Сью, которой вернули маму совсем недавно.
— Никто плакать не будет, — сообщил женский голос из коридора. — Заканчиваем плакать, закрываем глаза и считаем до десяти. Считать все умеют? — с подозрением спросила Яга, неизвестно, как появившаяся в вагоне.
— Все умеют, — закивали дети с факультета Хаффлпафф. — Спа-а-асите!
Яга хлопнула в ладоши и поезд остановился. За окном, насколько позволял рассмотреть действительность помет неведомых птиц, расстилался Хогсмид. Они добрались.
* * *
За окном темнело, миссис Грейнджер чувствовала нарастающее беспокойство, Яга же поглядывала на женщину с большим интересом. Добрыня просто мирно спал, даже не храпя, ибо в форму богатырскую не пришел еще и отвлекать легендарную свою уже, как выяснилось, супругу от мыслей великих не хотел. Наличие рта ему нравилось, богатырь туда ел.
— Как-то мне неспокойно, — наконец пожаловалась миссис Грейнджер. — Как там доченька-то…
— Сейчас посмотрим, — спокойно ответила Яга, отправившись на кухню за яблочком да тарелочкой. — Колдовство — оно разное.
— Вы сможете увидеть детей? — удивилась мама Гермионы.
— И увидеть, и услышать, — ответила ярчайшая представительница славянской мифологии, запуская яблочко по тарелочке. — От качества продукта зависит, конечно.
В тарелке, как в телевизоре, отразилась внутренность купе. Гермиона как раз объясняла Гарри, куда именно их занесло, что заставило Ягу заулыбаться. Слова басурманские, да с аглицким акцентом, вызывали желание смеяться. Далее дети приступили к трапезе, успокаивая этим родителей. Эмма, взглянув на то, как мальчик сначала позаботился о ее дочери, а потом вгрызся в собственный ужин, успокоено улыбнулась.
— Кушают, вот и хорошо, — произнесла миссис Грейнджер. — Покушают, потом отдохнут…
— В это время они уже в Хогвартсе кушать должны, — заметила самая великая ведьма окрест. — Куда-то не туда их занесло.
— И что теперь делать? — побледнела Эмма, испугавшись за дитятко двенадцатилетнее, ведьмой зовущееся.
— Посмотрим сначала, а потом буду вызволять, — пожала плечами рыжеволосая женщина.
Вызволять пришлось раньше, чем ожидалось, потому что в поезде обнаружились и другие дети, поэтому Яга только вздохнула и исчезла. Появилась она через четверть часа, выдав экспрессивную тираду не по-английски. С дивана немедленно отозвался Добрыня:
— Что стряслось, Ягуся? — поинтересовался богатырь, открывая левый глаз. Правый продолжал спать.
— Да они в такие… — это слово было Грейнджерам непонятно, — заехали, что не дай Кощей! Еще бы в Сибирь намылились! В общем, вернула я их, но мне интересно, как так получилось-то?
— Завтра узнаем, — зевнул Добрыня. — Давай-ка лучше спать будем. Утро вечера мудренее.
С этим утверждением согласились все присутствующие, потому через некоторое время дом представлял собой сонное царство, а так как Яга понервничала, то спали все, кто попал в круг радиусом полмили, включая котов, собак и пролетавших голубей.
Часть 20
Радостно предвкушавшая уроки, Великая Ведьма Гермиона, как она себя называла, но в уме, чтобы никто не догадался, спустилась из своей спальни, ибо соседок у нее не было. Ожидавший ее внизу Гарри сразу же подхватил девочку на руки, следуя инструкциям папы. Гермиона была легонькой, по мнению мальчика, немедленно отправившегося в святое для любого богатыря место — кушать.
— Сегодня у нас уроки… — рассуждала девочка, которой в руках микробогатыря было очень комфортно. — Декан, Снейп и…
— Пушка надо проведать, — вставил Гарри. — А то заскучает собачка. А больше развлечений не осталось…
— Да, Большой зал уже починили, — согласилась самая сильная в Хогвартсе ведьма, потому что тетя Лили осталась дома. — После праздника… Вот я думаю, может, давай Хогвартс развалим и домой поедем?
— Я тоже к маме с папой хочу, — вздохнул мальчик, аккуратно занося свою Гермиону за стол. — Но и с тобой не хочется расставаться…
— Подумаем… — обнадежила его Гермиона. — Ладно, так и быть, зови Мионой, раз так получилось.
— Спасибо, — почти прошептал Гарри, очень тронутый этим жестом девочки. Усадив Гермиону за стол, мальчик сразу же принялся о ней заботиться.
Стоило завтраку закончиться… Точнее, стоило закончиться всем продуктам в радиусе доступа Гарри, как к нему подошли две девочки с барсучьего факультета. Они были грустны и смотрели на мальчика с такой надеждой, что сразу же всхлипнувшая Гермиона потянулась их пообнимать.
— Простите, мистер Поттер… — произнесла одна из подошедших. — А вы не хотите разрушить Хогвартс?
— К маме хочешь? — поняла самая сильная ведьма в замке.
— Я ее… Она меня… а я… школа… — расплакалась белокурая девочка. Метод Тринадцатой действительно работал безотказно, даже учитывая тот факт, что Сьюзан о нем не знала, а Гермиона как раз да.
— Мы подумаем, что можно сделать, — кивнул Гарри, с интересом осмотрев стены.
— Надо директору… клизму? — задумчиво проговорила перебиравшая термины ведьма. — О, вспомнила! Ульти-матум! А где директор?
— Будем искать… — сообщил мальчик. — Ты хочешь всех на домашнее, а то замок развалим?
— Одно другому не мешает, — задумчиво ответила милая девочка, коса которой изобразила почесывание затылка. — Ладно, пошли на уроки. Если ничего на уроках не придумается, то пойдем простым путем.
— Простите, а простым — это как? — тихо спросила Сьюзан.
— Замок развалим, — объяснил Гарри, беря на руки свою девочку. Папа был опять прав — и носить приятно, и безопасно для нее.
Гермиона раздумывала на тему пустого стола факультета зелененьких и маленькой пакости по отношению к красненьким. Ей пока было неведомо, что половина зелененьких на завтрак выходить отказалась, а вторую половину не смогли выгнать из дома. Дети были согласны на что угодно — боль, унижение, оставление без сладкого на год, лишь бы не в Хогвартс, где сидит страшный Поттер. Этот факт вызвал некоторые затруднения у родителей учеников, ибо Министра уже тоже не было, а кто может справиться с Поттером, идей не было, пока не вышли утренние газеты.
Первым уроком было зельеварение. Хаффлы испуганно крались вдоль стен, потому что профессор пугал иногда больше самого Поттера, отчего приходилось пользоваться средствами личной гигиены. Гарри аккуратно посадил сразу же покрывшую себя и верного рыцаря защитным комплексом Гермиону за первый стол, готовясь к уроку… Или развлечению, потому что мальчик не хотел, чтобы его так пугали. У Гарри реакция на страх теперь уже была совсем другой.
— Здравствуйте, дети, — профессор в специальной защитной мантии
