Только сейчас я оглядела комнату, в которой вдоль неокрашенных стен стояли железные ящики и коробки. Романтично. Кевин нахмурился, поймав мой любопытный взгляд. Глупый, меня антураж не волнует. Меня волнует только его отношение. Я спросила:
– Проводишь?
– Да, но нам надо поговорить.
Я кивнула и подала руку, чтобы он вывел меня из комнаты.
Когда мы подошли к лестнице, Кевин вздохнул:
– Как только тебя вижу, начинаю говорить не то, что хотел. А о том, что надо, забываю.
– Если тебя это утешит, я тоже. Ну, я пошла. – И опрометью бросилась вверх по мраморным ступеням. Я сбегала от самой себя…
Кевин, уже улыбаясь, крикнул мне вдогонку:
– Я встречу тебя и отвезу, без меня не уходи! Нам надо поговорить!
Только у дверей Дашиной комнаты я вспомнила, что где-то потеряла торт.
Глава девятая
Похищение
Когда я влетела в комнату, Даша в майке и спортивных штанах сидела с ногами на диване и читала. Заметив меня, она с улыбкой поставила ноутбук на комод, к вазе с ромашками, и спросила, хитро меня оглядывая:
– И куда подвинулась его невеста?
– Невеста? – За весь вечер я ни разу о ней не вспомнила, и слова Даши послужили ушатом холодной воды. Потому я робко ответила: – Не знаю.
Даша, опустив руки, с волнением наблюдала за мной.
– Честно, не знаю. Меня похитили. – Я не сдержала улыбку, вспыхнувшую при воспоминании об этом похитителе. – А ты откуда знаешь?
Она будто расслабилась после моих слов.
– Видела вас из окна… Фу-у, ты так побледнела, что я испугалась, что не то сказала.
– Если бы ты не то сказала, – промолвила я, плюхаясь в кресло, – то я бы тебе не то ответила. Просто я о его невесте совсем забыла.
Мое признание Дашу не удивило:
– Ну и хорошо, ее в природе не существует. Я Тео пытала… с пристрастием. Да и Кевин вроде не такой, вероломности в нем нет. А пока… пошли чай пить? Или что холодное?
– Да, давай холодное. – Мне было все равно. В душе кипел коктейль из «хочу», «боюсь надеяться», «я счастлива» и «а вдруг это не то, что я думаю?».
– Даш, ты понимаешь, я всегда к такому пренебрежительному отношению к чужим невестам с негодованием относилась, а тут сама… Но я честно забыла! Еще торт куда-то делся. Слушай, а что Тео говорит? – Я с неподдельным интересом уставилась на подругу.
– Ничего, – расхохоталась Даша, видно припомнив что-то свое. – Он даже под страшными пытками твердит, что тебе все Кевин должен сказать.
– Что именно – все? – подозрительно спросила я.
– Не знаю. Что услышала, то и передаю, – ответила Даша, чересчур сосредоточенно наливая холодный сок в высокие стаканы.
Даша, как всегда, само гостеприимство и забота. Не скажет, значит.
Утащив из букета крупную садовую ромашку, я стала отрывать от нее лепестки, гадая вслух:
– Любит, не любит; плюнет, поцелует; к сердцу прижмет, к черту пошлет… Любит.
Даша медленно отставила запотевший кувшин на край стола и уставилась на меня.
– Знаешь, когда мы так делали в детском садике, всегда срабатывало. Помню, Вовка в старшей группе на меня смотрел, а потом к черту послал. – Она смеялась и никак не могла успокоиться, меня тоже просто распирало от радости.
– А как же. – Я положила оборванный цветок на стол и взялась за сок, сжав губами полосатую трубочку. – Веками проверенный метод.
– Ну и что он показал? – хихикнула Даша, поставив полупустой стакан на коленку и поддерживая его двумя пальцами.
– К сердцу прижмет. – Я вспомнила, как он бережно прижал меня к груди, погладил по волосам… и так задумалась, что не услышала подругу.
– …И это хорошо? Да? – спросила Даша.
– Что? А, да, хорошо… наверное… не знаю… – Я, взволновавшись, подвинулась на краешек кресла и напустила на себя беззаботность, которой на самом деле не ощущала. В этот миг мое сердце пело от счастья, но затаившийся где-то поблизости страх угрожающе щелкал зубами.
Дашкинс многозначительно усмехнулась, заметив, что я слишком рассеянна для дружеской беседы. С усмешкой оглядев пострадавший цветок, Даша вздохнула:
– Он тебя, наверное, отвезти собирался.
– Угу… – Я кивнула, задумавшись о Кевине.
– И чего грустишь? – Даша уже возмущалась.
– Я? Да никогда! Просто… думаю. – Я облокотилась на кожаную диванную подушку и рассеянно взболтнула в стакане сок.
– А вот этого не надо, – залопотала Даша, – иногда мозги должны отдохнуть.
Я хмыкнула:
– У меня ощущение, что как я приехала сюда, так мозги и отключила.
– У меня тоже такое было, но, как видишь, прошло.
Мы с минуту помолчали, улыбаясь каждая о своем.
– Ладно, Люд. Давай провожу. Я вижу, ты уже мысленно беседуешь с Кевином. Ты ему звонить будешь?
Я бросила страдальческий взгляд на лестницу, по которой мы должны были спуститься.
– Наверное. Скорее всего, позвоню, он просил. – Мне было неловко оставлять Дашкинса, а еще я вспомнила о приличиях и спросила: – А Тео как?
– Хорошо. Занят, в доме с рабочими что-то устанавливает. Он же если сам все не проверит, не успокоится. – Даша нежно улыбнулась.
– Ответственный, – вежливо согласилась я, подтягивая к себе сумочку.
– Чересчур, – вздохнула Даша.
Где-то рядом раздался голос Тео, он разговаривал по телефону. Это мне напомнило об еще одном звонке.
– Слушай, я забыла, в понедельник у нас с тобой свидание. С Максом. В нашем кафе.
– Да? Это хорошо. А Кевин в курсе? – уточнила Даша, прислушиваясь к разговору мужа.
– Ты что! Кто о таких вещах говорит? – Я распахнула глаза, изображая изумление.
– Точно, иначе они нам всю романтику испортят, правда? – Даша нарочито томно вздохнула.
– Я все слышу, – важно уведомил Тео из-за лестницы. А, вот он где. Мы, как девчонки, захихикали.
Даша вывела меня на улицу, и мы под присмотром телохранителей медленно пошли к зданию корпорации. Кстати, надо попросить Тео убрать их, а то ужасно неловко – ходят за мной, словно я важная персона какая-то.
Мы с Дашей договорились, что она проводит меня до угла, откуда я позвоню Кевину.
Вечер оказался намного лучше туманного и довольно прохладного дня. Наконец вернулось лето с его запахами, беззаботностью и теплом. В роще, позади офисного здания, играли в мяч смешные девчонки в цветастых сарафанчиках, когда-то одарившие меня цветочным ожерельем. Над ними весело пели птицы, тихо шептались сосны и ветер.
Мирно болтая ни о чем и обо всем сразу, мы незаметно миновали ворота. Где-то жил город с его автомобильным шумом, а здесь царила томная безмятежность лета. Пора было позвонить Кевину, но я немного волновалась, оттягивая момент, после которого все в моей жизни поменяется.
– Юльке так и не дозвонилась, – пожаловалась Даша, когда мы остановились на небольшом перекрестке, дойдя до здания корпорации. – Я так хотела повидаться, а ее в городе не оказалось. На работе заявили, что она неделю как в отпуске. А нам она не сообщила и не приехала, а ведь обещала.
– Юлька, вредина, опять что-то задумала. – Я обиженно покачала головой, наблюдая за малышками. – И я не смогла поговорить с ней, хотя на прошлой неделе каждый день звонила. Может, что-то с телефоном, а мы тут тревогу бьем?
Даша пожала плечами. Вот и проводила.
– Ладно, пока. – Я наклонилась и легко поцеловала Дашу в щечку. В ответ она улыбнулась и, весело махнув на прощанье, отправилась назад. Она уже отошла метров на десять, а я все еще вытаскивала из кармана телефон, зацепившийся чехлом за нитку от подкладки кармана.
Кевин, наверное, где-то здесь. Я хотела сказать ему, что иду домой, но тут раздался надрывный звук мотора.
Я инстинктивно посмотрела в сторону визжавших покрышек. Водитель небольшого темно-серого джипа, еще недавно спокойно двигавшегося по дороге, резко ускорился, но на углу внезапно ударил по тормозам, прямо передо мной.
От ужаса в животе мгновенно образовался ледяной ком, во рту пересохло. В какой-то миг мне показалось, что меня размажут по асфальту.
Позади раздался гневный возглас Даши, застывшей в шоке, как и я:
– Вот уро… – Но тут открылась задняя дверь, выпустив высокого и чем-то знакомого мужчину. Я шагнула назад, давая возможность ему себя обойти. Телохранители, приставленные Тео, тут же оказались за моей спиной.
Не понимая, в чем дело, я опустила голову, ожидая, что тип из взбесившегося джипа обойдет меня и скроется по своим делам… Но он стремительно схватил меня за плечи, мгновенно приставив к виску что-то холодное. Неужели пистолет?!
