— Вот! — тряхнул оборотнем Тартак. — Рычал и проявлял агрессию. Живой…. Мы его немного помяли, при задержании.
Оборотня при последних словах Тартака передернуло.
— Молодцы! — довольным голосом похвалил Горий. — Можешь его уже опустить на землю.
— Так сбежит же! — предостерег Тартак.
— Пусть только попробует! — нежно мурлыкнула Аранта.
Оборотня снова передернуло. Теперь он, рискуя заработать расходящееся косоглазие, косился и на Аранту.
Тартак недоверчиво посмотрел на оборотня, оценивая его возможности к побегу.
— Смотри мне! — грозно предупредил он, опуская оборотня на землю. — Ежели что, то дальше ближайшего кладбища все равно не убежишь! Понял?
Оборотень кивнул головой, показывая, что понял.
Тан Горий, заложив руки за спину, не спеша, подошел к нечисти и внимательно ее осмотрел.
— А не пора ли узреть истинный облик нашего невольного гостя? — небрежно спросил он.
— Я думаю, что пора, — откликнулся с крыльца тан Тюрон.
Гости оживленно зашевелились. Тан Горий сделал короткий жест рукой. Оборотень рухнул на землю. Его корчила волна трансформации. Не очень приятное зрелище, между прочим. Еще несколько мгновений, и перед нами сидел всколоченный мужик в не очень чистой одежде. На его лбу красовалась шишка, а правый глаз весь тонул в шикарном багровом синячище. Глаз уже весь запух и походил на щелку.
— Да это же Мешкан из деревни в моих владениях! — воскликнул кавалер Кристор. — Вот уж не думал, что у меня оборотни в деревне водятся!
— То есть, местный, — констатировал я, — не засланный нашим темным другом.
— Местный — местный! — заверил кавалер. — Только непонятно, почему он здесь оказался? До деревни-то, добрых два часа пути, да и то — в карете.
— Да это-то, как раз, и понятно, — откликнулся тан Горий. — Это для того, чтобы в деревне его не искали, в случае чего.
Мужик хлюпнул носом и, неожиданно тонким голосом, заговорил:
— Пощадите ваша млсть! Я ж никого не задрал!
— А кто на меня рычал? — осведомился Тартак, поигрывая палицей.
— Да! Кто на него рычал? — присоединился Жерест.
— Кто у меня ужин хотел отобрать? — продолжал допытываться Тартак.
— И ужин, кто хотел? — вторил Жерест. — Мы же чуть без ужина не остались!
— Молчи, рыжий! — рыкнул Тартак, — Вопрос серьезный!
— Да! Вопрос серьезный! …Все! Молчу!
— Дык…. Как обернешься, так жрать-то, хочется, — начал оправдываться мужик. — Я ж тут, мимо бег…, ну и…, учуял я. Я ж…, просто пугнуть хотел. Кто ж знал-то, что тут вот такой будет.
— Я полагаю, что оборотень не природный — заметил тан Тюрон.
Тан Горий кивнул головой, соглашаясь с Тюроном.
— Дык…, покусали меня, — печально признался мужик. — В аккурат четыре года назад, покусали.
— Так лечиться надо было! — сердито воскликнул Тюрон.
— А разве такое лечится? — спросила мама, с пугливым интересом рассматривая Мешкана.
— Конечно, лечится! — заверил ее Тюрон.
— Да кто же знал? — виновато воскликнул кавалер Кристор. — Я бы не поскупился. А сейчас что? Уже поздно?
— Если на нем нет человеческой крови, то еще не поздно.
— Нет! Клянусь Единым, нет! — воскликнул Мешкан, падая на колени. — Я ж нарочно, от жилищ подальше убегал, что бы случаем, кого не обидеть.
— Верю! — кивнул ему Горий. — значит, заберем его с собой и вылечим.
— А за то, что на меня рычал? — осведомился Тартак.
— Простим, — со значением донеслось от директора.
Оборотня увели для содержания под стражей в ближайший сарай. Мешкан божился, что при содержании под стражей будет вести себя смирно, и в волка перекидываться не будет. На всякий случай, Горий наложил на сарай дополнительные путы.
Честно говоря, я не вздохнул с облегчением. Если этот гость не от черного Салтука, то это значит, что Салтук нам готовит другую пакость. Знать бы еще — какую?
Глава 26
Ура! Сегодня мы отправляемся в Школу. С утра я хожу в нетерпеливом и приподнятом настроении. Честно говоря, я все-таки тревожился, как мои родители воспримут новую жизнь в непривычных условиях. Ну, вроде бы, зря тревожился. За четыре дня, что мы пробыли здесь, я убедился — мои родители оказались приспособленцами (в хорошем смысле этого слова).
Папа, вызвав при помощи управляющего кузнеца из ближайшей деревни, вознамерился перегородить небольшую речушку, протекающую недалеко от поместья и установить на ней генератор. Кузнец, ошарашенный вежливым к себе обращением, на все папины указания кивал и, морща лоб, соображал, как же их реализовать. Викентий, отряженный таном Горием папе в помощники, уже тихонько подвывал, вынужденный постоянно мотаться на Землю за теми или иными деталями, и надоел мне тем, что надо заряжать многоразовый амулет перехода.
Мама, продемонстрировав местным дамам новый стиль вышивания гладью, теперь постоянно была вынуждена принимать адептов художественной вышивки из аристократических кругов, проживавших поблизости. Младые девицы на выданье, да и не на выданье, косяками съезжались в наше поместье.
Судя по намекам мамы, их сюда привлекало не только умение вышивать. Новость о том, что новый владетель поместья молод и не женат, вызвала нежелательный ажиотаж. Понятно, что Аранта его воспринимала с раздражением и была рада отъезду не меньше меня, а то и больше. Ее в этой радости поддерживали и местные молодые аристократы, увидевшие в наших парнях конкурентов на сердца местных благородных девиц. О нет! Никто не вызывал нас на дуэли. Вызывать на дуэль боевого мага — это даже не смешно! Вы не находите?
Лешка, поставленный перед перспективой дальнейшего обучения, особой радости от отъезда не высказывал. Единственное, что его примиряло с этим, было то, что все-таки его будут обучать магии. Предложенная его вниманию перспектива стать магом-бытовиком, вызвала, по началу, его возмущение. Но тан Горий так красочно расписал ему преимущества такого рода деятельности, что Лешка смирился. Я по секрету объяснил ему, что уровень Дара имеет тенденцию повышаться во время обучения, и не исключена возможность переквалифицироваться в будущем в боевого мага.
Сейчас Лешка стоял рядом со мной, придерживая одной рукой рюкзак, а второй свою гитару. Из-за пояса у него торчали нунчаки, с которыми Лешка, по-моему, не расставался даже ночью.
Папа и мама забрасывали тана Тюрона последними распоряжениями типа: «Вы уж с ними построже!» и «Следите, чтобы они регулярно питались!». Тан Тюрон, вымучено улыбаясь, обещал все обеспечить в наилучшем виде.
Оборотень Мешкан, одетый в новую чистую одежду, был поручен опеке братьев. Харос и Фулос расположились по обе стороны от него и, многозначительно поигрывая мечами, бдели.
Тартак, подружившийся с поваром Мортимом, на основе «как бы побольше и повкуснее», получал от последнего гостинцы на дорогу. То, что дорога была длиной в несколько шагов, ни Тартака, ни Мортима не смущало.
Короче, все и все было готово к отправке. Тан Горий взмахнул рукой, создавая портал. Прочувственно хлюпнул носом Мешкан. И мы один за другим двинулись в рамку портала.
Все-таки молодец тан Горий! Выход из портала он организовал вблизи нашего домика. Предупредив брата, что приемное испытание начнется в три часа пополудни, тан Горий и тан Тюрон удалились, уводя с собой и Мешкана. Мы с Тимоном зацепили Лешку и поволокли его в наш домик, по пути рассказывая о том, как же ему (Лешке) повезло, что тут есть люди (мы), которые могут провести его (Лешку), через все рифы и подводные камни первых дней жизни в Школе.
Лешка иронично хмыкал, но слушал внимательно. Больше всего его беспокоило предстоящее испытание. И вот тут Тимон проговорился.
— Ты, Лексис, не волнуйся! — успокаивал он Леху. — Все будет нормально! Брат дракона — это все-таки не мелочь….
Тимон замолчал, сообразив, что ляпнул лишнее. Лешка рассеянностью не страдал и мгновенно вычленил сказанное.
— Это я, какого дракона брат? — подозрительно спросил он.
Я наградил Тимона «благодарным» взглядом, попытался отыграть ситуацию назад:
— Да так меня называют иногда. За то, что могу пульсары делать.
Ага! Пустой номер! Чего у моего брата не отнять, так это проницательности в ненужные моменты.
— Не верю! — сразу же заявил он, в лучших традициях Станиславского. — А ну братан, колись! Что за дракон такой?
— Леха, оно тебе надо? — попытался отвертеться я.
— Надо! — твердо отрезал Лешка.
Я немного помолчал, чувствуя себя не очень уютно под взглядом брата.
— Ну, оказалось, что я дракон…, как и тан Тюрон. Что тут такого?
— А, значит тан Тюрон тоже дракон, — сделал для себя вывод брат.
Я мысленно обозвал себя болваном, вспомнив, что никто не посвящал моих родных в эти вещи.
— Нет, тан Тюрон — дракон, — растолковал я. — Это я — тоже.
