Читаем без скачивания Безрассудная девственница - Андреа Парнелл

- Ты, кажется, удивилась, дорогая? Беллингем опять взял ее руку в свои, быстро поднес к губам и принялся целовать. В конце концов к Глории вернулся голос.

- Вы меня удивили, сэр. Не знаю, что и сказать вам, разве что я буду плохой женой для священника.

Весело ухмыльнувшись, Беллингем кивнул.

- Это уж мне решать. Для тебя же чувствовать себя недостойной вполне естественно, - он ласково улыбнулся ей, потому что больше всего любил в женщинах скромность. - Я научу тебя всему, что надо знать жене священника. А, в общем, между женой священника и любого другого мужчины почти нет никакой разницы.

Глория покачала головой так, что ее волосы разлетелись в разные стороны.

- Боюсь, я не смогу, - сказала она. - Я не сумею.

Черные шелковистые волосы Глории щекотали ему руки, и он не остался равнодушным к их прикосновению.

- Я буду очень терпеливым учителем, - настаивал он. - Под моим руководством ты быстро все усвоишь, - добавил он, чувствуя, как его охватывает неодолимое желание.

- Нет, я не могу. Я совсем не такая послушная, какой должна быть ваша жена. Обо мне слишком много болтают. Да и, самое главное, мое сердце...

- Твое сердечко трепещет, - он позволил себе обхватить ее головку руками. - Я понимаю, о чем может думать молоденькая девушка. Тебя заботит, что у тебя есть недостатки и тебе нужно время, чтобы подумать о них. Конечно, ты должна посоветоваться с матушкой. Мы с ней уже обсудили твое приданое.

У Глории перехватило дыхание. Ее мать не могла согласиться. По крайней мере, до разговора с Куэйдом.

Глаза у Глории засверкали, и слова посыпались одно за другим.

- Вы не поняли. Я люблю...

Она запнулась от волнения, которое Беллингем принял за ожидание поцелуя. Он прижался губами к ее устам, причиняя ей боль и не давая дышать. Она попробовала вырваться, но у нее не хватило сил бороться с мужчиной, который целый год не прикасался к женщине.

Беллингем ощущал себя словно в земном раю. Правда, горячие мягкие губки не отвечали ему так, как бы ему этого хотелось, и он подумал, с каким удовольствием будет учить эту красивую девочку премудростям любви. Сам он мгновенно ощутил, к чему его может привести несдержанность, потому что ему неодолимо захотелось ощутить под руками молочно-белое тело, но он был человеком высокой нравственности и не позволил себе ничего, что мог бы осудить в других. Сделав над собой усилие, он отпустил Глорию.

- Скоро мы все уладим, - сказал он и заспешил к своему коню.

Глория была слишком ошеломлена, чтобы найти в себе силы остановить его.

Ей не хватало воздуха. Когда же дыхание восстановилось, она крикнула:

- Подождите!

Беллингем был далеко. Глория упала на камень, лишившись последних сил, чтобы продолжать путь. У нее болели искусанные губы, а на нижней даже выступила капелька крови. Коленки дрожали. С ума он сошел, что ли? Как он мог подумать, что она станет его женой? Женой Беллингема? Джосии Беллингема?

Глория тяжело вздохнула и медленно побрела домой. Ей была нужна ondpsc`, с которой можно было бы посоветоваться! Глория вспомнила Сару и ощутила, как много она потеряла. Потом она подумала о Куэйде. Он был нужен ей. И ей очень хотелось, чтобы он поскорее вернулся.

***

После того как Джосии Беллингему посчастливилось потрогать и поцеловать Глорию Уоррен, он уже места себе не находил от желания как можно скорее заполучить ее в жены. Из всех преимуществ брака больше всего он ценил обладание красивой женщиной. А ее кожа была мягче самого лучшего шелка. Беллингем предвосхищал тот день, когда увидит ее в самом прелестном одеянии, данном ей от природы. Он весь покрывался потом, едва представлял себе Глорию на мягкой перине и на ней себя.

Погруженный в свои мечты, Беллингем крутился в седле, которое доставляло ему ужасные страдания. Будь он человеком безнравственным, он бы рукой снял напряжение, а вместо этого он молился Богу, чтобы тот побыстрее избавил его от одиночества.

Пока же он считал себя дважды благословенным оттого, что женщина, внушающая ему столь сильное желание, еще к тому же богата и скоро он сможет забыть об унизительной бедности.

Беллингем пришпорил коня. Она нарожает ему детей, однако он надеялся, что это случится не сразу. Ему хотелось наслаждаться ее прекрасным телом и как можно дольше, прежде чем его испортит беременность. А потом можно будет нанять служанку, чтобы она ухаживала за детьми, а у нее было бы достаточно времени для мужа. И пусть теща продолжает исполнять свой долг.

С его губ не сходила улыбка. Все складывалось как нельзя лучше. Он обретет деньги и свободу, чтобы развивать свои способности, а также печатать свои труды и распространять их там, где они принесут ему наибольшую известность. Со временем ему наверняка предоставят больший приход, а пока он переделает гостиную в доме Уорренов в кабинет. В первое время надо будет побольше времени уделять жене. Это необходимо. Нельзя пренебрегать юной женщиной.

Он отер лоб платком. Надо поторопиться с венчанием. Самое большее через две недели. Он даже представить не мог, как будет теперь жить один, когда она дала согласие. Правда, предстоит еще многое сделать. Во-первых, поставить в известность отцов города, чтобы они дали ему позволение на брак, хотя это чистая формальность. Впрочем, этим можно заняться прямо сейчас. Главный среди них Баррелл Колльер, и как он скажет, так и будет.

Правильно. Надо поговорить с господином Колльером, как только он закончит с делами в доме Дугласов.

Уже смеркалось, когда Беллингем вновь отправился в путь, однако было еще не поздно и ему не хотелось откладывать визит к Барреллу Колльеру. Воображая головку Глории на своем плече, он трусил по улицам Сили-Гроув.

В доме Колльеров его пригласили в гостиную и предложили стакан вина, от которого он не отказался. Ни гость, ни хозяин не знали, чего им ждать друг от друга. Сара же, несмотря на опасность прогневать отца, уселась в уголке на лестнице, давно облюбованном детворой как отличный наблюдательный пункт. Она видела Беллингема в кресле. Он смотрел прямо в лицо Барреллу Колльеру. Сердце у нее едва не выпрыгивало из груди, потому что она была уверена в том, что священник пришел просить ее руки.

Светлые и влажные от пота волосы Беллингема блестели в освещенной свечами комнате. Он положил одну ногу на другую, демонстрируя великолепные башмаки. Сара не сводила с него обожающих глаз, желая, чтобы они с отцом поскорее кончили разговаривать и наступил ее черед остаться с ним наедине. Тогда свершится то, о чем она уже давно мечтает. Он наконец попросит ее руки.

Сначала Беллингем поинтересовался здоровьем Руфи.

- Ей гораздо лучше, чем когда вы были у нас в последний раз, ответил Колльер.

Заверив отца, что он непременно помянет его дочь в своих молитвах, Беллингем заговорил о своих делах.

- Господин Колльер, - сказал он, должным образом соединяя в своем голосе важность и покорность, - я хочу поставить вас в известность о моих d`k|meixhu планах, хотя мне бы не хотелось, чтобы они стали преждевременно достоянием горожан.

Заинтересовавшись, Колльер внимательно посмотрел на молодого священника.

- Положитесь на меня, если это только в моих силах.

- Да. Потому что эти планы касаются моей личной жизни, - Беллингем откинулся на спинку кресла. - Тем не менее мне хотелось бы немного подождать с оглаской, - он повертел в руках стакан и подождал, пока Колльер не сел на краешек кресла в ожидании чего-то особенного. - Я решил жениться.

Сара обеими руками зажала себе рот. Многое бы она отдала, чтобы броситься на шею Джосии.

- Давно пора, - Колльер довольно улыбнулся. Мысленно он представил себе, как наливает еще вина и произносит тост, после того как они обо всем договорятся. Хорошо, что он не поторопился сам начать разговор о Саре, ведь теперь он будет диктовать условия и назначать приданое. - Мужчина не должен жить в одиночестве, - громко сказал он. - Это не правильно.

- Я тоже так думаю, - согласился с ним Беллингем. - Однако не позже, чем через две недели, с моим одиночеством будет покончено. Я хочу взять в жены Глорию Уоррен.

- Глорию Уоррен! - Колльер чуть не подавился. - Я не ослышался? Вы сказали - Глорию Уоррен?

Господин Колльер быстро сосчитал в уме. Если он попробует соперничать с этой богачкой, то пустит себя по миру. Тяжело вздохнув, он достал платок и вытер мокрый лоб. Ничего не поделаешь. Придется Саре поискать другого жениха. А он не будет валять дурака и вмешиваться в дела, в которых у него нет ни одного шанса на успех.

Беллингем был доволен собой и радостно потирал руки.

- Красивая девушка, вы согласны? И репутация у нее безупречная.

- Я тоже ничего плохого о ней не знаю, - запинаясь, проговорил Колльер.

- И не узнаете, - заявил Беллингем. - Это добрая и скромная девушка, и она будет хорошей женой для священника.

И еще Колльер подумал, что она богато одарена Богом как красотой, так и богатством. Что ж, если Богу было угодно обратить его взгляд на нее, пусть попытает счастья. Джосия Беллингем человек набожный, но он не витает в облаках, и Баррелл Колльер не мог осудить человека за то, что он ищет, где ему лучше. Останься он сам вдовцом, он поступил бы так же.