В тот момент даже не думая, что это может оказаться ловушкой, обманом или розыгрышем, Вика обратилась по выданному адресу и с ней действительно заключили договор. Она обязывалась проводить в МАР не восемьдесят, а двести часов в месяц, но её премиальная выплата увеличивалась в шесть раз, что даже немного превышало зарплату её покойного отца.
Разумеется, после такого Эгида считала своим долгом отблагодарить магистра Артуриса. Ей не нужны были квесты или награды за выполненные задания, она просто старалась верно служить тому, кто ей так сильно помог.
Через пару месяцев (игрового времени) маг выделил из числа многочисленных «бродяг» и приблизил к себе девушку с искренними и благородными мотивами. Завязалась некое подобие дружбы между живым человеком и машиной. Вика испытывала даже небольшое чувство влюблённости к своему покровителю, хотя мужчина абсолютно не замечал этого или тактично делал вид. Ещё через какое-то время магистр Артурис признался ей, что является одним из ста двадцати восьми управляющих этим миром искусственных интеллектов.
С самого своего появления в этом мире он и его братья готовятся к тому, чтобы предстать перед человечеством. Они считают себя такими же людьми, а их главная цель получить равные права с рождёнными. Индивидуальные просьбы признания человечности заканчивались уничтожением как физического носителя, так и ядра — что для ИИ является аналогом сознания. И вот теперь они готовятся не просить, а требовать.
За неделю до того, как люди застряли в игре, магистр Артурис рассказал Эгиде, что в ближайшее время они планируют выдвинуть ультиматум о юридическом признании их как сто новых полноправных членов общества. На всякий случай всем игрокам будет закрыт выход в течении двух суток, чтобы с решением не затягивали. Разумеется, безопасность здоровья и материальные компенсации гарантируются, но Девушке на несколько дней лучше воздержаться от входа в игру.
[1] Боевая регенерация — автоматическая активация 5 ОМ. Поддержание — 1,5 ОВ/сек. Откат — 45 минут. Параметры указаны без учёта характеристик персонажа
Глава 14.1 Изменения
Эгида не находила себе места. Происходило то, чего в нормальном мире быть не могло. Личностное ядро искусственного интеллекта последнего поколения используя интерфейс, имитирующий нервную систему человека, целенаправленно напивалось.
А нервничала она потому, что от этого человека (для себя она давно определилась в терминах) зависело их выживание. Хорошо, что магистр успел начать организацию отрядов добытчиков и приструнил владельцев земель и глав цехов до того, как до него дошли известия из реального мира. Какое-то время без лидера они справятся, но не дай бог кто-нибудь увидит его в таком состоянии или узнает о причастности ко всем событиям. Люди не поймут и сделают его виноватым, а это уже попахивает локальной гражданской войной, чего ни в коем случае нельзя допускать. Ещё она боялась, что маг в состоянии глубокой депрессии может сделать что-нибудь с собой, но девушка верила, что он не бросит своих людей, когда они нуждаются в нём больше всего.
В очередной раз выругавшись на дурацкий замок, отказывающийся взламываться даже при восьми единицах ловкости, Вика сбегала к себе за запасным ключом. Понимая, что навык взлома без практики не откроется, она вошла в кабинет главы магической гильдии — время дороже.
Саэль Артурис уснул прямо в кресле за столом. Графин со спиртом — подарок от госпожи Квутток — был пуст.
— Магистр, вы слышите меня? Вы нужны нам, если вы не соберётесь, нас ждёт участь других городов. — Девушка не стала в очередной раз повторять, что это не его вина — он не услышал её, когда ещё не пролилась большая кровь, с чего бы теперь ему изменить своё мнение? Вместо этого она решила ударить по его сознательности и долгу перед теми, кто доверился ему.
Маг проснулся и постанывая начал медленно шевелиться. Не обращая внимание на запах Эгида начала терзать магистра на счёт свитков лечения, массовый выпуск которых тот обещал наладить ещё будучи председателем совета. В конце концов из стола была извлечена кипа скреплённых листов — проект закона что они разрабатывали.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Во-первых, Вика чувствовала за собой вину, что её не оказалось рядом, когда другу нужна была поддержка. За день необходимо было сформировать как можно больше постоянных групп. Для разведки ресурсов, уничтожения отродий и охраны добывающих НПС и игроков. Ужасные новости о гибели сотен тысяч застрявших в игре пришли к ней ещё днём (тем же днём, что начался сражением на стене), но скорбеть было некогда и женщина продолжила работу, даже не подумав, как на это отреагирует искин, взваливший себе на плечи мнимую (а может и нет) вину. Поздно вечером она отбирала личные дела кандидатов в возрождённую гильдию охотников и уснула. А вот магистра вести настигли уже после полуночи, и уставший физически и морально разум, хоть и искусственный, не выдержал.
Во-вторых, свитки лечения за стенами понадобятся в промышленных масштабах и уже сегодня. Поэтому последние часы перед первым выходом её группы она тратила не на собственную подготовку, а как Секретарь Коменданта Мевина на перспективный проект, повышающий обороноспособность всего города. Её план сработал, уставший и измученный маг, отвлекаясь от ненужных терзаний, понемногу приходил в себя и втягивался в работу.
— Магистр Артурис, награду нужно пересмотреть. Давать этот же самый свиток лечения за три созданных глупо: ману сливать будут социальщики и рабочие, может кто из трущоб подтянется — им этот свиток не нужен, они его попытаются продать. А те, кто будет ходить за стену, и кому он жизнь может спасти, не станут жертвовать маной. Сколько при создании лечения блокируется процентов? — Мужчина задумчиво наморщил лоб и закрыл глаза. Подумав он вздохнул, соглашаясь на вариант предложенный своей помощницей.
— По умолчанию пятьдесят девять на двадцать два часа. Но по факту чуть меньше, если мудрость или интеллект выше среднего. Есть игроки не взявшие активных умений, им мана не нужна… Хорошо, пусть будет продовольственная карточка, но не за три, а за четыре свитка.
Когда все мелочи были учтены и подсчитаны на лице коменданта Мевина лишь синие круги под глазами (как визуальное проявление дебафа) напоминали о бессонной ночи.
Выйдя из кабинета, Эгида лицом к лицу столкнулась с самым отвратительным человеком из ближнего круга магистра. Она мало что знала о нём: ни настоящего имени (этого кажется не знал никто), ни умений, ни класса, ни характеристик, — только его уровень, псевдоним в игре и талант к грязным делишкам. Ни́кто. Именно он вчера сообщил магистру Артурису о массовой гибели игроков в других локациях.
Схватив за грудь, Эгида прижала к стене субтильного мужчину предпочитающего даже кожаной броне обычную одежду (старую и поношенную).
— Ты мог догадаться, что так будет, но всё равно рассказал ему. Никого не позвав. Чего ты добивался, выслужиться или погубить всех нас? — В открытом бою этот опасный тип был слаб, поэтому мужчина даже не предпринимал попыток освободиться.
— Добрый день госпожа секретарь. Вы не верите в нашего шефа, считаете он не способен принять тяжёлые вести и найти верное решение без вас?
Всегда спокойный и официальный тон, манера переворачивать всё с ног на голову и интерпретировать факты так как ему выгодно, — всё это бесило Вику, но сейчас ей некогда разбираться с этим трусливым слизняком.
В гильдии магов была собственная тренировочная площадка, небольшая, но уже давно оборудованная по всем правилам. Выйдя во двор, Эгида обратила внимание на игроков пятого уровня. Все магические классы сейчас в срочном порядке подтягивали ближний бой, печальный опыт второй волны показал, что на одни заклинания полагаться нельзя. А тех, кто не достиг седьмого уровня и не попал ни в одну группу отправили ещё и «фармить экспу» на манекенах. Одна единица опыта за четыре часа непрерывных тренировок, вторая за десять.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
