Слегка насмешливым взглядом он смотрел на задохнувшегося от злобы Главу Братства, которого он, по сути, обрёк на трёхдневное голодание в одиночной камере. И не просто в одиночной камере, а на вершине Башни Братства, продуваемой всеми ветрами, где каждый житель Балога мог наблюдать проявление веры членов Братства. Всему городу было прекрасно известно, что ежели на вершине горит огонь — это идёт молитва во Славу Её. Всё это время факела не гаснут, пока не отзвучит последний слог Слова, не прекращается молитва, а молящийся не спит, не ест и не справляет нужду, ибо грех великий.
Вот интересно, как устроена здешняя иерархия, что такой индивидуум смог прийти к власти, став Главным Настоятелем?
Зависть, злоба, ненависть и глупость — это именно те качества, наличие которых всегда мешают любому возвышению, будь то разговор о материальных иль духовных ценностях.
«Бойтесь глупцов, поскольку по скудоумию своему они утянут тебя на дно».
Эту фразу своего наставника, Мастера-Охотника, Борзун понял только много позже, когда стал вожаком разбойничьей шайки. Вот и этот несчастный, во злобе своей, скоро оступится, утратит всё, а возможно даже и жизнь, если не переосмыслит.
Вразумлением Тулиона он заниматься не собирается, так как сейчас настоятель его просто не услышит. Да и какой прок Борзуну от вразумления Настоятеля? Тот ему не приятель и даже не союзник. К демонам таких союзников. Вон как зубами скрипит от злобы, точно упырь.
К некоторым решениям человек должен прийти самостоятельно, как и он сам. Только тогда будет толк.
Спустя час, когда он получил в руки искомое, он направился на поиск ночлега. Он ещё не настолько выжил из ума, чтобы оставаться в Братстве. Богиня хранит осторожных, а глупых — бережёт до поры, поэтому он, привыкший рассчитывать только на себя, решил не испытывать удачу.
Сфера.
Малое сосредоточие Её силы, что есть в каждом отделении Братства, оберегая его и одновременно служа источником божественных сил, к которому можно прикоснуться и получить искомое. И эту святыню Борзун, походя, просто забрал, поскольку именно она поможет найти ему беглецов. Он подозревал, что это Братство прогневало Богиню, ибо она дала чёткое повеление — забрать, невзирая ни на что. Это почти крах для местного отделения Наказующих, что понимал и Тулион, когда отчаянно захотел воспротивиться. Но слово Богини против слова Тулиона — пыль, поэтому Сфера заняла своё место в сумке Борзуна, а сам он спокойно покинул насквозь прогнившее Братство, отправившись на поиски более спокойного места.
Проходя по узким улочкам Балога, он уловил ухом знакомый звук.
Перестук кузнечных молотов. То, что нужно.
Попетляв, он оказался возле местной кузни. Постучав в добротную деревянную калитку, он приготовился ждать.
— Кликни мастера, — приказал он чумазому пацану, довольно быстро выбежавшему на стук.
Непонятно, как за таким грохотом можно услышать стук, но тем не менее. Пацан убежал, а через пяток минут пришёл со здоровенным детиной.
— Светлых дней, мастер, — поприветствовал кузнеца Борзун. — Прости, что отвлекаю от работы, но у меня дело важное, промедления не терпящее. Если согласишься помочь, заплачу щедро, да с избытком.
— Что надобно? — буркнул кузнец.
— Нужно наручи поправить, да баланс на кинжале. Достался добрый клинок от людей лихих. Больно хорош, да немного неудобен. Возьмёшься? — видя, как кузнец насупился, он добавил. — Золотом плачу.
— С наручами — к кожевнику. Я не мастак.
Борзун улыбнулся:
— А они у меня необычные…
* * *
— Вроде никто не спешит бежать нас убивать, — Димон огляделся по сторонам. — Если заметите что-то подозрительное — сразу «маячьте».
— Да здесь всё подозрительное, — Утрамбовщик, нахмурившись, осматривал огромный свод, под который мы ступили. — Можно любого заподозрить. Вон посмотри хотя бы на него, — он указал на игрока, который стоял посреди каменной дорожки и явно что-то предлагал любому проходящему мимо, воровато оглядываясь по сторонам.
— А нехилый коридор здесь отстроили. По-моему, кто-то явно страдал гигантоманией, — мне показалось, что снаружи Муравейник был гораздо меньше, нежели открывшееся зрелище, представшее сейчас моему взору.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
— Ну тогда тебя ждёт масса сюрпризов, — проворчал гном. — Это ещё не предел.
Вообразите огромную многоуровневую площадку, размерами как пару футбольных полей, разные зоны которой соединены различными мостиками, переходами и лесенками, со снующими толпами игроков. Всю эту удачную имитацию восточного базара, где во весь голос хвалят товар, ругаются, торгуются, покупают и продают, накрывал высокий каменный свод, имеющий форму полусферы.
— Друг от друга не отходим, — предупредил Димон. — Здесь можно влёт потеряться. И да — следите за инвентарём, поскольку количество игроков, прокачивающих профессию вора, здесь десяток на квадратный сантиметр. Так что шустро идём за мной и не щёлкаем «хлебальниками».
Наша пёстрая компания вклинилась в снующую массу, мгновенно растворившись. Насколько я мог судить, даже игрокам, которые нас разыскивают, будет сложно вычленить нас из общей толпы. А это гарантированный выигрыш времени, так нам сейчас необходимого.
— Продам отличное оружие, — орали сбоку.
— Лучшие «крафтовые» зелья по низким ценам, — вторили с противоположного конца пещеры.
— Собираю «пати». Нужен «танк» и «хил». Рейд на Червя.
— Доспехи. Качественные доспехи!
Гомон оглушал.
Утрамбовщик пёр как ледокол, и что странно — толпа перед ним расступалась, беспрепятственно нас пропуская. Непонятно, что служило тому причиной: воинственный вид квадратного низкорослого крепыша с молотом на плече, или его фиолетовый ирокез, на который чуть ли не пальцем показывали.
— Нас только по его «хайру» весь Муравейник запомнит, — проворчал я, ни к кому конкретно не обращаясь. — Реально, как светофор.
— Думаешь, розовый бы больше подошёл? — встрепенулся гном.
Я только рукой махнул, поняв, что тот намеренно издевается.
«Чакра: а куда все подевались?
Мегавайт: нас уже там нет.
Чакра: поэтому вся деревня на ушах, да? Стопудово без вас не обошлось».
— Дим, тут Чакра пишет. Говорить ей, где мы?
— Скажи, конечно. Вампир с ней?
«Мегавайт: Воруван с тобой?
Чакра: нет пока.
Мегавайт: Мы уже в Муравейнике.
Чакра: (удивлённый смайлик) ну вот. Стоит немного опоздать, и нас уже все бросили.
Мегавайт: немного? На семь часов — это немного?
Чакра: где именно вы в Муравейнике? Он так-то большой».
— Спрашивает, где мы.
— Скажи, пусть подтягивается к лавке тифлинга. Она знает.
«Мегавайт: Димон сказал, чтобы ты подходила к лавке тифлинга, что бы сие не значило.
Чакра: всё, я поняла. Ждите».
— Говорит, чтобы ждали.
— Да она уже здесь, можешь быть уверен, — Димон усмехнулся. — У неё свитков телепорта, как у дурака фантиков.
— Ты же сам говорил, что они дорогие.
— Ну, нашей Чакре всегда было плевать на это, поэтому просто не удивляйся её некоторым выходкам. Брось ей «инвайт» в отряд, чтобы она увидела нас на карте.
«Вы пригласили в отряд Чакра».
«Чакра вступил (-а) в отряд «Черноухие»».
«Чакра: даже так? Вечер перестаёт быть томным.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
— А что за лавка тифлинга? — перескочил я с темы. — Нам туда нужно только за свитками?
— Там мы возьмём всё необходимое, включая провиант. Эдакий универмаг с ценами немного выше, чем по «палате», но зато сэкономим время и не будем слоняться, рискуя нарваться на неприятности.
