Джейк изумился, увидев отчаянную борьбу Маргарет с огромным хлыстом. В ее руках хлыст извивался, скользил и раскачивался, словно змея. В конце концов, Маргарет, подняв хлыст, приготовилась к «дрессировке».
Джейк не смог сдержать улыбки. В таком темпе она управится с хлыстом, дай бог, к Рождеству. В душе же он жалел упрямицу. Она, казалось, была меньше хлыста и, если вспомнить, всегда смертельно боялась его. Только сильная ярость могла заставить ее прикоснуться к грозному предмету.
– Мэгги, положи хлыст, – сказал Джейк, подходя к ней. – Можно порани…
Но прежде чем он произнес последнее слово, прежде чем успел моргнуть, хлыст взметнулся в воздухе и обрушился на Джейка, сбив с головы шляпу.
– Черт побери, – изумленно прошептал Стив. Сердце Джейка екнуло, глаза полезли на лоб.
Он провел рукой по волосам, еще не веря в то, что она сделала. Он хотел рассердиться, но немое восхищение взяло верх. Лицо Маргарет украсила победная улыбка, темные глаза сверкали от возбуждения. Разрази его гром, Маргарет Бентли – самая неотразимая женщина из всех, что он когда-либо встречал!
– Стив, черт возьми, уберешься ты отсюда? – крикнул Джейк. – Видишь, мне тут с женщиной нужно разобраться.
– У, счастливчик! – с добродушной завистью протянул Стив, направляясь к своей лошади. – Если понадоблюсь, я на своем ранчо. Будь помягче с ним, Мэгги.
И Стив умчался, оставив после себя облако белесой пыли.
Джейк и Маргарет стояли под раскаленным солнцем Техаса, оценивая друг друга. Сладкая дрожь пробежала по телу Маргарет от неистовой страсти, которую она увидела в синих глазах Джейка. Казалось, он возьмет ее прямо сейчас, здесь, на траве.
Джейк сделал к ней шаг, но Маргарет предупреждающе подняла хлыст:
– Назад, ковбой. Ты не подойдешь ко мне, пока я не получу от тебя кое-какие ответы.
–. Мэгги, сейчас мне плевать на всех растреклятых воров. Ты это хотела услышать? Я хочу только тебя, мой ангел, раскинувшуюся на спине, горячую от страсти и ждущую меня.
– Джейк, прекрати! – Она отступила, пересиливая желание рассмеяться. – Ты не притронешься ко мне, пока не объяснишься, Мне тоже плевать на всех воров мира. Я хочу знать, зачем ты сказал Стиву о помолвке и нашей прошлой ночи?
– Но ведь мы – жених и невеста. – Понимающая улыбка появилась на его лице: вот, оказывается, к чему она клонит. – Разве ты не считаешь, что должна выйти за меня после того, что случилось прошлой ночью? Ты же не забыла, что произошло у развалин, правда, Мэгги? Лично я никогда этого не забуду.
Сердце Маргарет бешено забилось при этом напоминании. Но если он теперь всего лишь продолжает играть с ней, то это слишком жестоко.
– Ты слышишь меня, Стоун? – горячо настаивала она. – Объяснись! Прошлой ночью ты не хотел иметь ничего общего с путами брака, оравой ребятишек и голубыми занавесочками, помнишь?
Джейк глубоко вздохнул, стараясь справиться с собой и взять ситуацию под контроль. Он расстегнул верхнюю пуговицу рубахи, пригладил взъерошенные волосы.
– Я буду уважать брак, если ты захочешь. Я обвенчаюсь с тобой в церкви и никогда не разведусь, никогда не расстанусь с тобой. Заявляю это серьезно. Ты моя жена, Мэгги.
Маргарет почувствовала, как солнечный свет слепит ей глаза, а ее сердце вот-вот вырвется из груди. В то же время слова Джейка звучали как-то отчужденно, сухо. Когда он это решил? Что делал без нее? Провел ночь, убеждая себя поступить с ней честно?
– Мне не нужны твои жертвы, Джейк, – хмуро сказала она. – Я могла бы принять их в день, когда пришла сюда впервые, но не сейчас. Слишком много всего произошло.
Джейк не знал, что ему было делать – плакать или смеяться над иронией судьбы? Все перевернулось с ног на голову. Прошлой ночью он задавался вопросом о мотивах поведения Маргарет. Теперь же она не доверяла ему. Нужно заставить ее понять то, чего он сам долгое время не осознавал, что открылось только прошлой ночью, – во-первых, после акта любви и, во-вторых, после столкновения со смертью.
– Я ничем не жертвую, Мэгги, – очень серьезно произнес он. – Всю жизнь я играл со смертью. И, пожалуй, только это давало ощущение, что ты еще жив. Но теперь у меня появилась веская причина хотеть жить. Это ты, Мэгги. Я хочу, чтобы мы стали мужем и женой.
– Ты хочешь? Но почему?
Вот это вопрос! Он, Джейк, и Маргарет были полными противоположностями, абсолютно по-разному смотрели на мир. Она вся состояла из противоречий, но в ее сердце жила непоколебимая вера в добро. Стойкая маленькая травинка, упорно сражающаяся с непогодой. А он – огромный могучий дуб. Но Джейк учился. Учился уступать в мелочах и выигрывать в главном. Он учился любить женщину.
– Я не могу выразить это словами. Знаю, женщины любят слушать признания, как мужчина теряет голову от любви и не представляет без женщины своей жизни. Все это абсолютно так и в моем случае. Но причина более простая и, наверное, не такая поэтическая. – Джейк взмахнул руками, стараясь подобрать слова к тому, что невозможно объяснить. – Я просто чувствую себя лучше рядом с тобой, Мэгги. О, понимаю, в это трудно поверить из-за моего поведения в последнее время. Но это здесь, внутри меня. – Его голос сорвался. – Такого со мной никогда не было.
– Джейк…
– Я люблю тебя, Мэгги.
Неверие и радость переплелись в ее душе. Она не могла пошевелиться. Джейк вдруг отдалился на тысячи миль, и огромная, непреодолимая пропасть разделила их. Само истерзанное сердце Маргарет сотворило ее. Она ждала признания в любви так долго, что сейчас просто не могла поверить в свершившееся.
– Иди ко мне, Мэгги, – сказал Джейк, протягивая руки.
Слезы застлали ее глаза, когда она услышала его хриплый зов. Маргарет явственно вспомнила свою клятву идти за ним хоть на край света. И она пойдет за ним. Потому что у нее нет другого выбора. И потому, что другого выбора она просто не хотела.
– О, Джейк… – Она закрыла глаза, испуганная тем, что не может даже пошевелиться. Чем больше она сопротивлялась неожиданному параличу, тем тяжелее становились ее руки и ноги. И Джейк сам пришел за ней. Маргарет обхватила его шею, слезы хлынули из глаз, она задрожала в страстных объятиях. Джейк осторожно опустил Маргарет на траву.
– Ты еще хочешь быть моей женой, Мэгги? Выйдешь за меня? Правда?
Ответ звенел в ушах самой Маргарет колокольным перезвоном, таким громким, что, казалось, мог бы оповестить всю вселенную. Но из ее уст наружу вырывались лишь неразборчивые звуки.
– Ты говоришь «да», Мэгги? Честно говоря, у меня нет всего, что следовало бы дать женщине.
Джейк приподнял ее руку, как обычно делают мужчины, собираясь надеть кольцо на женский пальчик. Вместо кольца он достал что-то из кармана рубашки и с нежностью положил на ее раскрытую ладошку.
