— Вот оно как… Я почему-то и не сомневался, что этим всё и закончится… — услышала я голос Сергея и с запозданием сообразила, что мы почему-то остановились.
Приоткрыв слезящиеся от яркого солнца глаза, я попыталась выяснить причину внезапной остановки. Мы находились возле рыночной площади, вокруг было множество людей, и все они молчали и смотрели куда-то вверх. Я тоже приподняла голову.
В одной из подвешенных высоко на цепях позорных клеток лежал человек. Почти сразу я сообразила, что этот человек давно мёртв — рот у него был широко открыт, высохший язык вывалился, а в глазницах трупа с мерзким жужжанием копошились мухи. На фоне молчания или испуганного перешёптывания собравшихся вокруг людей слова Сергея прозвучали неожиданно громко:
— Когда сотник «Золотых Соколов» приказал схваченного ассасина поместить просто в клетку на всеобщее обозрение, я ведь сразу ему предсказал, что дружки убийцы постараются от него избавиться, чтобы этот убийца не смог выдать имена других членов Ордена Ассасинов. А сотник мне не поверил, он ответил, что вряд ли в небольшой крепости есть сразу несколько убийц из Ордена…
— Кстати, убит он выстрелом отравленной стрелки в шею, — заметил Ярик Тяжёлый, рассматривая покойника.
— Этот убийца скрывается где-то здесь, в одном из ближайших домов, — забеспокоился Пузырь. — Пока мы в крепости, Сергей, ты в очень большой опасности.
— Фея, сделай на всякий случай вокруг себя магический щит от стрел, как ты сделала во время нападения разбойников. А я буду ближе к тебе держаться, — предложил Серый Ворон.
Мысль была хорошая, вот только мне сейчас было совсем не до заклинаний. Меня сильно мутило, я едва сдерживала рвотные позывы. Поэтому я тоскливо посмотрела на Сергея и отрицательно помотала головой. Сергей всё понял без слов и с досадой махнул рукой:
— Ладно, обойдёмся без магической защиты. Поехали потихоньку на выход.
К счастью, нападения не случилось. Мы благополучно выехали из ворот и направились по накатанной дороге, ведущей в столицу. Меня хватило до первого подъёма на холм. Потом я, стиснув зубы, сползла с лошади и едва успела отбежать к обочине. Вроде чуть полегчало. Но стоило мне опять взобраться на Пчёлку, как тошнота опять стала возвращаться.
Это был самый кошмарный день в моей жизни. Поездка, как я и опасалась, превратилась в сущую пытку. Я была вынуждена чередовать верховую езду со срочными остановками. Уже давно мой желудок был пуст, меня рвало желчью, но тошнота никак не проходила. Мои друзья ехали далеко впереди, чтобы не смущать меня. Они о чём-то разговаривали с дварфом и лишь останавливались иногда, чтобы окончательно не терять меня из вида.
Лишь к вечеру мне стало лучше. Голова прошла, прошла и дурнота, жизнь уже не казалась мне такой тягостной. Я наконец-то стала обращать внимание на окружающий пейзаж. Дорога проходила мимо бесконечных полей. И хотя хлеборобом я не была, но всё же смогла отметить, что урожай пшеницы, овса и ржи в этом году ожидается отменный — ещё зеленоватые колоски стояли густой стеной на всех полях. В огородах тысячами громадных лопухов зеленели сочные листья пури, в садах ярко-синим бисером были усыпаны ряды кустов кислицы, наливалась ранняя вишня, цвели какие-то другие фруктовые деревья. В общем, год в окрестностях Холфорда ожидался урожайным. И это было хорошо, а то на фоне слухов о неурожае на юге и гибели посевов на землях орков были опасения, что плохой урожай и в районе Западной Столицы будет означать голод.
К вечеру мы сделали стоянку у большого озера, там же, где останавливался год назад обоз дварфов. Не успели мои друзья стреножить лошадей и начать ставить палатку, как к нам уже бежали наперегонки ребятишки из ближайшего села принимать заказы на ужин. Ярик Тяжёлый и ребята заказали себе всякой вкуснятины, я же после всех дневных переживаний не рискнула брать что-либо из еды, ограничившись небольшим кувшином компота. Когда принимавшая заказ чернявая босоногая девчонка попросила с меня медьку вперёд, оказавшийся поблизости Сергей расплатился с девчонкой за меня, а потом протянул мне золотой империал:
— Ленка, возьми, чтобы не сидела совсем без денег. Больше, к сожалению, у меня пока нет, этот империал последний. Просто случились неожиданные большие траты, не рассчитывал на них.
— Много пришлось заплатить за разгром в таверне? — догадалась я.
— Это неважно, — отмахнулся Сергей и пошёл помогать Пузырю с палаткой.
— Много, — тихо подтвердил мне оказавшийся рядом и слышавший наш разговор дварф. — Особенно трудно было уладить конфликт с отцом одной светловолосой девушки в зелёном платье. Эта девушка тебе чем-то сильно не понравилась. Причину я не знаю, так как сам уже позже в зале появился.
— Она танцевала с Петькой! — вспомнила я вчерашний вечер.
— Возможно. И в отместку ты заставила кого-то из солдат «Золотых Соколов» подойти к ней и вылить ей прямо на голову тарелку супа. Кто-то из охранников кинулся на обидчика девушки, к нему на помощь пришли друзья. С этого момента, говорят, и началась драка. Та девушка оказалась дочерью начальника крепости, а ты втянула её в мужскую кабацкую драку. Платье, насколько я видел, оказалось безнадёжно испорчено…
Я опять почувствовала, что краснею. Но Ярик смотрел на вчерашние события под совершенно неожиданным углом:
— А вообще хорошо вчера было! Народ повеселился от души, выпустил пар. Мои родичи дварфы из клана Железной Руки остались очень довольны, и стража, в общем-то, даже не скрывала усмешек. Сам начальник гарнизона, когда уже историю с платьем дочери замяли, весело сказал, что нужно ввести традицию раз в сезон приглашать магов в крепость и поить их допьяна. А то гарнизону скучно, никаких развлечений…
Но я совсем не чувствовала, что поступила правильно и хорошо. То, что Сергей на меня откровенно обиделся, было заметно даже невооружённым взглядом. Наверное, я сильно упала в его глазах из-за всех вчерашних своих глупостей и, конечно, из-за смерти волчонка.
Пока мои школьные друзья и Ярик ужинали, я отошла подальше по берегу, разделась за кустами и вошла в чистую прохладную воду озера. Уже темнело, на небе зажигались звёзды. Я отплыла от берега подальше и легла на воду. Костёр, возле которого ужинала мои друзья, был хорошо заметен со стороны воды. На берегу о чём-то разговаривали. Говорил по большей части Сергей, остальные лишь изредка отвечали. Слов было не разобрать, но у Серого Вороны был серьёзный и недовольный вид. Похоже, обсуждали что-то не слишком весёлое. Может, они про меня говорили?
Вообще-то я обещала не подслушивать за своими друзьями. Но тут уж слишком большой был соблазн узнать, что говорят про меня за глаза. Поэтому, продолжая лежать на воде, я вызвала пикси Виги и мысленно направила её к берегу. Глаза и уши фимиляра стали моими. Невидимое бесшумное крылатое создание послушно полетело к костру. Я видела, как приближается берег. Вот крохотное создание полетело к сидящим у костра фигурам. Говорили, как я и боялась, обо мне.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
