил тело? Как в тот раз? И как ты меня нашёл? Опять магические штучки?
— Конечно. И это ответ на все твои вопросы. Вся моя жизнь построена на магических штучках. Что же до того, как именно я это сделал… Мне пришлось обратиться к одному существу, из тех мест, чрез которые мы тогда сбегали от мага.
— Из бездны? Ты про это? Вроде того, что пыталось тебя там сожрать там?
— Ты помнишь? — с интересом взглянул я на девушку, продолжая чертить руны ритуалов, — обычно маги забывают своё первое погружение в хаос.
— Почти ничего не помню, — поёжилась девушка, — только шёпот, тьму с красными прожилками и тот клубок огромных змей.
— Неплохо, — кивнул я, — для первого раза совсем неплохо.
Элен снова вздохнула. Она с ногами забралась на диван и укуталась в плащ и хвост так, что наружу торчать только подергивающиеся уши. Ну и ещё глаза с вертикальными зрачками, которыми девушка внимательно следила за мной.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
Я закончил с пентаграммами. Теперь у меня на ауре висело пятнадцать стилетов боли. Боевых заклятий, созданных для пробивания эфирных барьеров и аурных щитов. Для физического тела они безвредны, а в создании довольно сложны и поэтому я раньше ими против местных магов не пользовался. Однако из памяти моего теперешнего вместилища мне удалось вытянуть информацию о нескольких интересных техниках работы с аурой. В сочетании со стилетами они становились по-настоящему убойными. Хоть и могли подействовать лишь на довольно слабых магов.
