Это примечательное утверждение стало смысловым центром речи по случаю вручения дипломов в 2000 году. Это была кратчайшая в истории речь такого рода: цитата из Холмса – и все!
Церемония вручения дипломов шла уже часа полтора, и мне еще предстояло произнести заранее подготовленные слова. Родственники и друзья нервно ерзали на своих местах, малыши шумели. В этом университете было довольно много уже взрослых студентов, состоящих в браке, имеющих детей и работающих на полную ставку, чтобы лучше жить. Практичный народ – впрочем, как и их родители и друзья. Два часа многословных речей – им это явно не казалось полезным времяпрепровождением.
Вот в такой обстановке я и пошел к сцене – продолжая мысленно оттачивать заготовленный текст. Когда я предстал перед аудиторией, от него осталось лишь одно предложение.
Я стоял перед выпускниками и попросил, чтобы они тоже встали. «Повторяйте за мной, – сказал я. – Самое полезное упражнение… для человеческого сердца… наклониться… и поднять другого».
Потом я попросил их повторить это предложение из двенадцати слов.
И вдруг совершенно неожиданно я сделал вот что. Я повернулся к президенту школы и объявил, что назначаю университету двести стипендий по пять тысяч долларов каждая. Потом я сел. Тишина была такая, что вы услышали бы, как падает булавка. Слушатели были ошарашены, они ушам своим не верили. Мне и самому с трудом верилось, что я только что это сказал.
А потом прокатилась оглушительная волна криков, свиста и аплодисментов. Реакция меня потрясла.
Глядя на все это, я отчетливо вспомнил давнюю стипендию семейства Зеллербах, которая позволила мне закончить Уортонскую школу Пенсильванского университета. Мне даже показалось, что я вижу Гарольда Зеллербаха в переднем ряду и что он молча кивает и улыбается, словно говорит: «Теперь мы в расчете».
Вот это кайф! Попробуйте. Уверен, вам понравится.
Точка зрения ЛАРРИ КИНГА, «CNN»
Джон Мид Хантсмэн, может быть, самый примечательный миллиардер, о котором когда-либо слышали в Америке. Легендарная фигура в нефтехимических кругах, он ведет дела по всему свету – спокойно, решительно и деликатно. Почти два десятилетия он пребывал в верхних рядах списка богатейших американцев в журнале «Форбс» – но так было не всегда.
Джон – воплощение Американской мечты. Он проделал путь от бедной юности до поста председателя крупнейшей американской семейной компании. (В начале 2005 года растущая империя Хантсмэна была переведена им в публичную собственность.)
Как это бывает с любым персонажем Горацио Олджера, у Джона Хантсмэна была лишь возможность состязаться на поле мечты. Остальное – дальновидность, решимость, умение, порядочность, немного отдыха и конечный успех – зависело уже от него.
Он честно выиграл эту невероятную гонку и осуществил свою мечту, не изменив моральным принципам, оставшись верным своему слову, действуя открыто и честно как с коллегами, так и с конкурентами и демонстрируя порядочность и щедрость.
Все это для меня есть суть Джона Хантсмэна. И как раз поэтому он написал свою книгу, на прочтение которой стоит выкроить время.
Его карьера началась с обучения в Уортонской школе Пенсильванского университета, которое стало возможно благодаря стипендии, назначенной одним из выпускников. Джон приступил к созданию империи и потом рассказал о своих удачах и прорывах на этом пути.
Возможно, вы не слышали о Джоне Хантсмэне, но зато о нем слышали те, кому он помог за все эти годы.
Спросите пациентов Хантсмэновского института рака, лечебного и научного учреждения мирового класса в Солт-Лейк-Сити, где стремятся понять, как можно предотвратить страшную болезнь или сдерживать ее развитие, особенно наследственные разновидности рака. Семья Хантсмэнов уже вложила в это дело четверть миллиарда долларов и собирается удвоить эту сумму в ближайшие годы. Болезнь унесла мать, отца, мачеху, бабушек и дедушек Джона. Он сам болел раком и победил его. Дважды.
Спросите студентов и преподавателей в Уортонской школе бизнеса Пенсильванского университета, где он стал председателем попечительского совета. Подаренные им пятьдесят миллионов долларов сделали возможными ведущую в стране международную студенческую программу, строительство Хантсмэновского зала, новейшего комплекса бизнес-школы. Памятуя о том, что для него значил шанс получить образование в колледже, он за эти годы выделил миллионы долларов на стипендии детям сотрудников и просто студентам.
Спросите народ Армении. Эту историю стоит рассказать.
Вечером седьмого декабря 1988 года Джон и Карен Хантсмэн смотрели новости в гостиной их потрясающего дома в Солт-Лейк-Сити. Он был главным исполнительным директором Huntsman Chemical Corporarion – успешный новичок в консервативной и неповоротливой химической промышленности.
Главным сюжетом того выпуска вечерних новостей была тревожная весть: землетрясение разрушило бо́льшую часть Армении. Джона потрясли кадры с места трагедии: заводы и дома в руинах, шоссе и железные дороги, скрученные в жгуты из бетона и стали, снесенные до основания школы, обезумевшие люди, которые разгребали обломки, пытаясь спасти своих близких.
За год до этого Джон Хантсмэн, возможно, не смог бы найти Армению на карте, но в последние шесть месяцев он вел с «Аэрофлотом», советской авиакомпанией, переговоры о производстве на новом московском заводе пластиковой посуды для обедов, подаваемых во время перелетов. По ходу дела он стал первым американцем, допущенным к владению контрольным пакетом акций советского предприятия. Его заинтересовала огромная страна-медведь, а теперь в одном из государств-спутников случилась большая беда.
«Нам надо что-то сделать», – сказал он Карен в тот вечер. Он воспринимал увиденное несчастье как свое – в этом весь Джон Хантсмэн.
И он помог – и консультацией, и ресурсами для нового бетонного завода, где должны были производить бетон, способный выдержать практически любое землетрясение, и продуктами, и медицинским оборудованием, и строительством домов и школ – все это были его дары благодарному народу-страдальцу.
На протяжении пятнадцати лет семья Хантсмэнов вложила в Армению пятьдесят миллионов долларов личных средств и приезжала туда более двадцати раз. Той декабрьской ночью 1988 года у него никого не было в тех краях и он не знал ни одну из жертв по имени. Но теперь в Армении знают имя Хантсмэна и Джон стал там почетным гражданином и получил высшую государственную награду.
Кто такой Джон Хантсмэн? Спросите тех, кому он помог. Спросите в тех местах по всему миру, где ведет дела его компания. Там расскажут о его глубокой личной заинтересованности в судьбе, семьях и будущем местных жителей.
