кто же может стоять за наездом.
А подумать мне было о чем. Я знал, что всё, чего по жизни добился мой босс, он добился самостоятельно. Своей головой, характером и талантом. Его основным правилом было то, что никаких правил не существует, ему всегда были чужды сомнения. Родился в Полоцке — небольшом белорусском городке, в шестнадцать лет в Минске, поступил на физический факультет БГУ, где параллельно учебе, занялся фарцовкой. Летом, после первого курса, организовал бригаду «шабашников», помогал колхозникам строить коровники. В СССР, колхозы, имели эксклюзивное право оплачивать труд «шабашников» наличными деньгами. Студентом, исколесил половину страны от Минска до Западной Сибири.
Женился он, будучи еще студентом. В одну из «шабашек», на танцплощадке, в еще более провинциальном, чем его родной Полоцк городке, познакомился с Никой, первой местной красавицей, в то время стройной девушкой (я видел фотографии), которая стала его женой.
На заре кооперативного движения молодая семья переехала в Москву, которая открывала перед предприимчивым провинциалом, огромные возможности. Деньги и немаленькие, требовались на съёмное жильё, на подарки капризной супруге. Вскоре Ильич создал кооператив, который торговал всем, от компьютеров до ширпотреба. Уже через год, где-то на Проспекте Мира приобрел двушку в сталинском доме. Первый раз его кинули и поставили на деньги, затем кинул он. Выжил, выстоял, поднялся. В девяносто первом Ильич стал долларовым миллионером. Нарождавшийся в стране капитализм, отбирал и оставлял в живых сильнейших, умнейших, и наглейших. Он таковым и являлся. Господь благоволил Ильичу, сберег от пули, тюрьмы, и сумы.
В девяносто четвертом году он построил, один из первых частных бизнес-центров Москвы — «Ойл Вест». К началу двухтысячных под его управлением находился уже холдинг. В него входил горно-обогатительный комбинат, деревообрабатывающая фабрика, гостиничный комплекс и агентство недвижимости. География бизнеса охватывала Москву, Подмосковье, Холм(ск) и Сочи. Он был акционером «Ойл Веста», а около года назад приобрел 19, 99 % акций британской нефтяной компании, разрабатывающей нефтяные месторождения в Ханты-Мансийском округе, имел пакеты акций в газодобывающей и строительной компаниях.
Заработанные непосильным трудом деньги, хранил в швейцарском банке.
За последние два года были убиты три бизнесмена, имевших отношение к «Ойл Весту». В охраняемом милицией поселке, на Новой Риге, был показательно зарезан, Олег Коган — Президент Тюменского нефтяного банка, и, один из учредителей «Ойл Веста». Его зарезали вместе с телохранителем, между прочим мастером спорта по рукопашному бою. За сутки до нападения, у телохранителя украли документы, в том числе лицензию частного охранника, поэтому в роковую ночь, он оказался безоружным. Месяцем ранее, на Кутузовском проспекте, неподалеку от гостиницы «Украина» расстреляли вице-президента банка, вместе с водителем и телохранителем. Годом ранее, возле съемной квартиры в Ясенево, о которой знали лишь немногие доверенные лица, был расстрелян генеральный директор нефтяной компании «ЗапСибнефтегаз» Кузнецов — акционер «Ойл Веста». В Черемушках, у своего дома было совершено покушение на главу московского представительства нефтетрейдера «Мегионэкс» Бетмана. Киллер прятался в арке дома, через которую лежал путь Бетмана к служебному автомобилю. Автоматная очередь его зацепила лишь слегка, нефтяник успел сначала прыгнуть за машину, а потом кинутся обратно в подъезд. Киллер скрылся, а Бетмана, через неделю, я встретил в лифте, прихрамывающего, в сопровождении трех телохранителей. Конечно, Бетман был лишь арендатором, но все равно, этот случай не добавлял позитива в мои мысли. Последнее же ЧП произошло два месяца назад, когда неожиданно, средь бела дня, исчез президент «Ойл Веста» Чернышов. Его поиски с привлечением милиции, и прочих сил, и средств, результата не дали. Через несколько дней, он нашелся в депо метрополитена, на Варшавском шоссе, живой, но как будто со стертой памятью. Он до сих пор ничего не вспомнил, и врачи борются за его память и душевное здоровье. В «Ойл Весте» у него номинальная должность — президент. Это как свадебный генерал, присутствует, но ничего не решает. Ильич пользовался его обширными связями среди нефтегазового сообщества. У Чернышова, с давних лет, когда он еще работал в газовой отрасли Западной Сибири, оставалась своя газотрейдинговая компания, и менты сочли, что похищение связано с переделом рынка. В отрасли шла необъявленная война за перераспределение денежных потоков. Прямых связей с Ильичем не прослеживалось, но все же…
«Был ли Ильич хорошим человеком?» — я задавал себе этот вопрос неоднократно. И мог однозначно ответить — да, был! Конечно, с учетом того, что среди бизнесменов хороших людей, по определению, быть не может!
Я был уверен, хотя Ильич бы со мной не согласился, что люди его уровня, редко имеют друзей и женщин, которые их бескорыстно любят. В большинстве случаев, дружба для них, лишь дополнение к выгоде и пользе, получаемой от друзей. Есть польза — значит есть дружба. Дружба может служить для расширения бизнеса, или для поднятия собственного имиджа в глазах других, для развлечений и секса. При этом, если один из «друзей» поскользнётся и упадет, ему быстрее помогут расстаться с делом, чем окажут реальную помощь. «Ничего личного, только бизнес». Знакомиться и заводить любовные связи? Нет, на это у них тоже нет времени. Поэтому почасовая оплата проститутки, или месячная содержанки, гораздо предпочтительнее чем длительное ухаживание или, не дай Бог, душевная привязанность. По-другому у них получается редко.
«И стало быть» — размышлял я, таких друзей, которые гипотетически могли бы на него наехать, немало.
Ильич смотрел на нас исподлобья, затуманенным взглядом, как бы сквозь стекло. Он встал сделал небольшой круг и снова опустился на кресло.
Было заметно, что к Ильичу, как к боксеру, поднявшему после нокдауна, возвращается энергия, и, он, очухавшись от неожиданного удара, берет себя в руки. В голосе снова появились повелительные нотки:
— Виктор, свяжись с тестем, узнай, сможет ли он помочь нам, в отсутствии представителя ФСБ, и отследить откуда идет звонок? Ты Володя отправь дополнительно людей ко мне в Барвиху.
— Не надо, — перебил я шефа, — люди уже выехали.
— Мы с Денисом будем, заняты, поэтому дополнительно возьми все вопросы безопасности Ники и моего дома себя, — продолжил он. — И видимо надо усилить пропускной режим в бизнес-центре.
Этот тон был хорошо мне знаком. Факты и короткие, рубленные фразы. Никаких абстракций.
И только тревожный взгляд, который он иногда бросал на нас, выдавал внутреннее беспокойство.
Он еще что-то нам говорил, а у меня в голове уже созрел план действий. Дождавшись небольшой паузы, я вклинился:
— Александр Ильич, ваша основная задача, в предстоящем разговоре, договориться, что деньги, вместо вас, передам я, ну и со мной еще будет водитель, — на работе, при посторонних сотрудниках я всегда разговариваю с шефом на вы. —
