И как не окунуться в эту атмосферу? Не обязательно записываться в команду капера. Но ведь можно хотя бы постоять рядом, выпить пива в компании с настоящими морскими волками. А то и поучаствовать в кабацкой потасовке, если конечно достанет на это духу. Как бы это странно не звучало, но да, на Альборане были туристы. Не сказать, что толпы, но все же.
Так что, еще парочка, прибывшая на небольшой яхте подозрений не вызвала. В территориальных водах баронства к ним подошел вооруженный паровой катер, на котором кроме минометного аппарата были установлены так же носовой и кормовой гатлинги. Проверили документы, провели осмотр и пропустили.
— Боря, тут не меньше дюжины каперов. Но под американским флагом только шесть, — заметил Григорий.
— Ну так, не только Испания воюет. Кого-то устраивают условия американцев, кого-то не очень. А кто-то просто не желает ходить под звездно-полосатым. Сегодня на Европейских архипелагах еще две войны. Так что, работы всем хватает. Не думал, что мне придется объяснять тебе это, — пожал плечами Измайлов.
— Да, я как бы впервые в пиратском вертепе.
— Постараюсь устроить тебе экскурсию. Но только аккуратно и без фанатизма, — хмыкнул Борис. — Меня тут могут запомнить те же полицейские. Да и «Роза», вон она, стоит на бочке. Маскировка с помощью самого лучшего грима и макияжа, не панацея, могут и узнать. А оно нам ни к чему.
Своим появлением здесь Борис был обязан именно капитану Бэнтли. Это было то самое условие, при котором госпожа Москаленко готова усыновить Бориса, одарив его своим именем и введя в круг потомственного дворянства. Не могла она ему простить смерть своих мальчиков. Правда, парень полагал, что причина этой кровожадности и в том, что этот ублюдок собирался радикально решить вопрос относительно самой Елизаветы Петровны.
В любом случае, она была уверена в том, что для боярина Яковенкова это будет достаточным оправданием ее действий относительно Бориса. У него ведь тоже был свой счет к тому, кто посмел бросить руку на его дочь. А как уже говорилось, нрав у Георгия Ивановича был крутой.
Нужно быть глупцом, чтобы не понять, что Москаленко ни за что не пошла бы на это, не будь Измайлов одаренным. И понятно, что она имела на него определенные планы. Но отчего бы не действовать к обоюдной выгоде.
Кстати, по словам Проскурина Борис уже насобирал достаточный багаж, в виде полезных новинок и открытий, для получения дворянства. Достаточно передать государю его новинки, как тот не преминет облагодетельствовать его благородным званием.
Взять один только тротил, как называл его Борис, о котором знают вроде бы и давно, но в то же время не представляют, что это самая неприхотливая и достаточно мощная взрывчатка. Разумеется работы по налаживанию технологического процесса проводили профессор и кандидаты, но направление-то задал именно Измайлов. И они совершенно небыли против его приоритета. В смысле Проскурин конечно, ученики же и не подумали возражать своему наставнику и сюзерену.
А чего стоит акваланг. Тем более после демонстрации, которую они собирались провести в самое ближайшее время. Понятно, что шила в мешке не утаишь. Но на какое-то время Россия получит неоспоримое преимущество в диверсионных операциях. А это дело такое. Взять тех же партизан. У всех есть аналогичные подразделения. Но вот уже сотню лет бесспорное лидерство остается за русскими.
Только, все это ерунда. Потому что дворянство Измайлов получит сразу же. Причем потомственное. Стоит только представить свою Суть. Впрочем, в любом случае придется, если пойдет по пути передачи технологий и получения заслуг перед отечеством. А вот этого-то пока делать и не хотелось…
Предупрежденные командиром встретившего их на подходе к Альборану катера, они не спешили покидать борт яхты. Как ни странно, но пришлось дожидаться прибытия чиновника пограничной стражи и таможенника. Как-то у них тут все нерасторопно. Или это связано с тем, что куда большим предпочтением пользуются призовые суда. Скорее всего. Все же прибыль от них, и от небольшой скорлупки несоизмерима.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
Город не поражал. Ничего в нем особенного. Все тот же английский колониальный стиль. Разве только обилие увеселительных заведений. Трактиры, рюмочные, публичные дома, опиумные курильни.
Кстати, последним лучше бы не увлекаться. Насколько узнал Борис, наркомания Системой отчего-то не воспринимается как болезнь. А потому «Аптечка» не то что не избавляет от зависимости, но и справиться с ломкой не помогает. Поэтому решившему завязать с этим гиблым делом, придется испытать всю гамму неприятных ощущений. Так сказать, испить чашу страданий до дна. С чем Измайлов был абсолютно солидарен, ибо ни пьянство, ни наркоманию, ни игроманию болезнями никогда не считал.
— Артефактная? — в удивлении остановился Борис перед лавкой со странной вывеской.
— Чудны дела твои господи, — поддержал его недоумение Григорий.
Артефактами торгуют, не без того. Но обычно в профильных магазинах и лавках, как сопутствующими товарами. К примеру в аптеках. А тут, явное указание на конкретное направление. Наверняка связано с тем, что на рынок начали выбрасывать все большее количество артефактов и модификаторов. Кстати, первые вовсе не вечные. Помимо того, что они могут получить механические повреждения, так у них есть еще и определенный ресурс. Длительный, не без того. Но все же.
Переглянулись и вошли во-внутрь. Как и ожидалось ассортимент не впечатлял многообразием. Но что-то подсказывало Борису, что новый виток научно-технического прогресса уже начался и новые модели начнут появляться с завидным постоянством.
Вон, последнее время Проскурин и Травкин корпят над чем-то новеньким. Но уткнулись в стену не в состоянии решить какую-то задачку. Борис даже не брался предполагать, что именно у них не ладится. Артефакторикой заниматься постольку поскольку не получится. К изучению этого направления нужно подходить вдумчиво.
Впрочем, так пожалуй везде. Взять даже живопись Ведь несмотря на его одаренность уперся же в стену и ни с места. Пока до него наконец не достучались, и не объяснили, что дальше двигаться в непринужденной манере не получится. Пришла пора приложить максимум усилий.
— Господ что-то интересует? — тут же к ним подошел продавец.
А нет. Этот скорее всего владелец. Лавка небольшая, и товара не так чтобы и много. Да еще и при таких серьезных ценах. Любопытствующих зевак тут терпеть не будут. А реальные покупатели редкость. Так что, нет смысла нанимать продавца попросту нет.
— Мы впервые видим лавку подобного типа, и не в курсе новинок, появившихся на рынке. Если позволите, мы для начала хотели бы ознакомиться с ассортиментом.
Лавочник осмотрел молодых людей, встретился с ними взглядами. Понял, что эти вполне могут быть потенциальными покупателями и сделал приглашающий жест.
— Извольте.
— Благодарю, — искренне произнес Борис.
После чего они начали всматриваться в ценники с названиями и кратким описанием. С виду обычные коробки различного размера, жестяные, деревянные и фанерные. На деле же в них заключено настоящее чудо механики. Заглянуть в их Суть не получится. От прилавка до полок слишком далеко. Все сделано с расчетом.
Тут были представлены уже знакомые «Аптечки», «Маяки», «Защитники». Разве только в различном исполнении модификаторов и артефактов. И да, Григорий в принципе был прав относительно цен на этот товар. Не дешевый, чего уж там.
Было и нечто новое. К примеру «Кинитофон», судя по названию с использованием греческих слов, нечто вроде мобильника. Правда, ни о какой сети речи не шло. Всего лишь пара аппаратов поддерживающих связь между собой в течении часа. После чего, если они одинарного действия, традиционные уже десть дней на перезарядку. Этот процесс ускорить не получалось никак. Модификатор ясное дело выбрасывался.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
У Бориса сразу же появилась мысль о создании радио, от которой он быстренько отмахнулся. Как там говорится, слышал звон, да не знаешь где он. Так и тут. Радио это круто. Только он даже не помнил с какой стороны к нему подступиться. Единственно что помнит, так это то, что на заре становления его называли беспроволочным телеграфом.
