Лицо Кристины некрасиво искажается злостью.
- Ты хорошо подумал, Казаев? Потому что тебе не найти других вариантов, кроме меня. Никто не впишется, если ты сейчас разорвешь наши договоренности.
- Я все сказал.
Муж берет меня и уводит за собой. Я в шоке. И только возле машины торможу Амирана.
- Подожди, может, не стоило так радикально?
- Не стоило? - злится он. - Серьезно? Она не получила леща только потому что женщина, Ася. И она оскорбила тебя. Ты правда считаешь, что я должен промолчать?
- Но ведь у тебя будут проблемы, - робко возражаю.
Амиран шумно вздыхает, качает головой и прижимает к себе.
- Девочка моя любимая, я никому не позволю тебя обижать.
Нельзя, наверное, радоваться такому повороту событий, но я радуюсь. Мне так приятно, что муж вступился за меня, что сделал выбор в мою пользу, что я позорно плачу.
- Прости, я испачкала тебе рубашку.
Амиран чуть отстраняется, смотрит мне в глаза, после чего просто целует. Нежно, мягко. И очень волнующе.
- Поехали домой, малышка.
Всю дорогу мы держимся за руки. Словно подростки, честное слово. Сердце гулко стучит в груди, а я пытаюсь сдержать шальную улыбку. Чувство вины смешивается с радостью, превращая все это в старый горько сладкий коктейль.
Нас встречает Фарида с Рамилем на руках, и эмоции от мероприятия приходится попридержать. Остаток вечера занимают бытовые нужды малыша - покормить, поиграть, искупать. Все это время Амиран незримо с нами. Я то и дело ловлю на себе его обещающий взгляд. Догадываюсь, что сегодня что-то изменится. Он молчит, но я словно чувствую это. И, наверное, даже готова. Боюсь до ужаса - вдруг ему не понравится со мной? Но в то же время хочу, чтобы наконец это случилось.
Однако у сына совершенно иные планы - он соскучился и решает отыграться за все время моего отсутствия. В итоге уложить его удается чуть не к полуночи. Причем я засыпаю, кажется, даже раньше сына.
Открыв глаза, первое, что вижу - время уже заполночь. Свет в детской приглушен, а Рамиль - в своей кроватке. А ведь я точно не перекладывала его.
Вероятно Амиран помог. Наверняка он уже спит, так что наш разговор и прочее видимо переносится на завтра. Спускаюсь вниз, чтобы попить воды, но стоит зайти в кухню, как замечаю темный силуэт возле окна.
Казаев стоит ко мне спиной, но как только я судорожно вдыхаю, медленно оборачивается…
- 34 Амиран -
Когда Кристина посмела оскорбить Асю, я даже не поверил ушам. Вроде понимал, что обиженная женщина способна на многое - та же Марина ярко продемонстрировала это. Но думал, что у Кристины-то мозгов побольше будет. Я четко ей дал понять, что меня связь с ней не интересует и между нами только деловые отношения. При чем сделал это еще до того, как она увидела нас с Асей в клинике.
Наивно полагал, что она успокоилась. И тут такое…
Была бы мужиком, я бы точно не сдержался. А так пришлось решать все цивилизованно. Даже жаль, что не было ее мужа, который бы и отвечал за свою женушку.
Цена всего действительно высокая. Контракт теперь придется сворачивать и искать других поставщиков, чтобы продолжать работать. Правильно ли я поступил?
На этот счет сомнений у меня нет. Если мужчина не может защитить свою женщину, на кой хер ей такой мужик?
Я сделал то, что посчитал нужным. Но почему-то реакция Аси оказалась довольно странной. Будто она не ожидала такого. Словно это ненормально - вступиться за честь своей жены.
Опять долбаное недоверие, которое больно задевает. И у меня был план, как это наконец исправить и окончательно закрыть ту дыру, что еще оставалась между нами. Однако… не судьба. Ася уснула, и я просто не посмел тревожить ее сон. И так умоталась с Рамилем.
Но сейчас, не имея возможности уснуть, слышу ее робкие тихие шаги. Сладкое предвкушение разливается в груди. Если только она зайдет… Я уже не отпущу ее.
И когда Ася переступает порог кухни, оборачиваюсь к ней.
Светлая сорочка в полумраке кажется прозрачной. И меня подрывает только от ее вида.
Блядь. Хочу.
- Ты не спишь? - Ася растеряна. Я это слышу. И только это помогает удержать зверя на цепи. А ведь он пиздец какой голодный по ней.
- Не спится, - давлю в ответ. А сам мысленно прошу ее, чтобы не тормозила, чтобы дала хоть какой-то знак.
- А я вот попить спустилась…
Будь моя воля - раскатал бы прямо сейчас. Но приходится напоминать себе, что Ася - не дворовая девка, что между нами все очень зыбко. И я не хочу делать три шага назад, сдавая позиции обратно.
Она проходит к холодильнику, открывает тот и достает что-то.
Пульс шарашит на полную. Кажется, что еще немного, и меня просто разнесет. Это нереально сложно отказаться от нее после того, как снова попробовал.
Но я должен. Должен….
Должен, мать твою!
- Амиран…
Этого хватает, чтобы стопора перегорели окончательно. Кандалы, в которые я так тщательно упаковывал свою похоть и голод, с грохотом падают, и дальше я уже не контролирую свое тело.
Оказываюсь рядом с ней, вжимаюсь грудью в спину, жадно вдыхаю запах любимой женщины.
Молоко. Она пахнет молоком. И домом. Теперь я знаю, как пахнет мой дом. Ею.
- Что ты…
Ася не успевает договорить или возмутиться - разворачиваю ее к себе и запечатываю рот. Целую. Хотя нет, скорее трахаю рот языком. Надеюсь, она понимает это, чувствует все точно так же. Потому что сегодня я вряд ли остановлюсь. Ох, вряд ли.
И жена поддается. Расслабляется, даже отвечает - поначалу робко, несмело. Но как же я кайфую от понимания, что она не отталкивает, не пытается отстраниться.
