И — глаза… Они горели холодным, прозрачно-сумеречным огнём с белыми искрами. И продолжали увеличиваться. Это уже не человек. Это уже являлось нечто сатанинское, при виде чего мои руки сжало судорогой, а изнутри начало вздыматься чувство, близкое к тому, которое испытывает человек при виде морской волны, несущейся снести его лачугу, а он может чувствовать лишь совершенное бессилие.
Вскоре передо мной стояло чудовище.
Блестящие чёрные лапы твёрдого хитинового покрова жёстко упирались в пещерные плиты, держа на уровне человеческой головы твёрдое же тело, похожее на крошечную лодку на одного гребца. В тело вросла голова, которая легко ворочалась в углублении, словно мячик. Чёрные глаза, будто плохо очищенные от сажи бляшки на щите, уже оказались без следа человеческого присутствия. Демон-насекомое смотрел на меня со страшной злобой, раскрыв пасть, светящуюся серым туманом. Зубов у него не было. Только странные роговые края, как у черепахи.
Демон вдруг заверещал и чуть отступил. Я вздохнул и пришёл в себя от странного, завораживающего влечения к чудовищу, словно пытался разглядеть неизвестную зверюшку, а не жуткого Зверя. Хотя мог и дальше почти не мигая рассматривать его.
— Оборотень, — спокойно сказала рядом со мной леди Юлиана.
Вздрогнув от неожиданности, я обернулся. За спиной, кроме неё, стояли чародеи и несколько Всадников смерти, с трудом удерживающих наступление на нас варваров, почему-то идущих плотной толпой, будто их никто и не убивал до того.
— Это магическая ловушка, — спокойно продолжала леди.
— Почему вы здесь?!
— Сил не хватило. Когда чудовище начало обретать свою естественную форму, оно вытянуло из меня все силы. Большинство Всадников успело выйти из пещеры, но нам не удалось. Она закрыта на магический засов.
— И что теперь? — угрюмо спросил я, не спуская глаз с покачивающегося чудовища, которое словно специально распаляло себя визжа и вереща. Я уже не ожидал хорошего ответа, не ожидал вообще ничего хорошего, но, как ни странно, ответ оказался достаточно обнадёживающим. Впрочем, с какой стороны ещё посмотреть.
— Вам надо убить демона, — сказала с другой стороны леди Астри. — Нам драться с ним нельзя. Только у вас есть меч, который может уязвить чудовище. Нам же остаётся только не подпускать к вам оживших мертвецов.
— Оживших?! Хорошо! — согласился я, пятясь вместе с ними к Всадникам. — Я сражусь с ним! Но как потом мы выйдем из пещеры?!
— Вместе с чудовищем исчезнет магия невидимой закрытой двери! — крикнул Бродир, отбиваясь от насевших на него громадных фигур, плохо различимых в наплывающем дыму.
— Что бы вам раньше об этом не сказать! — рявкнул я и бросился на чудовище.
За спиной завопили чародеи — и взвилась боевая музыка звона и скрежета железа, которая стала ещё одним кнутом, подхлестнувшим меня.
Я швырнул в демона факел и дёрнул из земли короткий меч. Чудовищное насекомое от огня отшатнулось. Я подскочил и ударил по одной из отсвечивающих металлом конечностей, метя в сочленение. Ага, оно из плоти, которая легко поддаётся рубке мечом! Хорошо, что вокруг валяется много оружия варваров. Надеюсь, оно настоящее. Во всяком случае, во время битвы звенело как настоящее. Пригодится, если что… Я рванулся и, пригнувшись, бросился под брюхо демона-насекомого.
Немного воображения, и я твёрдо усвоил, что бегаю под шалашом, неуверенно стоящим на подламывающихся подпорках. Снизу его, как выяснилось, не пробить. Брюхо как железный панцирь. А может, так оно и есть… Выскочив на другой стороне, я представил, что передо мной гигантский жук, — и ударил с хвоста под крылья, ежели таковые у этого переростка имеются. Сверкающий едва не застрял в пробитом подкрылье. Есть! Сейчас я его раскурочу, как деревенского дурачка, которого на праздник, на потеху всем, одевают в доспехи, выкованные кузнецами из вёдер!
Демон-насекомое взвыл и дёрнул подхвостьем, после быстро перебрал лапами и снова очутился лицом ко мне, повизгивая. И вдруг — перестал дёргаться, опустил зад и снова принялся наступать на меня. В чём дело?!
Стонущий вскрик сзади — одновременно я, отступая, врезался в чью-то спину.
— Ой!
— Леди?!
— Лорд! Почему вы ещё не убили чудовище?!
Она что — смеётся?! Плотно прижатые друг к другу, мы чувствовали движение наших тел. Судя по всему, она энергично оборонялась, но варвары наступали так напористо, что она прижималась и прижималась ко мне.
— Леди, кого убили? Не чародеев?!
— Нет. Одного из Всадников!
— Что?!
— Точнее, он был ранен, но ваше чудовище, видимо, тоже было ранено — и выпило из него жизненные силы, чтобы восстановиться!
— Оно берёт силы из раненых?!
— Да! Достаточно раны, из которой начинает литься кровь!
"Моё" чудовище — сказала леди? Что ж, она права: в меня поверили! На меня надеются те, у которых больше нет ни на кого надежды!
— Леди, держитесь!
— Алек, убей его! Я уже не могу их сдерживать!
— Держись, Юлиана!
Я оттолкнулся от её спины и бросился на чудовище для начала хотя бы отогнать его. Теперь главное, чтобы оно не ранило меня: если убьют меня, им всем не выбраться!
Красным плеснуло по глазам! Ярость облила ноги бешеным жаром. Я метнул широкий меч в глаза чудовища. Оно отшатнулось. Я перебросил Сверкающий в левую руку и стремительно нагнулся. В демона полетел топор, другой, третий. Краем глаза я видел рядом Юлиану — она защищала мою спину. А кто-то (я не успел разглядеть кто) защищал её. Нас.
Чудовище вздыбилось, отбиваясь конечностями от летящих в него мечей и топоров. Под руку попался дротик — туда же!
И я добился того, что демон-насекомое отступил на пару шагов — совсем мало, но мне так они нужны! Я бросился на него, швырнув ещё пару подобранных на бегу дротиков и топоров и, кажется, перебив парочку конечностей. Чудовище суматошно замахало конечностями, видимо, решив, что я так и дальше буду кидаться холодным оружием. Разъярённый, я рванулся к нему и буквально на лету сунул, пропихивая в угрожающе раскрытую на меня пасть, факел! Жри, ублюдок!
Визгом меня прорезало насквозь. Ноги чудовища подломились. Но я помнил, что позади меня продолжается кровавая битва и что в любой момент могут кого-то ранить — до смерти. И я отчаянно и решительно накинулся на накренившееся к земле тело. Непробиваемый?! Это мы ещё поглядим! Сверкающий запел в замахе! Демон-насекомое визжал, сбивая с ног одним только визгом и запахом из спалённой пасти. Я рубил его, с трудом отскакивая от молотящих воздух конечностей, — рубил в поисках уязвимого места, пока под ноги мне не хлынула какая-то густая жидкость с омерзительнейшим запахом. Вот оно! Защищаясь от меня или просто от боли, чудовище приподняло крылья, до сих пор плотно прижатые к телу, и Сверкающий будто сам поднырнул под них. Чудовище отчаянно завопило: одно крыло бессильно провисло, полусрубленное! Покружив рядом немного, чтобы не попасть под конвульсии, я ударил сапогом по хитиновому покрову — он хрустнул! Уворачиваясь от грохнувшего тела, я сам едва не упал, поскользнувшись на жидкости, смердящей, будто вылилась она не из живого тела, а из самого ада. Здоровое крыло взметнулось — и я наконец обрушил настоящий удар на открывшуюся Ахиллесову пяту чудовища.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
