* * *
Норико стояла, улыбалась и слушала романтический бред этого мальчишки. Боги, на что он вообще рассчитывает? Да, она флиртовала и строила ему глазки, но в пределах допустимого. Она никогда бы не перешла черту дозволенного. А этот… Похоже, прав отец — аристократы из молодых родов мало чем отличаются от простолюдинов. Неужто так сложно понять, что она просто играет на нервах своего жениха? Собственно, поначалу она и думала, что немец все понял и просто подыгрывает, отчего ощущала к нему легкую благосклонность. Но какого демона он до сих пор к ней подкатывает? Совсем дурак?
А еще ее сильно раздражал Синдзи. Былого равнодушия, легкого презрения и обиды, что ее выдают за него, уже несколько дней нет, он тупо ее раздражает. Боги, в чем она провинилась, что вокруг нее все парни идиоты? Да, она не перегибала палку, но неужто он настолько инертен, что его абсолютно не задевают ее действия? Она ему настолько безразлична? Или она все-таки где-то перегнула палку и он просто махнул на нее рукой? Почему не высказал все, что думает? Пусть не Ансгару, пусть только ей и наедине? Она что, даже недостойна, чтобы он ее отругал? Или он действительно полный дурак и ничего не видит?
Тут еще и дед с отцом начинают задавать неудобные вопросы. У вас все нормально? Не поссорились ли вы? Не учудила ли ты опять что-то? Нет, демоны вас всех подери! Не учудила! У нее, чтоб этому Аматэру икалось, не получилось учудить!
С другой стороны, сегодня утром, когда служанка расчесывала ее волосы, ей в голову пришла одна занимательная мысль: Атарашики-сан не приняла бы в род идиота. Как и тупого служаку. Глава рода не может таким быть. Да и если смотреть на Синдзи непредвзято, он точно не дурак. Норико присутствовала далеко не при одном разговоре Синдзи с другими аристократами. Причем аристократами разного уровня и возраста. Нет, он точно не идиот. Значит, что? Аматэру Синдзи не хочет подвергать опасности выгодную помолвку, а сама Норико для него всего лишь… Кто? Предмет? Пустая оболочка? Или бунтующий ребенок? Последняя мысль оказалась неожиданно логичной. Если подумать и вспомнить, как он к ней изначально относился, то да — она для него ребенок. Причем, судя по всему, ребенок чужой. В любом случае, что бы там на самом деле ни оказалось правдой, для нее ничего хорошего это не сулит. Тут и правда задумаешься о возможности разрыва помолвки.
В этот момент ее мысли были прерваны движением Ансгара, который подошел к ней слишком уж близко. Еще и наклонился чуть вперед.
— Что вы делаете, Ансгар-сан? — воскликнула она.
При этом Норико на автомате остановила его, подняв руку и уперев ладонь в грудь.
— Всего лишь хочу поцеловать самую красивую девушку Японии, — ответил он полушепотом.
— Вы сейчас очень близки к тому, чтобы переступить черту, — произнесла она, полностью проигнорировав комплимент.
— И что? — сказал он так же тихо. — Ты нравишься мне, а твой так называемый женишок явно стерпит что угодно. Если вообще заметит.
— Не выставляйте свой слабый умишко на обозрение, — проронила она, с некоторым усилием отодвигая парня подальше от себя. — Ты слишком мало что из себя представляешь, чтобы быть на таком расстоянии со мной. Про поцелуи даже говорить смешно.
— Я мало что из себя представляю? — промолвил он с усмешкой, все же сделав пару шагов назад. — Что ж ты тогда терпишь рядом с собой эту тупую трусливую тварь?
И вот эти его слова почему-то сильно взбесили Норико. Да как вообще нечто вроде этого смеет оскорблять Аматэру Синдзи?!
— А кто ты такой, чтобы сравнивать с собой Аматэру Синдзи? — произнесла она, изобразив удивление. — Чего добился в жизни? Может, создал многомиллиардную компанию? Или, быть может, выиграл войну? Ну, хотя бы крейсер захватил? Пф, — хмыкнула она презрительно. — Да ты даже не сможешь затащить в постель женщину, которая пробилась наверх в преступной организации. Ты никто и в жизни своей не сделал ничего. Все, что у тебя есть, это твой возможный в будущем ранг Виртуоза. Который из-за твоего тупизма сейчас под угрозой. Мертвые не повышают ранг. Да и что мне тот ранг? Ты ведь даже ничего не делаешь, чтобы его достигнуть. Просто повезло при рождении.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Да что ты вообще можешь знать о том, через что я прошел? — процедил со злобой в голосе Ансгар.
— Ты думаешь, меня это волнует? — усмехнулась иронично Норико. — Ты жалок и не стоишь даже мизинца моего жениха. Пошел прочь, ничтожество, — помахала она ладонью, словно отгоняя от себя какую-то мерзость.
— Палку здесь перегнула ты, и кому-то придется…
Еще на первых словах крайне злой парень, который сильно превосходил ее по комплекции, про ранг и говорить не стоит, сделал шаг вперед, приближаясь к Норико. Еще шаг, и он буквально навис над ней. Да, если подумать, он не посмел бы причинить ей вреда, во всяком случае, ничего серьезного не произошло бы. Только вот рационально мыслить в тот момент у Норико вряд ли получилось бы — она просто-напросто испугалась. Тем не менее вбитые рефлексы и воспитание не дали ей сделать и шага назад, вместо этого она лишь выше подняла подбородок, всем своим видом показывая высокомерие.
— Спокойно, малыш, не кипятись, — раздалось сбоку, а рядом с лицом появилась рука, упершаяся в грудь немца, тем самым останавливая его. — Если не хочешь, чтобы тебе головенку открутили.
* * *
Признаю, Норико удивила. И не тем, что послала Ансгара с его домогательствами, тут как раз все было в пределах нормы. То есть могла послать, а могла не послать. Удивило меня то, как она, не задумываясь, врубила идеальную невесту, я бы даже сказал — жену. Просто хоп, и ты говно, а мой жених идеален. Не было тяжких вздохов и слов по типу — да, он не идеален, но все же мой жених… О нет, на нападки Ансгара она отреагировала моментально, как и полагается в ее случае. Ну и да, растоптала она его знатно. Любо-дорого было посмотреть. Я, может, и послушал бы еще их перепалку, но этот идиот попер прямо на девушку, и просто стоять рядом было уже нельзя.
Ансгар явно удивился. Даже немного успокоился, кажется.
— Убери свои чертовы руки, — отмахнулся он от меня, ударив по предплечью. — Твоя дрянь перегнула палку, и тебе придется за это отвечать.
Сделав шаг вперед и задвинув Норико себе за плечо, я оказался вплотную к немцу.
— Намеков ты, похоже, не понимаешь, — заговорил я на немецком. — Бессмертным себя почувствовал? Ох уж это подростковое отрицание смерти.
— А что такой, как ты, может мне сделать? — ответил он на своем родном языке. — Натравить своих слуг? Ну так у моего рода тоже найдется чем ответить. Ты мне противен. Такие трусы, как ты, не должны появляться среди аристократов.
— Тише, тише, ребятенок, — произнес я с усмешкой. — А то сейчас лопнешь и забрызгаешь все вокруг своим дерьмом.
— Скорее ты обделаешься от страха, — бросил он на это.
— Я так полагаю, ты меня на дуэль провоцируешь? — усмехнулся я. — А сам-то не испугаешься?
— Тебя? — спросил он презрительно. — Или ты, как последняя тварь, решил вместо себя другого выставить?
— Ну-ну, не сравнивай Японию со своей страной, — произнес я, склонив голову набок. — Значит, не отступишь?
— Никогда!
— В таком случае подтверди это, — предложил я.
— Что? — не понял он.
— Сто миллионов, — удивил я его еще сильнее. — В рублях или долларах, мне все равно. Если ты так уверен в своих силах, то наверняка с легкостью поставишь на себя.
— Какие еще, к дьяволу, деньги? — воскликнул он удивленно. — Ты о чем вообще?
— Мы организовываем дуэль, открываем тотализатор, и каждый из нас ставит на себя по сто миллионов, — произнес я таким тоном, словно объяснял что-то маленькому ребенку.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А-а-а… — протянул он презрительно. — Я понял. Думаешь, я отступлю? Думаешь, сможешь избежать дуэли таким дешевым способом?
— То есть ты согласен? — спросил я вкрадчиво.
— Естественно, — ответил он твердо.
— В таком случае давай кое-что обговорим, — перешел я на деловой тон. — Сражаться будем после турнира среди Учителей, здесь, на арене. Прилюдно. Никаких запретов на зрителей, никаких подавителей Саймона, никаких артефактов. Только свои силы.
