Едва сдерживая смех, мы тронулись в обратную дорогу.
- Ляля, зачем ты сообщила князю, что ты черт? - Спросил я, как только мы отдались на приличное расстояние. - Ты же обещала, что не будешь рассказывать об этом всем подряд. Могла бы просто поведать про отравленные ногти.
- Больше не буду. Это я для убедительности. А то, вдруг, не поверил бы. И, к тому же, он нас с тобой вместе видел. И теперь, вместо того, чтобы бросать красивых девушек и чертовушек к медведям, будет "кремом" гримироваться, да думать, кто же мы на самом деле: то ли я - черт кардинальский, то ли ты - кардинал чертов.
Чертячий шпион
Лялечка шла рядом с медведем и "учила" его:
- Когда на дерево полезешь за медом, чтобы пчелки не кусались, пой тучкину песенку: "Я тучка, тучка, тучка, я вовсе не медведь". Понятно?
Потом она печально вздохнула:
- Вообще-то, тебе скучно в лесу будет. Без Пятачка. Я знаю где живут два поросеночка. Но один из них, наверное, скоро замуж пойдет за шайтанского Бабая. А второй... Да не такие уж они и поросята, а целые хрюшки. Я бы тебе прислала ее, сказали бы, что ты принц медвежачий, она сама бы прибежала. Но боюсь, когда вас вместе увидят, другие медведи перестанут с тобой здороваться. А с собой мы тебя взять не можем. Кругом папики. Прознают, что ты с чертом в одной яме зону топтал, сразу объявят врагом народа и чертячьим шпионом. В миг репрессируют. На костере. А там жарко, я знаю, я была. Правда, я гореть не стала, а улетела от них на фиг. Так что подожди. Вот мы с Андрюхой свергнем Пахана, тогда другое дело. Нажремся с тобой меда и будем недобитых папиков пугать. Хорошо? А теперь прокати меня. Ладно?
Медведь абсолютно ничего не понимал, но со всем охотно соглашался. Одно он уяснил точно: придется расставаться. Косолапый не без удовольствия позволил Лялечке взобраться к себе на спину и вез до тех пор пока вдали не показался Далдоноград.
После бурных прощаний, такой непохожий на своего прототипа, Вини Пух встал на задние лапы и, совсем по-человечески, махал нам вслед, пока не скрылся из вида.
Лялечка зашептала мне на ухо:
- Если вдруг потом кто спросит, ну, понимаешь про кого я? Так вот, если спросят почему мы мишку отпустили, то скажем, не потому что из жалости, мы же злые, забыл, да? А для того, чтобы он и дальше стращал всю округу. Ладно?
- Ладно, ладно. Ты лучше расскажи, как тебя умудрились похитить? Когда я уходил к кардиналу, ты сидела за столом с царем и, вон, с Тусопихом.
- Знаешь, как там скучно стало. Сидят, пьют и Хитроблуда ругают. Даже Тусопиха попугать не получилось. Я ему про то, что я дьявольское создание и про страшнючую зверюку, а он говорит, что теперь и сам такой. А потом в дверях слуга появился, лохматый такой, начал яблоками жонглировать. И попятился. Я за ним пошла, посмотреть. Он все дальше и дальше. А потом мне опять мешок на голову и украли...
Она была похожа на обиженного ребенка, которого жестоко обманули.
- Зато на мишке прокатилась, - чертовушка тут же нашла положительные стороны в своем похищении, - ни в цирке, ни в зоопарке мне не разрешали, а здесь, пожалуйста.
Если до замка Бявлыдка мы домчались примерно за пару часов, то обратно возвращались не торопясь. Солнце уже коснулось горизонта, когда мы достигли дворцовой площади.
- Я в лес, к Кабалке. Волнуется, наверное. - Сказал Тусопих.
- Передай привет Игогоке и Брыкунку. А Плешевону не передавай. Противный такой же, как и Бабаенок. - Попросила на прощание Лялечка, и мы с ней вошли в царские хоромы.
Святейшие размышления
В зале, заставленном золотыми статуями, изображающими только одного мужчину, обвешенном портретами, писанными с того же человека, за огромным столом восседал сам оригинал - Пахан Всея Земли В Натуре, Генеральный Секретарь Коммунистической Партии, Фюрер, Отец Всех Времен и Народов, Президент Мира, Дуче... Он и сам теперь не мог припомнить все титулы и звания, которые присваивал. Да и за столетия стерлось из памяти почему он решил именовать себя именно так. Только смутные обрывки, словно фрагменты старого, плохо запомнившегося сна. Но это было и неважно. Последнее время он предпочитал, чтобы его называли по-простому. По имени, отчеству и фамилии. Аллах Иисусович Гаэтама.
Пришло время раскрыть глаза подданным. Объявить во всеуслышанье, что он не просто вечный служитель бога, а сам Господь. Он и сам почти верил в это.
Чем еще объяснить тот факт, что вокруг него сменяются поколение за поколением, а он остается неизменным? Только своим божественным происхождением.
Пахан разбирал почту. Весь стол был завален сообщениями, доносами, официальными отчетами, поступающими с разных частей мира. Но сейчас его больше всего интересовала только Далдония и прилегающие к ней государства. Что-то странное творилось в тех краях. Странное и непонятное.
Но с любой странностью всегда можно разобраться. Благо, время позволяет. Тревожило другое. Почему в донесении кардинала Хитроблуда ничего не сказано о произошедших неординарных событиях? А ведь первый секретарь Далдонии пользовался особым доверием. Ему даже прощались мелкие шалости с женским полом. Хитроблуд считает, что Пахану ничего не известно про обряды изгнания бесов. Но на то он и бог, чтобы все видеть, все знать. Хорошо, что ни когда ни кому Пахан полностью не верил. За каждым официальным лицом закреплялись два-три тайных соглядатая, ничего не знающих друг о друге. И только сопоставив информацию, пришедшую из нескольких независимых источников, можно было получить более или менее достоверную картину.
Неужели Хитроблуд в сговоре с мнимым кардиналом? И кто есть на самом деле этот самозванец? Кто его послал? Или сам Хитроблуд затеял какую-то пока непонятную игру? Иначе как объяснить наличие у самозванца подлинного кардинальского мандата. Чем объяснить тот факт, что ни он, ни его спутница не сгорели в священном огне, а вознеслись на небо? Множество вопросов, на которые пока нет ответов. Пока. Пахан ни сколько не сомневался, что со временем узнает все. И все обернет на пользу себе.
Будет даже на руку, если Далдонию охватит антипахановский мятеж. Тогда он пошлет для подавления Злыгада. И пока король будет усмирять бунтовщиков, в Злыгандию будут стянуты войска из западных королевств. Для "радушной" встречи победителей. Пора совсем покончить со строптивым королем и со всем его народом.
Недолгая память оказалась у потомков захудалой побочной ветви прежних повелителей Злыгандии. Каких-то пятьсот лет всего миновало с тех знаменательных событий. А он отлично помнил все. И ссору с монархом, и церковное проклятие непокорного короля, и вспыхнувший после этого бунт, охвативший королевство, и как еле-еле удалось бежать из осажденного Паханата. Сейчас-то понятно, что на самом деле с ним ничего не могло произойти. Боги бессмертны. Но в тот далекий период натерпелся страху на всю оставшуюся вечную жизнь. Тогдашний самодержец, вкупе с многочисленной родней и знатью, поддержавшей мятеж, сполна заплатили за пережитые Паханом страдания. Всего через полгода объявившая себя независимой от истиной церкви Злыгандия была осаждена и покорена. Самое сильное королевство, способное взять верх над любым государством всего лишь третью своей армии, не устояло против объединенных сил всего мира. Тогда всем отлилось, и кошкам, и мышкам.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
