Кейт выбежала в холл и бросилась в комнату дочери. Трент следовал за ней. Она кинулась к кровати, на которой металась девочка, беспомощно размахивая руками, словно отбиваясь от чего-то. Кейт легла рядом с дочерью, обняла ее и прижала к себе.
– Все хорошо, малышка, мама здесь, – Кейт гладила ребенка по голове. – Ты в безопасности, никто тебя не обидит.
Трент стоял у кровати. Он посмотрел на Кейт, и они обменялись встревоженным взглядом.
Девочка, наконец, успокоилась, веки у нее затрепетали. Кейт поцеловала дочь в лоб.
– Вот и хорошо, детка, спи, мама здесь. Я никогда не позволю, чтобы тебе причинили боль.
Криста открыла глаза и посмотрела на Кейт.
– Мне приснился ужасный сон.
– Это всего лишь сон, дорогая, теперь все хорошо.
– Мне приснилось, что мы живем в этом доме и очень счастливы. – Криста подняла глаза и протянула руку Тренту. – Папа!
У Кейт перехватило дыхание.
– Папа, тот ужасный человек пытался забрать меня, но вы с мамой остановили его. – Криста опустила голову на плечо Кейт. – Папа сразился с ним и спас меня. А ты, мама, обняла меня крепко-крепко и сказала, что любишь меня.
По лицу Кейт текли слезы. Такой радости она не чувствовала никогда в жизни. Благодарю тебя, Боже, благодарю. Криста назвала ее мамой, а Трента – папой.
Трент наклонился над кроватью и обнял их.
– Мы оба любим тебя, – сказал он.
Кейт протянула руку и погладила его по лицу.
– Да, – сказала она.
Он поцеловал ее в лоб. Криста подняла голову.
– Ты же можешь целоваться лучше, да, папа?
– Да, юная леди, могу, но не сегодня ночью. Завтра у нас будет праздник, и я поцелую Кейт так, что у нее дух захватит. Но сейчас нам всем нужно поспать.
Трент повернулся, чтобы выйти из комнаты.
– Не уходи! – закричала Криста.
– Хорошо, я останусь. – Он прошел по комнате и сел в пестрое кресло у маленького чайного столика. – Я буду охранять вас всю ночь. А теперь, девочки, засыпайте.
Криста потянула Кейт за руку.
– Поспи со мной сегодня, ладно?
– Хорошо. – Кейт натянула одеяло.
– Ты снова выйдешь замуж за папу, да, мама? – прошептала Криста.
– Да. – Кейт обняла дочь.
– А я буду твоей подружкой, да?
– Конечно.
– А я буду самым счастливым мужчиной на свете, – раздался из угла комнаты голос Трента.
– Мы все будем очень счастливы, – сказала Кейт. – Мы снова стали семьей.
Спустя столько времени.
ЭПИЛОГ
– Они уже здесь! – закричала Криста Уинстон, обращаясь к бабушке и тете Мери Белл. Она сбежала с крыльца и устремилась по выложенной кирпичом дорожке навстречу матери и отцу, которые выходили из «бентли».
Кейт раскрыла ей объятия.
– Можно я понесу одного из них? – спросила Криста.
Трент открыл заднюю дверь машины и заглянул внутрь. Потом улыбнулся дочери.
– Выбирай. Кого ты хочешь – Бея или Белл?
– Дай мне Белл, – сказала Криста, которой исполнилось тринадцать лет. – Нам с ней придется держаться вместе. Мы же сестры.
Трент вынул корзинку с младенцем с заднего сиденья и вручил свою младшую дочь ее старшей сестре.
– Она очень похожа на тебя, когда ты была младенцем.
– Она просто живая куколка, да, папа? – Криста расплылась в счастливой улыбке и, взяв корзину, с важным видом пошла по дорожке к дому. – Ты должна увидеть свою детскую, юная леди. Мы с мамой выбились из сил, украшая ее. Твоя сторона вся розовая и белая. Я сама выбирала тебе куклы и мягкие игрушки. Мы позволили папе выбирать все для Бея, потому что он мальчик. Он, наверное, будет играть в регби и бейсбол. А я научу тебя играть в футбол и софтбол. Знаешь, я ведь играю в двух командах.
Трент вынул корзинку с сыном из машины и обнял Кейт.
– Чудеса действительно случаются, правда, любимая?
– Да. И мы живое тому доказательство.
– Скорее, скорее! – К ним спешила тетушка Мери Белл. – Нельзя держать малютку на такой июльской жаре! У меня вот-вот будет тепловой удар.
Криста внесла Белл в дом, за ней вошла Мери Белл. Кейт открыла дверь Тренту, который нес на руках Бея, и вошла вслед за ними. Когда они оказались в холле, она ахнула. Голубые и розовые ленты свисали с потолка и украшали лестницу. Корзины живых цветов нежных оттенков голубого и розового красовались в каждом углу холла.
Все семейство начало подниматься по лестнице в детскую. Комната, выдержанная в светло-кремовых тонах, была украшена росписью и обставлена детской мебелью – кроватками, столиками и креслицами-качалками – из красного дерева. Кроватка Трентона Байярда Уинстона V была выполнена в том же стиле, что и кроватка сестры, но над ней не было белого кружевного полога. У Бея были темно-каштановые, как у отца, волосы и голубые, как у матери, глаза. Бренда Белл Уинстон была копией своей старшей сестры, унаследовав карий цвет отцовских глаз и светлые волосы матери.
Положив спящих младенцев в кроватки, Криста и взрослые посмотрели на малышей в благоговейном восторге.
– Как чудесны маленькие детки! – сказала Бренда. – Я надеялась, что после рождения Рика у меня будут еще дети, но этому не суждено было сбыться. Но Господь благословил меня этой юной леди. – Она обняла Кристу.
– А теперь у тебя есть еще двое внуков. – Криста перевела взгляд с матери на отца. – Разве не так?
– Конечно, – подтвердила Кейт.
– И я научу их называть тебя бабулей, – продолжала Криста.
– Криста, я не уверена…
– Они обязательно будут называть вас бабулей. – Кейт улыбнулась Бренде. – Вы и тетя Мери Белл будете для них такими же бабушками, как для Кристы.
– Мне нужно позвонить Шелли и Алексе и сказать, что они могут прийти и посмотреть на наших малышей. – Криста вприпрыжку выбежала из детской, затем остановилась. – Можно им прийти через час? – спросила она родителей.
– Можно, – ответил Трент и обнял Кейт за плечи. – Ну, миссис Уинстон, я думаю, тебе пора прилечь. Сегодня был бурный день, не говоря уже о том, что ты всего несколько дней назад родила близнецов.
– Мы с Брендой спустимся вниз, займемся обедом и будем отвечать на телефонные звонки, – сказала Мери Белл, выходя с Брендой из детской.
Трент и Кейт слышали, как, спускаясь по лестнице, почтенные дамы трещали, как сороки. Бабушка Кристы и ее двоюродная бабушка Мери Белл очень подружились и от души наслаждались жизнью в Уинстон-Холле. Мери Белл вовлекла Бренду в свою общественную деятельность, и они стали практически неразлучны.
Трент, Кейт и Криста жили нормальной семейной жизнью в старом уютном доме с качелями на веранде и белым забором. Кейт думала, что она не может быть счастливее, что у нее есть все, о чем можно мечтать. Но так было до тех пор, пока она не узнала, что беременна – в тридцать шесть лет – близнецами.
