да. Побольше будет, чем в относительно спокойных странах. Учёные давно установили, что в районах, где частые Дыры, рождается много детей, способных к Дару. Но не забывай, что тут не только из столицы экзамен проходят. Со всей Империи едут.
— На фига? Своих полигонов, что ли, нет?
— Здесь престижнее. К тому же можно засветиться в высшем обществе, показав отличные результаты. Так что наиболее одарённым открывается неплохая карьерная лестница. Обычно иногородние сдают экзамен на Печать отдельно от наших, питерских. На их испытаниях собирается приличная бригада рекрутов, которые вербуют не только в свои ведомства, но и в отряды.
— То есть я исключение, раз с вами еду?
— Ага. Прицепом ко мне записали. Одну пускать в люди Достоевскую пока не решаются.
— Господа! Выезжаем! — предупредил водитель и закрыл дверь.
Но тут же по ней кто-то сильно забарабанил с той стороны автобуса. Опоздавшими оказались лет семнадцати парень с девушкой. Рыжие, все в конопушках, которые, впрочем, не портили их, а придавали некую изюминку. Похожи друг на друга так сильно, что не оставалось никаких сомнений — это брат и сестра. Влетев в салон, они плюхнулись на свободные места рядом с нами.
— Уф… Чуть не опоздали! — облегчённо выдохнула девушка.
— Заранее собираться надо было! — попенял ей брат.
— Думала, что вся ночь впереди. Кто ж знал, что она такая весёлая получится.
— Отмечали начало взрослой жизни? — улыбнулся я, пытаясь завести знакомство.
— Если бы! — ответил парень. — Представляете! Ни с того ни с сего прямо в нашем доме Дыра образовалась! Д1А! Отец говорит, что чудом остались живы: спали же все, а тут Каракурты полезли. Спасибо соседям! Выручили! Потом Чистильщики трупы Тварей утилизировали. Проверку всего дома устроили на всякий случай. Опросы, бумажки…
Мы с Аней переглянулись. Вот так сюрприз!
— Вы Воронины? — продолжил я беседу.
— Верно… — удивилась девушка. — Анастасия и Кирилл. А как вы догадались? Мы вроде с вами не знакомы.
— Всё просто. Я Максимилиан Гольц, а моя спутница — Анна Достоевская. Ночью имели честь посетить ваш особнячок в компании её матери Юлии Петровны.
— Достоевская⁈ — привычно отреагировала парочка, попытавшись отодвинуться от нас.
— Ага, — кивнула Аня. — Не бойтесь. Проклятие исчезло, а то бы никто в здравом рассудке меня в автобус не посадил, да и до экзамена не допустил.
— Отец тоже что-то такое говорил. Но, — призналась Анастасия, — всё равно страшновато… Извините.
— Ерунда. Я уже привыкла.
— Савелий Тихонович не говорил, что у вас сегодня тоже экзамен намечается, — перевёл я разговор на менее скользкую тему.
— Так, папа и про вас ни слова не сказал. Просто заявил, что в хорошей компании поедем.
— Наверное, это он специально, — пояснил Кирилл. — Чтобы мы не дёргались больше, чем нужно, узнав, что с самой Достоевской рядом окажемся. Да! Пользуясь случаем, хотим вас лично поблагодарить за ночное спасение!
— Не стоит, — отмахнулся я. — Это всё графиня, а мы лишь на подхвате были.
— Нет, стоит! — возразила мне девушка. — Броситься на помощь незнакомым людям, зная, что появление проклятых могут превратно истолковать — это очень достойный, благородный поступок. Отец нас с детства воспитывал на понятиях чести, так что если будет необходимость, то всегда можете рассчитывать на нас.
— А мама против не будет? — поинтересовалась Анна. — Всё-таки репутация у Достоевских сильно подпорчена проклятием, чтобы знакомство с такими водить.
— Мама умерла… — вздохнула Настя. — Погибла. Мы же сами из Перми.
— Ого! Опасное место!
— Очень. Ехала из города в наше поместье и нарвалась на небольшую неучтённую Дыру. Там серьёзных образуется много еженедельно. Вот под их фоном мелкие и прячутся. Нам тогда по три годика было. Папа чуть с ума от горя не сошёл. Стал постоянно в рейды ходить, мстя Кочующим Мирам.
Потом в одной из Дыр нарвался на самого Лорда. Свой отряд почти весь вывести смог, но выжег Дар полностью. Его в отставку и отправили. Перебрались в Петербург, продав всё. Тут цены на жильё оказались такими, что выбор был невелик: либо небольшая квартирка, либо взять практически за бесценок особняк, примыкающий к владениям проклятых Достоевских. Так мы и стали соседями.
— И не прогадали! — усмехнулся я. — Отличное вложение средств получилось! Теперь, когда проклятость исчезла, земля рядом с нами опять станет практически золотой.
— Но и налоги резко подскочат вверх, — пояснил Кирилл. — А мы, мягко выражаясь, не очень богаты. Отец вложил все средства в дом и наше серьёзное образование, заплатив за учёбу в самой Императорской Школе, где учится элита. Ему, как полному кавалеру ордена «Честь и отвага», разрешено отдавать своих детей в самые престижные заведения невзирая на баронский титул. Придётся продавать особняк. Жалко. Место хорошее.
— Ничего! — успокоила их Анна. — Получите Печати и заработаете на безбедную жизнь. Тем более, выпускники Императорской Школы всегда были нарасхват. Хорошо хоть закончили?
— С золотыми медалями! Оба! — гордо сказала Настя. — Сам Его Императорское Величество Александр вручал!
Так, за разговором мы и скоротали поездку. Постепенно ледок недоверия к нам с Аней растаял, и ребята уже свободно болтали на разные темы, оказавшись очень неплохими собеседниками. Мне эта рыжая парочка однозначно понравилась. Думаю, что и Ане тоже. Кажется, у нас могут появиться первые если не друзья, то хорошие приятели. Тем более что соседи.
Автобус остановился.
— Приехали! — сообщил водитель. — Без разрешения не выходить! Сейчас за вами прибудут экзаменаторы!
Долго ждать их не пришлось. Вскоре около автобуса остановилось несколько бронированных армейских джипов. Нас загрузили в них и через пятнадцать минут по разбитой земляной дороге привезли в мини-крепость. Собрали в большом неуютном зале с серыми бетонными стенами.
На сцену поднялся невысокий, полноватый мужчина. Если бы не сидевшая на нём, как влитая, военная форма с полковничьими погонами, то решил, что это гражданский профессор, прибывший читать лекцию.
— Господа! — начал он командирским поставленным голосом. — Во-первых, поздравляю, а во-вторых, желаю удачи! Долго говорить не буду. Сейчас вас разберут кураторы и объяснят сегодняшние правила прохождения экзамена, а также введут в курс дела по обстановке вокруг Дыры.
— «Сегодняшние правила»? — шёпотом переспросил я у Анны. — Они меняются?
— Ага. Чтобы претенденты на Печать готовились разносторонне, а не по одной схеме.
— После прохождения экзамена вам будут сделаны первые татуировки с Печатями, — продолжал полковник. — Далее опять собираемся в этом зале, где будут выступать вербовщики различных императорских служб.
Контракты с ними заключать сразу необязательно, но в течение трёх дней вы должны определиться с выбором. Кто этого не сделает, тот
