в вишневом саду не сочетался. И мечты мои таяли.
Собиралась я недолго, сумка была готова.
Но внутренне я была совершенно не готова. Как бы я не уговаривала себя не думать о Яре, сердце меня не слушало.
Я ходила по кругу, объясняла себе, что я для него никто, а перед сном или в момент, когда я задумывалась о чем-то постороннем, память внезапно подсовывала мне дыхание Яра на моей шее, его объятия, его жадный, выжидающий взгляд и запах. Запах его меня преследовал.
И меня тут же захлестывала волна желания.
Я порой замирала и закусывала губы, чтобы не застонать вслух. Стыдно признаться, но я жалела, что не согласилась на самое первое предложение Яра, то самое, сделанное в машине.
Наверное, он сразу знал, что мы из разных миров, мы не совместимы ни по каким параметрам, и потому пусть хотя бы ночь будет. Он сразу был честен. Он взрослый, разница в пятнадцать лет о чем-то да говорит. Просто Яр знал, чего хочет и что будет.
А я не знала.
Хотя бы одна ночь. Мне кажется, я бы эту ночь потом всю жизнь носила в себе, будто свет в маяке.
Как бы Люба не намекала, вертясь вокруг меня эти дни, что Яр быть может… или Яр не случайно… или еще что-то такое многозначительное троеточнутое, он ясно дал понять, что никаких троеточий в этой поездке не ожидается.
От этого рвало сердце, я не спала, я вся измучилась.
Но ситуация была безвыходной.
Душа радовалась, что я буду рядом. Все во мне рвалось к нему. Если б только можно было на минуту, на час забыть о всех преградах! Не разговаривать, не спорить, уткнуться в него, прикоснуться к губам, чтобы песня не кончалась, чтобы медленно проникать друг в друга.
Я буду там, на его круизном теплоходе, обслугой. Сидеть с сыном, пока он будет в окружении кукольных красавиц и его «дамы».
Нянька. И сразу захлестнуло чувство, как в ресторане, когда я почувствовала, насколько мой вид не соответствует месту.
Какое гадкое мучительное чувство, а ведь речь всего лишь о шмотках, я же хороший человек, я же не определяюсь брендами. Но именно так обо мне и будут судить.
Обслуга. На глазах у Яра его стараниями.
И тут уж Любе нечего было мне возразить.
Яр
Через три дня Яр стоял на палубе теплохода и наблюдал, как привезли Марго. Она вылезла из машины, тоненькая, золотые волосы развеваются за спиной, ветер рвёт белую рубашку, он бы тоже рвал, но он не ветер.
Выглядела она напуганной, голубые глаза распахнуты — осматривает громадину теплохода с берега. Потом идёт к машине, показывает на багажник. Водитель уговаривает не тащить самой сумку с вещами, отнесёт сам. Не соглашается. Водитель к такому не привык, он работает у Яра много лет, но все же ласково улыбается. Она любого растопит, эта медовая Марго.
И все же у водителя есть задание, и он должен его выполнить. Поэтому он зыркает в сторону Яра и улыбаться перестает. Он отстраняет тоненькую Марго от машины.
У него в багажнике лежит сумка с новыми вещами по её размеру. Старые уедут назад на квартиру. Хоть она и выглядит аккуратненькой и даже стильной в своих простых вещах, и Яр бы не хотел ничего менять в ней, но также Яру не хотелось бы, чтобы она чувствовала себя хуже, чем те фифы, что будут сопровождать его партнёров в поездке.
Она лучше их всех, он не позволит никому смотреть на нее свысока.
К тому же, он приготовил ей сюрприз и до сих пор не решился отдать.
Какие же красивые у неё волосы! — пшеничное бескрайнее поле. Яр отвернулся. Всему своё время.
Он не заметил, как сзади подошла Кристина. Она приобняла его за плечи и посмотрела туда же, куда и он. На Марго.
— Это та самая Луговая, без которой никак тебе было не обойтись? — спросила она, наклонившись к его уху. — Симпатичная, но простенькая. Тебе такая не подходит.
В этот момент Марго с пристани посмотрела на них, прищурила глаза и резко отвернулась. «Слишком резко», — подумал Яр.
К пирсу подъехало такси. Яр видел, как оттуда выскочила девица в агрессивном сексуальном наряде — какие-то невероятные каблуки, короткое платье, из которого вываливалось спереди и сзади, — и подбежала к Марго. Было заметно, что Марго и сама удивлена. Девица что-то бурно объясняла Марго, махала руками, словно крыльями.
Тем временем водитель, который привёз Марго, достал вместо чемодана Луговой другой — с вещами, которые приготовил для неё Яр и захлопнул багажник.
Появление бешеной девицы оказалось к месту. Марго не обратила внимания на манипуляции водителя.
Глава 21. Отель на воде
Появление Любы ошарашило меня, если не сказать больше. Она пулей вылетела из такси, сама выдернула из багажника увесистый чемодан, и откуда у неё столько сил?
Люба подлетела ко мне с выпученными глазами и давай причитать.
— Марго! Я, только когда ты уехала, сообразила: а коллекторы?
— А что коллекторы? Я позвонила, сказала, что деньги через две недели будут, — ответила я, удивляясь Любиной экспрессии.
— Святая простота! И они, по-твоему, тут же такие — ну, да, чего тут, через две недели отдаст. Да они каждый день будут приходить! Ты может не сталкивалась с этим, а у меня уже был такой опыт! — Люба перешла на визг.
Я задумалась.
— Ходить будут, меня будут теребить каждый день!
— И что ты предлагаешь? — спросила я.
— Я с тобой! — выпалила Люба.
— Чего? Как это? — я действительно не понимала, как это вообще можно устроить.
— Ты берешь меня с собой, твои коллекторы, так что тебе и разруливать. Скажи, что без меня не поедешь, я твоя лучшая подруга и ты жить без меня не можешь, плевать!
Ну да, как я проживу без Любы, как я вообще без неё жила всю жизнь. Мм… прекрасно вроде обходилась.
Мне в голову пришла догадка. Ну сомневаюсь я, что Люба с её боевым характером испугается коллекторов.
Она сообразительная, уже чего не отнять — того не отнять. Кажется, Люба прорывается на теплоход в надежде охмурить какого-нибудь достойного её выпуклостей мужчинку.
Желательно с приличным банковским счетом. А рядом с Яром других мужчин и быть не может. Люба, наверняка, это понимала не хуже меня. Да и лучше меня, конечно. С её-то хваткой самки богомола.
— Люба, помолчи, — оборвала я её. — Давай на чистоту. Скажешь, зачем тебе на самом деле нужно на теплоход,
