я с раннего утра, оплатив двум страдальцам в три раза больше положенного, ещё и сверху долила сидром, таскала стол из одного угла в другой, в поисках удачного места. Не хотелось мне стоять рядом с торговцем кур со своими ирисками.
Конечно, мистер Ичен отговаривал меня от участия, волнуясь, что рядом со мной никого не будет и от Силана не кому защитить. Но у меня был козырь в рукаве, и я заверила мужчину, что ножом, кой всегда ношу в складках своей юбки пользоваться умею.
– Мисс Тьяна, смотрю всё на ваши коричневые кубики со звёздочкой и понять не могу, что это, – прервал мои мысли мистер Бью, внимательно следя, как я расставляю тарелки и коробки со сладостью.
– Ириски, угощайтесь, – улыбнулась старичку, подав небольшую чашку с крохотными ирисками, нанизанными на деревянные палочки.
– Вкусно, – удивлённо проговорил мистер Бью, достав из-под стола глиняный чайничек, предложил, – позвольте, мой любимый сбор.
– Не откажусь, – кивнула, окинув беглым взглядом лоток, осталась довольна, всё на своих местах. Выглядит аппетитно и красиво, так что люди мимо точно не пройдут.
– Говорят, в этот раз ярмарку посетит сам его высочество, – задумчиво проронил старик, хитро щурясь.
– Наверное, – пробормотала, сделав небольшой глоток чая, – аромат потрясающий мистер Бью.
– Моя покойная супруга такой часто заваривала, – вполголоса промолвил хозяин чайной лавки, чуть помедлив добавил, – она старшая сестра мистера Уптона, я слышал, вы с ним знакомы.
– Имела такую… – заговорила, чуть запнувшись, почувствовала странную медлительность, тягучесть, словно патока, мыслей, посмотрев прямо в глаза мистеру Бью, зло бросила, – опоили?
– Что вы мисс Тьяна, это всего лишь чай, – удовлетворённо улыбнулся старик, подав кому-то знак рукой, прошептал, – добро пожаловать в семью.
– Обойдётесь, – невнятно протянула, обессиленно оседая на землю, последней мыслью было, искреннее сожаление, что не упала на лоток деда и не опрокинула его товар.
Пробуждение вышло странным, над головой кто-то сопел и едва слышно ворчал. Рядом хлопали в ладоши и явно чему-то радовались. А чуть дальше женский голос пел чудесную песню о великой любви. Мысленно выругавшись на свою глупость и беспечность, тут же сама себя оправдала, вспомнив милейшего старичка, которого было трудно представить злодеем, да и место я выбрала рядом с ним спонтанно… или нет? Не открывая глаза, стараясь дышать ровнее и не показать похитителю, что я уже пришла в себя. Пыталась собрать расползающиеся по укромным закоулкам, ленивые мысли в кучу. Они отказывались, сопротивлялись и норовили сбежать и лишь усилием воли, пинками я загоняла их обратно. Концентрируя внимание на знакомом голосе, вслушиваясь в тихое бормотание и, в конце концов, мои старания увенчались успехом.
– Она долго не приходит в себя, дядя Бью ошибся с дозой.
– Ещё семь пар, к этому времени она очнётся.
– Надо было переодеть её, а то ходит как деревенская девка, – заявил Силан, погладив рукой мою грудь, и только всевышний ведает, что мне стоило не лягнуть его ногой.
– Не подошло, больно тощая, – ответил незнакомый хриплый голос, противно хихикнув, добавил, – ничего откормишь.
– Долго, – заныл Силан, проведя рукой по моей ноге, забираясь под юбку. Этого уже я стерпеть не смогла, дёрнув рукой, туда, откуда, доносился голос «женишка», тут же злорадно улыбнулась, услышав звук звонкой пощёчины.
– Что! Что такое? – просипела, притворившись невменяемой, осоловелым взглядом смотрела на оскалившегося в радостной улыбке Силана.
– Любимая, ты очнулась?
– Угу, – невнятно пробормотала, тотчас испуганно дёрнулась, от ещё более радостного оскала.
– Сработало.
– Что? – тут же спросила, часто-часто моргая, решив у вяза при свидетелях осчастливить «женишка» чтоб уж наверняка.
– Ничего любимая, – с предвкушающей улыбкой ответил Сил, осмотрев меня масляным взглядом, – поднимайся, нам пора.
– Угу, – послушно кивнула, посчитав, чем быстрее мы закончим это фарс, тем быстрее я вернусь к Верине, Ичену и детям и вдоволь нарыдаюсь.
К раскидистому дереву, вокруг которого собралось не меньше пятидесяти человек, мы чуть ли не бежали. Правда, мои ноги отказывались меня держать и Силану приходилось тащить меня чуть ли не волоком. Его верный товарищ, сухопарый мужичок лет сорока пяти, с крючковатым носом и бегающим взглядом, расталкивая собравшийся по случаю праздника народ, прорубал для нас дорогу. И наконец, спустя десять минут, лавируя между уже счастливыми парами и только ожидающих своего благословения, мы остановились у края поляны.
– Сейчас любимая святитель закончит, и наш черёд будет, – довольно протянул Силан, уверенный, что его пропустят вне очереди. Хотя кого я обманываю, ему и правда уступил место высокий, темноволосый красавец, почтительно склонив голову при этом. Так что ждать представления осталось совсем недолго.
– Кто ещё желает соединить навеки свои души? – раздался приятный бархатный голос, прерывая мои тягостные раздумья. И тотчас Силан, молча, подхватив меня под руку, повёл к вязу, где щуплый с невероятно голубыми глазами старик, с ласковой улыбкой нас поприветствовал:
– Равноденствия вам! Ваши помыслы чисты, а любовь друг к другу искренна?
– Да!
– Нет! – быстро ответила, рванув к старцу, но была тут же остановлена железной хваткой Силана.
– Святитель, от счастья она, продолжайте.
– Нет! Не люб он мне! Силой заставляет! – выкрикнула, с отчаянием взглянув на собравшийся народ, но все. Все! Смотрели на чёртов вяз и никому и дело не было до моих слов. Ошеломлённо повернув голову к святителю, успела заметить промелькнувшее сожаление, с ужасом услышав:
– Ваша любовь достойна награды, дай мне ваши браслеты! Дабы соединить их, чтобы души навеки были вместе!
– Нет! – рявкнула, вырвав руку из крепкого захвата, дёрнула за рукав платья, обнажая запястье. Обводя пристальным взглядом столпившихся трусов, разматывая кожаный браслет, чеканя каждое слово, проговорила, – у меня есть муж!
И тотчас молчавшая толпа загомонила, народ зашевелился, сзади кто-то вскрикнул и тут же выругался. Взглянув на продажного святителя, который рассеянно взирал на Силана, рыкнула, – видишь браслет?
– Вдовая она, – вдруг заявил «женишок», больно дёрнув меня за руку, – камни потухли! Продолжай! – и уже мне, едва слышно, сквозь зубы процедил, – заткнись, иначе плохо будет.
– Браслеты… – испуганно напомнил святитель, проворно подхватив брошенный ему в руки мешок, продолжил, что-то бормотать себе под нос. Я же с отчаянием окинула вновь затихший народ, нащупав свободной рукой кинжал, приготовилась дать отпор, через мгновение обрадованно вскрикнула, заметив прорубающих ко мне на помощь мистера Ичена, Барри и Кеннета… Кеннета?! Громко закричала:
– Вот мой муж!
Глава 29
– Это Барри что ли? – насмешливо хмыкнул Силан, больно дёрнув меня за руку, на которой тут же вспыхнули яркой зеленью камни, на мгновение нас ослепляя.
– Не вдовая. Жив муж-то, – тотчас раздался тихий ропот, он с каждой минутой нарастал. Народ взволнованно поддался к вязу, а я изумлённо смотрела на камни, что сверкали на браслете, не понимая, почему они раньше так не горели.
