обмануть того, кто хочет поверить. В итоге германский военный флот к началу войны хоть и остался много меньше английского, оказался сильнее и опаснее, чем предполагали в Британии.
Глава 55
Парижские и лондонские «умиротворители»
Наконец уже в 1936 году Лига Наций собралась обсудить дальнейшие антиитальянские действия. В частности, нефтяное эмбарго. Но события приняли совсем неожиданный поворот: в марте 1936 года Гитлер ввел войска в Рурскую область.
Тут надо кое-что пояснить. По окончательным условиям послевоенного урегулирования Рурская область — небольшая, но очень развитая часть Германии, её, как тогда говорили, «индустриальное сердце» — не должна была иметь ни войск, ни укреплений. То есть быть беззащитной со стороны Франции. И пока это было так, можно было не опасаться серьезных осложнений в Европе. Не только к западу от Германии, но и к востоку, ибо восточноевропейские страны находились в союзе с Францией, которая могла бы приструнить Германию. Теперь же все коренным образом менялось. Было ясно, что, установив военный контроль над Рурской областью, Гитлер тут же укрепит границу. Ситуация в Европе менялась колоссально! Теперь мы знаем, что имелся секретный приказ Гитлера: в случае энергичной реакции французов — отступить. Он еще не был готов к большой войне. Но французы не реагировали. Германские войска беспрепятственно заняли Рурскую область и были восторженно встречены тамошними немцами. Да и вся Германия ликовала.
Парижские «умиротворители», при самой деятельной поддержке лондонских «коллег», решили, что теперь, когда исчезнут унизительные для немцев последствия Первой мировой войны, Гитлер поведет себя тихо! «Немцы только навели порядок в своем доме», убеждали они себя.
В общем, потрясение в мире было велико: престиж западных демократий упал окончательно, а Гитлера — возрос.
Арабы, в свою очередь, тоже расценили ситуацию так, что можно переходить к действиям. А об итало-эфиопском конфликте все просто забыли на время. Муссолини воспользовался этим и в мае 1936 года победоносно закончил войну. Император Эфиопии отправился в изгнание. Некоторое время он жил в Иерусалиме — городе имевшем давние религиозно-культурные связи с Эфиопией.
Лирическое отступление
Справедливости ради отмечу, что итальянское завоевание имело для Эфиопии и положительные стороны, как обычно и бывало при захвате европейцами стран Черной Африки. Итальянцы прокладывали дороги, улучшали водоснабжение, Налоги при них стали меньше, чем были до войны. И так далее. Это производило впечатление и за пределами Эфиопии.
Лондонские «умиротворители» постарались помириться с Муссолини, но он уже сделал выбор в пользу Гитлера. Он теперь тоже презирал Англию. «Это уже не те англичане, что во времена Дрейка», — говорил он Гитлеру, вспоминая о прославленном английском пирате времен Елизаветы. Муссолини ошибся. Когда дошло до дела, англичане оказались именно «те», а вот итальянские фашисты, когда началась большая война, не показали себя достойными наследниками славы древнеримских легионеров. Гитлер в ту пору будет иронизировать: «Муссолини, может быть, и римлянин, но его народ — итальянцы».
Итак, остановить диктаторов, в середине 30-ых годов было относительно легко. Этого не сделали. Потом с каждым годом призвать их к порядку будет все труднее.
Часть третья
Действие начинается
Глава 56
«История с бочкой» и еврейско-бедуинский бизнес
Теперь арабским вождям осталось преодолеть последнее препятствие — инертность арабских масс. Тут все было не так-то просто. По двум причинам: с одной стороны, многие арабы уже привыкли к еврейскому соседству. Работали у евреев и с евреями, лечились у еврейских врачей и т. д. С другой — они понимали, что евреи не будут легкой добычей. Если уж в 1929 году арабы встретили яростный отпор, то было ясно, что теперь, когда стало евреев вдвое больше, отпор будет еще сильнее. Они догадывались, а отчасти и знали, что «Хагана» запасает оружие. А узнать им довелось примерно следующее.
«Хагана» ввозила ружья из Бельгии. Сначала их клали в длинные ящики, которые использовались для перевозки изоляционных труб для электрокабеля. Но туда много положить было нельзя — мог выдать вес. Тогда стали ввозить в бочках из под цемента. Тут по части веса было лучше. Заказывалась партия цемента в бочках емкостью 400–500 литров. В половине из них был цемент, в другой — ружья. Благополучно прошли две таких партии. А в октябре 1935 года прибыла третья партия, из которой часть бочек с оружием успели выгрузить и вывезти. Но под конец разгрузки одна из бочек упала, крышка отвалилась. И посыпался оттуда вовсе не цемент… Шум поднялся большой — повторение «истории с ульем». Арабы, конечно, обозлились, устроили бурные демонстрации и забастовки протеста. Но и испугались тоже. Эту историю с бочкой знали все на Земле Израильской. А наиболее любознательные из арабов могли бы узнать и побольше. И узнали бы они вещь любопытную: среди снабжавших оружием «Хагану» были и бедуины! На Востоке всегда, когда надо купить что-то незаконное, — идут к бедуинам. Они привозят что надо хоть из «тридевятого царства», переходя границы по им одним известным тропам. А среди евреев к тому времени уже были такие, которые родились и выросли на Земле Израильской и хорошо знали бедуинов. Как их отцы до Первой мировой войны вели дела с отцами бедуинов, так и повзрослевшее поколение еврейских уроженцев страны пошло по уже проторенному пути. Так что завели евреи с бедуинами изрядный бизнес. Те везли оружие, и не так уж мало. В первой половине 30-х годов купили мы у них 1 000 единиц стрелкового оружия, несколько пулеметов, много боеприпасов. Это сотрудничество продолжится и дальше, приведя ряд бедуинских племен под наши знамена, где они и по сей день остаются, поставляя нам, среди прочего, великолепных следопытов — сам видел их в деле.
Но вернемся в 30-е годы. Не всегда купленное у бедуинов оружие было в полном порядке. К тому времени у нас уже были подпольные мастерские, в которых чинили все, что надо, а кое-где и гранаты делали.
В общем, арабы знали, конечно, далеко не все, но догадывались, что евреи будут драться. И не хотелось многим из них лезть под наши пули. С другой стороны, не хотелось, конечно, и в меньшинство превращаться. Надо было найти людей, которые согласились бы выступить в роли зачинщиков. И таких нашли. Это были уже знакомые нам «харанцы» (см. главу 50). Их еще не было здесь, на Земле Израильской, в грозные дни конца августа 1929 года, поэтому евреев они не боялись, да и терять им было нечего — еще не обвыклись у нас
