— Шампанское по-домашнему: водка под шипение сестры! — передразнил ее брат, извлекая из ничего бокал игристого вина и рюмку палинки. — Хочешь? — Он галантно подал вино Анне.
— Хочу водки, мужиков и денег, — запротестовала чародейка. — Мужиков и водку можно деньгами.
Князь не отвечал. Он задумчиво отпивал из рюмки и загадочно улыбался.
— Эрик, ты бы заканчивал эти игры, — посерьезнела девушка. — Госпожа кардинал — не игрушка.
— Это не игры, Анна, это уже не игры, — тяжело вздохнул князь ди Таэ.
Наш чародей как будто пьян —Грустит в сетях у Вивиан!Хрустальный грот — его тюрьма,Ему не выбраться со дна… —
насмешливо процитировала чародейка.
Но чародею все равно,Ведь сердце деве отдано.Ему отрадней жить сейчасВ плену прекрасных карих глаз! —
подхватил Эрик, вдохновенно декламируя знакомые строчки. — Баллада о чародее Мерлине и ведьме Вивиан.
На несколько секунд воцарилось напряженное молчание. Анна отрешенно глядела в окно. Брат думал о чем-то своем, выплетая на ладони иллюзорный парусник.
— А ты как съездила? — наконец осведомился он, отправляя кораблик в полет по гостиной.
— Нормально. — Княжна подумала и добавила к паруснику еще один, с «Веселым Роджером» на мачте. Между кораблями тут же завязалась баталия. — Меня дважды чуть не убили, за мной гонялись плотоядные призраки вкупе с инквизицией, и в финале меня искусал собственный напарник, оказавшийся архонтом. Очаровательно! Эрик, сделай милость, найди мне кладбище с упырями, яр со стрыгами, можно даже замок с привидением на худой конец — я так соскучилась по спокойной работе!
— Кстати о работе… — Парусник Эрика одержал верх, и теперь «Веселый Роджер» носился от него по всей комнате. — Вчера приходили люди из предместья. Спрашивали госпожу ведьму. Утверждают, что на пустыре завелось нечто нехорошее и уже сожрало троих.
— Вурдалак? Стрыгонь? — оживилась Анна.
— Судя по их рассказам, скорее всего обычный шушмарь.
— Угу. Сегодня же съезжу и проверю. — Девушка поднялась с кресла.
— Может, лучше завтра? Ты все-таки с дороги, — запротестовал брат.
— Я только на разведку, но если это действительно шушмарь, то и поохочусь заодно.
— Хозяин — барин, — покладисто откликнулся брат. Его парусник «потопил» противника — иллюзия Анны лопнула. — Один-ноль, — прокомментировал маг.
— Я еще возьму реванш! — обещающе бросила княжна через плечо, выходя из комнаты…
Глава 7
Когда Анна добралась до городского предместья, клонящееся к горизонту солнце уже почти скрылось за деревьями. Надвигалась ночь, и поэтому окрестности Будапешта практически обезлюдели. На небе проявился бледный диск луны, ветер нес прохладу, а дышалось здесь сладко и привольно. Чародейка с упоением вдохнула полной грудью, расстегивая верхние пуговицы блузки. Умиротворенную тишину нарушало лишь мерное стрекотание цикад, да еще ее конь глухо тюкал копытами по пыльной дороге.
«Все-таки хорошо, что сейчас нет этих жутких четырехколесных колымаг, дымящих, как паровозы… — размышляла княжна ди Таэ, покачиваясь в седле. — Выходит, война людей с древними расами и последующий мирный договор имеют свои плюсы: техника частично откатилась назад, а частью смешалась с магией и перешла на абсолютно новую ступень развития. Вот взять для примера хотя бы гравикресло Эрика…» Правда, принцип функционирования мотоцикла Виктора для княжны до сих пор оставался загадкой, но он ездит не на бензине, это точно. Как-то раз она спросила об этом байкера, на что тот, хитро усмехнувшись, ответил: «На святом духе, детка, на святом духе».
Мысленно разговаривая сама с собой и беззвучно посмеиваясь над собственными выводами, чародейка незаметно достигла искомого пустыря. Время близилось к полуночи, небо налилось густой чернотой, а на его бархатистом фоне замерцали яркие звезды. Девушка невольно подумала о том, что в такой романтической обстановке хорошо бы встретиться с прекрасным принцем, а не с каким-то зубастым шушмарем. Несмотря на свои двадцать с хвостиком лет, княжна все еще не обзавелась милым дружком и не питала симпатии к какому-нибудь представителю другого Высокого дома. Сердце Анны до сих пор оставалось не занято, а в душе незаметно поселилась легкая грусть, вызванная одиночеством, столь противоестественным в ее возрасте. Девушка с трепетом ожидала любви, почему-то отнюдь не торопящейся облагодетельствовать ее своим вниманием… Печально вздохнув, чародейка испытующе осмотрелась по сторонам и вдруг заметила одинокую низенькую фигуру, замершую на границе опоясывающих пустырь кустов. Фигура, несомненно, принадлежала мужчине, облаченному в дешевую суконную куртку деревенского жителя. Анна спешилась и взяла коня под уздцы.
— Эй, уважаемый! — Она неуверенно окликнула невесть зачем забредшего на пустырь путника. — Вы случайно ничего странного здесь не видели?
— А, здравствуйте, госпожа ведьма! — услужливо откликнулся мужчина. Похоже, он узнал девушку, поскольку снял с головы кепку и вежливо поклонился. — Значится, решили со зверушкой нам подсобить?
— Хороша зверушка — троих сожрала и не поперхнулась! — возмущенно фыркнула чародейка.
— Только опоздали вы. Тут прямо перед вами священник подвернулся, так он и подрядился помочь. Аккурат минут десять назад ушел на разборку с нечистью.
— Ага, вот как, — растерянно протянула Анна и, не попрощавшись с собеседником, повела коня к пустырю.
«Священник? На шушмаря? — Ошеломленная, она пыталась осмыслить услышанное. — Он что, святой водой его кропить собирается? Или благословение читать? Так крестом меж глаз приголубить — и то действенней будет!»
Продравшись сквозь пыльные кусты, девушка увидела своего конкурента. Тот сидел на корточках, расположившись к ней спиной, и что-то внимательно рассматривал на земле.
— Господин священник, — вполголоса позвала его Анна, — не мешали бы вы мне работу делать. Давайте отдадим Богу Божье, а чародею чародеево.
Незнакомец резко обернулся. Девушка удивленно хмыкнула: святой отец оказался вряд ли старше ее. Длинные золотисто-русые волосы стянуты в низкий хвост, неровно обрезанная челка спадала на глаза, броско контрастируя с темными бровями. Черты лица тонкие, можно даже сказать хищные. Широкие плечи обтягивает скромный плащ пилигрима, не скрывающий горделивую осанку и узкие бедра. В руках священник с деланой небрежностью держал хорошо отполированную тиковую палку.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
