Хотелось поскорее освежиться и сменить тяжелое платье, казалось, впитавшее все мои усилия. Поэтому, поблагодарив принца за уделенное время и еще раз извинившись за невольно нанесенный ущерб, я побежала в свою спальню и, распахнув дверь, изумленно застыла на пороге.
Угрюмая, с даже по виду тяжелым, металлическим ошейником, Верена шарила по ящикам туалетного столика.
– Что ты здесь делаешь? – я прислонилась к косяку и сложила на груди руки, стараясь удержать вырывающуюся из-под контроля магию.
Невовремя Верена решила заглянуть в гости.
– Хозяин велел перенести твои вещи в его комнату, – пожала она плечами.
Я присмотрелась – глаза Верены были пусты, а движения замедленны.
– Платья уже там. Сейчас перенесу украшения, гребни, – бесцветно и монотонно, будто разговаривала сама с собой, продолжала Верена, хотя я ее уже не спрашивала.
– Что с тобой? – тронула ее за плечо. – Тебе нужна помощь?
Верена повернулась и уставилась на меня, точно кукла.
– Тебе лучше не задерживаться и пройти в комнату хозяина. Здесь уже прекращена подача воды, – без каких-либо выраженных интонаций продолжила она, и я поторопилась последовать совету. Необходимо срочно увидеть Ладислава – с Вереной происходит что-то неладное. Возможно, ее надо спасать от чьего-то влияния.
Больше не теряя времени, подхватила влажные от морского ветра юбки и побежала к Ладиславу. Благо, его комната была недалеко.
Видимо, с воспитанием у меня серьезные проблемы – совершенно забыв постучать. Я распахнула дверь и опять застыла, не в силах двинуться с места.
«Кажется. На сегодняшний день это становится моим нормальным состоянием», – мелькнуло в голове, а сама я не могла отвести взгляд от широкой кровати, на которой спала еще несколько часов назад.
На одной половине, разметав по подушке темные волосы, безмятежно спал Ладислав. Смуглая широкая грудь мерно поднимала белоснежное одеяло, а одна рука покоилась… на женском бедре, едва прикрытом прозрачным пеньюаром.
Ильен – обладательница бедра и пеньюара – сидела на краю кровати и расчесывала длинные темные волосы.
Широкие, отороченные мехом рукава обнажали холеные руки до самого локтя, а такой же ворот едва прикрывал совершенно голую грудь.
– А, это ты? – Ильен посмотрела на меня и спесиво выпрямилась. – Слуги в этом доме совершено забыли свое место. Как только стану хозяйкой, все изменится. Но хорошо, что ты пришла. Приготовь мне ванну и постарайся не разбудить хозяина, он очень устал.
Ильен встала и томно потянулась, демонстрируя мне изящные линии стройного тела. Что говорить, она была хороша, даже очень хороша. Ничего удивительного, что Ладислав не устоял, но почему же так больно? Ведь он мне ничего не обещал. Более того, между нами невозможны никакие отношения, кроме родственных. Но как это объяснить и заставить уйти разрастающуюся и саднящую пустоту?
– Что ты застыла? Шевелись, да поживее. Я хочу, чтобы Ладислав, когда проснется, увидел меня освеженной и причесанной.
– Думаю, вы больше понравитесь ему в естественном виде, – выпалила я и, круто развернувшись, вылетела из комнаты.
Глава 59. Воскрешение Мелены
Я бежала, ничего не замечая перед собой. Хотелось только одного – оказаться как можно дальше от комнаты Ладислава и как можно быстрее, чтобы не видеть ехидной усмешки Ильен, ее снисходительного взгляда победительницы в войне, которой не было.
Разве я могла бороться за Ладислава? Нет. Я и не боролась. Но как же трудно дышать, и почему все предметы стали размытые, будто их нарисовали акварельной краской.
Запнувшись о порог, я ввалилась в какую-то комнату и упала в кресло, надеясь, что никого не потревожу.
Ладислав – молодой, здоровый мужчина, – говорила я себе, – поэтому ничего удивительного, что он проводит время наедине с невестой.
Я повторяла себе это раз за разом, но надежда оказалась очень упрямой дамой и продолжала цепляться острыми когтями, превращая здравый смысл в лоскуты.
Во рту скопилась горечь. Она будто проникла и в пальцы, потому что под ними шипело и дымилось дерево стола.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
«Мелисса, остановись!» – приказала я себе.
Как там учил Кристаин? Прочный панцирь.
Сосредоточилась на том, чтобы воссоздать свой костюм женщины-кошки из ментального латекса, держащийся на ментальном скотче, и запечатать под ним все эмоции.
Как ни странно, но получилось достаточно быстро – пальцы перестали прожигать столешницу, и даже горечь отступила, а зрение прояснилось, и я увидела, что снова сижу в кабинете Эрнора, а уголок одного из писем уже начал тлеть. Вовремя я взяла себе в руки – вот так, перенервничаешь, и потеряешь ценный источник информации.
Я бережно развернула свиток.
Все, что мне остается – поскорее разузнать о себе, без устали учится, а когда Кристаин уедет, упросить Ладислава меня отпустить. Не думаю, что он откажет. Нам с Ильен определенно будет тесно под одной крышей.
Видимо, предыдущие записи где-то затерялись, этот свиток датировался несколькими годами позже чем последний, что мы читали и где Эрнор написал, что сын остался без матери.
В этом он сообщал, что принял приглашение правителя и повез сына на праздник, устраиваемый в честь именин принца.
И там, во дворце, увидел ее…
***
Мелена, этот точно была она. Я не мог обознаться. Все такая же тоненькая, нежная, но невыразимо печальная. Это не могли скрыть ни сверкающий золотой вышивкой туалет – признак принадлежности к правящему дому – ни драгоценности, украшающие изысканную прическу, ни фальшивая улыбка. И она была в свите правителя!
Выходит, благородный господин Лиенн меня попросту обманул?
Всю церемониальную часть, пока наследника знакомили с подданными в будущем и друзьями в настоящем, я не мог отвести глаз от Мелены, а она делала вид, что не замечала меня, хотя сжимающие кружевной платок нервно подрагивающие пальцы, говорили об обратном.
Мысли метались, как безумные – зачем мне сказали, что она умерла? Что она здесь делает? Почему не сообщила, что жива, ведь для побега все было готово. Потом вспомнил почему Мелена решилась бежать, и все встало на свои места – господина и госпожу Лиенн совершенно не заботила судьба дочери. Все, что их волновало – честь семьи и ее наследника – брата Мелены. Чтобы вытащить его из долгов необходимы были деньги, много денег, вот они и продали дочь, как рабыню на невольничьем рынке.
Но зачем она повелителю?
Я перевел взгляд на трон и венценосца, со снисходительным одобрением наблюдающего за вереницей мальчиков, из которых редкие счастливцы удостоятся чести быть приближенными к принцу?
У него уже есть наследник. Второй брак Его Величество заключать не собирался, иначе все провинции бы уже всколыхнулись слухами и приготовлениями. Так зачем он собрал вокруг себя представительниц одних из самых родовитых домов.
Я не понимал.
Глава 60. Планы Повелителя
***
Неужели? Мелена выжила, и они снова встретились с Эрнором?
Так же как и автор строк я не понимала, что она делает во дворце.
Прыгающий почерк, оборванные слова, недописанные буквы говорили о крайнем волнении, владеющем Эрнором даже когда он писал эти заметки, несомненно, некоторое время спустя после неожиданной встречи.
Дальше изложение стало совсем сумбурным, словно Эрнора захлестывали чувства. Некоторые абзацы цепляли глаз пустотой, и бумага в тех местах коробилась, будто написанное было потом чем-то вытравлено.
Да и прежняя педантичность куда-то исчезла – на многих записках не стояла дата, что значительно затрудняло восстановить хронологию, и только по смыслу можно было догадаться о порядке, в котором они создавались.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
***
Я с трудом дождался окончания официальной части приема и, когда дети увлеклись играми, а взрослые танцами и разговорами, посмотрел Мелене прямо в глаза, затем перевел взгляд на дверь и неспешно покинул бальный зал.
Мелена задерживалась, и я нетерпеливо прохаживался по коридору. И, когда уже совсем отчаялся, что она примет мое приглашение, руки коснулись тонкие пальцы.
