Стала рассматривать коврик с длинным зеленым ворсом, похожий на полянку лесной травы. Такой знакомый коврик… Который, надо сказать, долго являлся ей во снах.
Раздался «чмок» быстрого поцелуя.
Таня перевела взгляд на каминный огонь.
– Предлагаю разместиться на травке. – Лешка небрежно указал на коврик. Посреди «полянки» тут же появился низенький круглый столик-поднос из меди, украшенный сетью тонких гравюр. Лешка первым уселся по-турецки на коврик и потянул за руку Кристу. Возле него, с другой стороны, плюхнулся Шелл. Остальные принялись рассаживаться подле столика. Таня немного замешкалась, не зная, куда присесть, но Эрис ухватила ее за запястье и насильно усадила между собой и Шеллом. У последнего отразилось легкое разочарование в глазах, и он, не скрываясь, вздохнул. Дашка, усевшаяся напротив Тани, мстительно скривилась. Нет, веселый поляк точно пришелся по душе Кошкиной.
Эх, Дашка. Таня присмотрелась к бывшей подружке: та явно не выглядела счастливой. Под глазами – тени, сама заметно похудела… И явно редко улыбалась. Куда подевалась веселая и беззаботная девчонка? Каково ей в услужении у Ружены? Странно, очень странно… Кроме того, интересно, а почему это Дашку вообще взяли в столь важное путешествие? Неужели приняли в ученицы, как обещали за предательство? Эх, Дашка, Дашка…
– Итак, – начал Лешка, – пока старики пьют закарпатский коньяк и брюзжат о своих великих делах, предлагаю познакомиться поближе: рассказать, почему каждый из нас очутился в экспедиции. Ну и немножко о себе.
– Отличная идея, – согласился Шелл и щелкнул пальцами. На столике появилась бутылка известного дорогого шампанского и семь бокалов. Вордак легким взмахом руки переместил приборы для кофе и чаепития с каминного столика на медный, с гравюрами.
Одновременно с этим прямо в воздухе прорезались полупрозрачные, словно сотканные из белесой паутины руки и принялись разливать чай-кофе – по желанию каждого.
«Как дела? – неожиданно проник в Танины мысли голос Рика. – Вечеринка в разгаре?»
«Самое начало, – быстро справившись с удивлением, ответила девушка. – Только что подали кофе».
Хватило трех секунд, чтобы узнать аромат вордаковского кофе, который, несмотря на восхитительный вкус, принес Татьяне много неприятностей в свое время.
«Пей чай, – мгновенно процедил полудух. – Ты и так ведешь себя очень плохо… Подставляешься каждую секунду».
Девушка помрачнела. Да она и не собиралась пить этот кофе… да! Ее бы сразу узнали по блаженной мине на лице. Ладно, что у нас за чай? Из ромашки, чабреца и, кажется, немного мяты. Ох, ну и чудесно, хы-ы-ы…
Девушка сделала быстрый глоток. На столике появились воздушные пирожные, конфеты в красивых золотистых обертках, кроваво-алое желе и какие-то восточные сласти из орехов. Пожалуй, с этим можно и чай пить.
– Небольшой тост, – проворковала вдруг Криста. В бокалах, благодаря стараниям Шелла, появилось шампанское.
– За дружбу и международные связи! – произнесла рыжая ведьма.
– Я бы выпил за любовь, – не обошелся без реплики Шелл. – Ну и за связи можно. – Он бросил Даше пламенный взгляд. Кажется, парень решил сместить прицел.
– И за любовь! – Криста усмехнулась, изящно тряхнув волосами. В ушах вспыхнули изумрудные сережки – длинные, изящные змейки, – невольно все залюбовались ею.
Таня пригубила бокал и тут же отставила.
– Начну с себя, – произнес младший Вордак. В один глоток он выпил свой бокал до дна. – Итак, я учился в Кукушке – Карпатском университете, теперь перешел в Карпатскую академию равных – Золотой Орел, как мы называем между собой это высшее магическое заведение. Ну, что еще? Мой отец – президент, как вы знаете. Поэтому, как всем также известно, если с отцом что-нибудь случится… – Леша сделал паузу. Поморщился. – Следующим хранителем Скипетра буду я. Вот почему, если все три символа соберутся, я должен быть рядом. На всякий случай.
– А еще ты – отличный картограф, мастер межпространственных перемещений, блестящий специалист-заклинатель и составитель зелий, – перечислила елейным голоском Криста, приобнимая парня за талию. – Ты умный, сильный и хитрый колдун. Вот почему ты попал в экспедицию.
– А главное – отлично дерешься, – добавил Шелл и хлопнул Вордака по плечу.
– Жаль, что пожары не умею быстро тушить, – неизвестно к чему сказал Лешка.
На лице Шелла заиграла легкая виноватая улыбка.
– Теперь моя очередь, – быстро произнес он. – Итак, я приехал из Польши. Можно сказать, я Лешкин дядя, близкий родственник. – Шелл с опаской покосился на Вордака. – Весьма силен в иллюзиях. Но главное мое призвание – это духи и полудухи. Можно сказать, я специалист по нечисти. – Говоря это, Шелл почему-то взглянул на Таню. – Поэтому меня взяли в экспедицию. Если мы встретим какого-нибудь духа, упыря или мертвяка, вы можете рассчитывать на мое плечо, девушки. – Голос Шелла зазвенел от энтузиазма. – И еще… – Лицо поляка вдруг стало необычайно серьезным. – Хочу добавить… Озвучить, так сказать, свою позицию… Надеюсь, каждый из вас так поступит. – Он бросил еще один быстрый взгляд на Лешку и продолжил: – Я поддерживаю действия нынешнего карпатского президента – Мстислава Вордака. То есть, перефразируя, всецело предан официальной власти.
Патрик с Эрис как-то странно переглянулись.
После Шелл любезно предложил Даше рассказать о себе. Ничего нового Таня про подругу-предательницу не узнала: та учится и дальше в Кукушке, теперь уже на пятом ярусе, ну и состоит при Несамовитом ковене в младших ведьмах. Наверное, так называется кубло прабабкиных учениц. А в экспедиции она, потому что… тут девушка запнулась. Из-за таланта к распознаванию иллюзий и хорошей оборотной способности. А последнее, мол, поможет в путешествии по тайным междумирным тропам.
Таня чуть не хмыкнула. Да превращение – худшая Дашкина способность! Еще во времена учебы у старой Олеши Дашка еле-еле в белку оборачивалась. Вот боевые способности – это да, было. Темнит Кошкина…
После настал черед Кристы. Рыжая коротко рассказала о блестящем завершении Кукушки (кто бы сомневался) и нынешней учебе в Золотом Орле. Кроме того, она долго обучалась и состоит поныне в известном Несамовитом ковене, в кругу старших ведьм.
– Я – одна из лучших учениц Марьяны Несамовитой, – не без самодовольства произнесла Криста. – Той, что когда-то хранила Карпатский Венец. Корону карпатских князей… ныне утерянную.
Таня вдруг подметила, как омрачилось лицо Эрис. И как пролегла едва заметная складка на лбу Патрика. Интересно, о чем они думают? Что они знают про Венец? Но проникнуть в мысленный водопад Эрис или того же Патрика – себе дороже. Рассекретят и не простят.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
