Эйден по-прежнему смотрел на нее, но Куин не догадывалась, о чем он думает.
– Ты обещал не торопить меня!
Он провел ладонью по лицу. Куин прижала руки к груди, подавляя панику.
– Если ты сейчас потребуешь ответа, захочешь услышать окончательное решение… мне придется сказать «прощай», – выдавила она грозившие убить ее слова.
Эйден с трудом, словно непосильную тяжесть, поднял голову.
– Я не собираюсь предъявлять тебе ультиматум, Куин. – Его лицо посерело, у губ залегли скорбные морщины.
Куин закрыла глаза.
– Г[рости, что заставляю тебя мучиться неопределенностью, – прошептала она, – но я должна быть уверена. – Она нетвердой рукой оперлась о столб ограды и поднялась на ноги. – Не только ради себя, но ради Робби, Чейза и тебя. – Повернувшись, она зашагала к дому.
– Куин! – В голосе Эйдена звучала неприкрытая боль.
Слезы катились по ее щекам.
– Я позвоню. Обещаю! – крикнула она, не оборачиваясь, и ускорила шаги.
Следующие несколько дней Куин так сильно скучала по Эйдену, что разум, казалось, не подчинялся ей. Вопросы, которые она задавала себе, оставались без ответа, хотя упорно крутились в голове, лишая сна и покоя. Что, если Вера не примет ее сыновей? Если друзья Эйдена не признают ее, считая не ровней ему? Хватит ли у нее сил встречаться с родителями на светских мероприятиях? Вдруг Эйден пожалеет, что открыл практику в маленьком городе по соседству? А может, раскается, что ушел от своих партнеров в Сиднее? Вероятно, он во всем обвинит ее. Что будет, если он разобьет ей сердце? Не находя ответов, Куин чувствовала, что впадает в ступор. Что, если… Что, если…
Она просыпалась ночью в слезах, мечтая только о том, чтобы Эйден был рядом. Совсем недавно она стояла на пороге неслыханного счастья, грозившего, однако, обернуться катастрофой. Куин не могла решить, стоило ли рискнуть.
Вечером в следующую субботу Куин, Мара и мальчики играли в «Монополию». Повернувшись к матери, Робби вдруг спросил:
– Мам, как ты думаешь, когда вырасту, я встречу девочку, на которой захочу жениться и которая согласится стать моей женой?
Куин передала ход Чейзу и кивнула старшему сыну:
– Не сомневайся, дорогой.
– Но Элисон в классе говорит, что я должен ее взять в жены.
Мара усмехнулась, а Куин прикусила язык, удерживаясь от смеха.
– Обещаю, тебе не придется жениться, если сам не захочешь.
Робби мрачно поглядел на нее:
– Она красивая и мне нравится. Почему же я не хочу на ней жениться, хотя она предлагает?
Вот в чем дело.
– Бывает и такое в жизни, милый. У каждого из нас есть друзья, которые нам очень нравятся, но это не значит, что мы готовы выходить за них замуж или жениться. Все гораздо сложнее.
– Понимаю, – сказал Робби, немного подумав. Он явно повеселел, получив ответ. – Эйден навестит нас завтра?
Куин не очень понравилось, что с вопроса о браке разговор перекинулся на Эйдена, будто бы существовала какая-то логическая связка.
– Не думаю.
– Он разлюбил нас?
– Конечно нет, – вмешался Чейз. – Он любит маму и нас больше всех на свете. В Перте он был такой грустный, а с нами ему хорошо.
Куин потребовалась вся сила воли, чтобы не всхлипнуть.
– Пора спать! – скомандовала она срывающимся голосом.
Уложив мальчиков, Куин вернулась в кухню и рухнула на стул. Мара пододвинула ей кружку чаю.
– Иногда они невыносимы, – выдавила улыбку Куин, но Мара только подняла бровь, и Куин разрыдалась. – Прости, – пробормотала она, наконец успокаиваясь.
– Тебе интересно будет узнать, что Эйден остановился у Росса в пансионе в конце улицы? – поинтересовалась Мара.
Куин вскочила. Неужели? Не может быть! Она бросилась было к двери, но остановилась и вернулась к столу.
– Почему ты не хочешь быть счастливой, Куин?
Она села, сжав в ладонях кружку.
– Я боюсь снова ошибиться, – призналась она и начала сбивчиво перечислять терзавшие ее сомнения по поводу матери и друзей Эйдена, его работы и своих родителей.
Мара внимательно взглянула на нее:
– Скажи, отношения с Эйденом зависят от мнения твоих родителей?
– Конечно нет!
Мара приподняла бровь:
– Эйден – взрослый мужчина, к тому же умен и знает, чего хочет.
– Думаешь, я могу доверять ему, как себе самой?
Мара не ответила. Для Куин вдруг все стало на свои места. Она пряталась за глупые «если», в то время как все сводилось к вопросу доверия. Доверяет ли она Эйдену?
– Дом в конце улицы? – Куин бросилась к двери, схватив на ходу шаль.
– Да.
Куин бежала не останавливаясь и, не переводя дыхания, постучала в дверь пансиона. Она с недоумением уставилась на пожилого человека, появившегося на пороге вместо Эйдена.
– Добрый вечер, мистер Росс. Я Куин Лаверти с оливковой плантации. Можно поговорить с Эйденом Фейерхолом?
– Извини, милая, но его нет.
Уехал? Опустив плечи, Куин попятилась.
– Простите за беспокойство, – пробормотала она, запинаясь. – Спокойной ночи.
Дверь закрылась, и Куин осталась стоять в темноте. Она плотнее завернулась в шаль. Слезы катились по ее щекам. Конечно, Эйден уехал, ведь она не оставила ему надежды.
– Куин?
Она обернулась, боясь поверить.
– Эйден? Но мистер Росс сказал…
– Я вышел пройтись. – Он переминался с ноги на ногу. – Ты хотела меня видеть?
Куин не могла отвести взгляд. Эйден рядом, значит, не отказался от нее. Любовь переполняла ее сердце.
– Хочешь знать правду?
– Только правду.
– Всю неделю я мечтала увидеть тебя, Эйден.
– Достаточно было набрать номер телефона.
Куин шагнула ему навстречу:
– Я хотела этого так сильно, что сама испугалась.
– Понимаю.
В лунном свете его лицо было прекрасным, но печальным. У Куин сжалось сердце.
– Ты понимаешь все быстрее, чем я. – Увидев, что в его глазах зажглась надежда, Куин заторопилась: – Не хочу мучить тебя, Эйден. Я люблю тебя и хочу быть с тобой. Если ты не передумал…
Она не договорила, потому что Эйден сжал ее в объятиях и со смешанными чувствами отчаяния, вожделения, облегчения и недавно пережитой боли накрыл губами ее рот. Они целовались страстно, забыв о приличиях. Оторвавшись наконец друг от друга, оба тяжело дышали. Эйден взял в ладони ее лицо.
– Ты уверена?
– Да.
Его улыбка была полна радости.
– Я люблю тебя, Куин.
– Я люблю тебя, Эйден.
– Я люблю твоих мальчиков и буду для них лучшим отцом.
«Отцом?»
Эйден заглянул в ее удивленные глаза:
– Если я предложу тебе стать моей женой, ты согласишься?
– Конечно, – без колебания ответила Куин.
– Отлично. Теперь, когда главные вопросы улажены, скажи, как ты все-таки пришла к правильному решению, что мы должны быть вместе?
