– Тогда решено? Когда устроим?
– Думаю, дня через три, – прикинул я расклады. – Надо же ещё всех собрать и подготовиться.
– Я могу взять на себя Августа и Виктора с Рао. Договорюсь с ними. Заодно на свадьбу приглашу.
– Хорошо. Ты у меня золотце, – чмокнул я Катю в носик.
* * *
Аристократы – не самые дружелюбные люди. Многие вопросы они готовы решать с помощью насилия и агрессии. Единственное, что их останавливает – угроза проиграть.
Эмоции это не лучшие советчики. Я видел, что Майер на эмоциях. Может это связано со смертью их сына, может с искренним беспокойством за Катю, а может и с чем-то другим.
Моё понимание жизненных циклов строилось на тех алхимических законах, которые открыли до меня. Ещё на личном опыте, конечно. За последние три года к этому добавилось изучение социологии и психологии. Углубился я не то, чтобы на уровне профессионалов, но кое-какие идеи для себя почерпнул, что помогало понимать мир вокруг себя ещё лучше.
Если взять обычного человека, то в нём легко найти массу противоречий. Любовь и ненависть в одном флаконе – это одна из простых и примитивных комбинаций.
Аристократы это не совсем люди. Они плод человеческого и звериного начала, помноженного на века спонтанных мутаций и постоянной, ожесточенной борьбы. Обычные люди тоже конкурируют и убивают друг друга, но аристократы в этом вопросе на шаг впереди.
Противоречия и конфликты на малом уровне ведут к конфликтам на высоком. У любого цикла, как и конфликта, есть начало, пик и кульминация. А между самими конфликтами – часто затишье.
Три года я жил в мире, перед этим пережив череду серьезных конфликтов. И что-то мне всё больше кажется, что дальше ждёт очередная полоса испытаний. Старики Майер – первые ласточки.
Домой я ехал один. Катя предлагала перекинуть, но не хотелось оставлять машину. Сама девушка должна была прийти позже, а пока осталась обсуждать вопросы с матерью. Касательно ссоры или свадьбы – они уж сами разберутся.
Родовые земли, где стоял дом, у меня достаточно обширные, чтобы какую-то часть дороги ехать в гордом одиночестве. Ни домов чужих, ни любопытных глаз, ни свидетелей.
Когда я увидел, как дорогу мне преградили вооруженные люди, то не сильно удивился. Всего десяток, все в масках, кроме одного. Старик Майер сам ко мне решил заглянуть.
Находились мы на моих родовых землях, так что, по факту, они, можно сказать, напали на мой дом. Это добавляло пикантности ситуации.
– Вылезай! – крикнул старик, – Или струсил?!
Нет, ну какой же идиот. Непростительно быть настолько тупым в его возрасте.
– Ну, вылез, – я и правда вышел из машины, – Что дальше? Будете угрожать? Или, о ужас, попытаетесь избить? А может вы пришли извиниться? Право слово, не надо было утруждать себя. Старческий маразм простителен.
– Взять его. – скомандовал разозленный Майер.
– Зря…
Гвардейцы чужого рода осели на землю. До старика не сразу дошло, что именно произошло. Он ждал исполнения приказа, но этого не последовало. Бартолд нахмурился, обернулся на звук оседающих тел и откровенно говоря растерялся.
– Вам бы нервы подлечить. Хотя не уверен, что поможет. Вроде целители не умеют справляться со старческим слабоумием. Или вы по жизни тупой? Вам сейчас непонятно, что произошло. Кажется, что это какая-то ошибка, случайность. Лучше не поддавайтесь этим заблуждениям. Вы живы исключительно по одной причине – я не хочу расстраивать Катю. Запомните это хорошенько. Как и то, что моё терпение не безгранично. Если всё понятно, то оттащите своих людей с дороги. Не переезжать же мне их машиной. Если непонятно… Можешь попытаться напасть, старик. Только давай быстрее решай, а то я устал и хочу отдохнуть.
Он что-то сказал на немецком и попытался выстрелить из… револьвера. Серьезно? Где он этот раритет достал? Мало того, что в нем запас патронов ограничен, так ещё и… Хотя бахнуло громко. Если знать, что произойдёт дальше, то не сложно исполнить трюк – поимка пули пальцами.
– Это всё? – уточнил я, помахав пулей на показ, – Уходите. Утомили своей глупостью.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-390', c: 4, b: 390})
Легкое усилие и старика вместе с телами сносит с дороги. Это не телекинез в чистом виде, всего лишь связывание по закону подобия металла, что на них есть.
Майер вскрикнул и рухнул на землю. Его придавило телами его же гвардейцев. Все живы, между прочим. Я никого не убивал. Всего лишь ударил по их организмам концентрированным давлением. Через минуту как новые будут.
Вернувшись обратно в машину, я отправился дальше. Когда подъезжал к дому, то возле крыльца стоял Родион.
– Мне вот интересно, как так выходит, что именно вы каждый раз ко мне заглядываете?
– Всё очень просто, Эдгард. В моём кабинете срабатывает тревога и дежурный кричит: опять проблемы у этого Соколова! После чего мы высылаем отряд, а в особо интересных случаях появляюсь я.
– Могли бы и раньше появиться, да увести старика.
– Это бы не помогло.
– И вы решили, что лучше, если он сам обломается об меня?
– Что-то вроде того.
– Вам определенно стоит поработать над улыбкой. Иногда сложно понять, где вы шутите, а где нет.
Слова об улыбке – тонкая издевка. Так уж вышло, что я изучил Родиона настолько хорошо… Имею в виду с помощью алхимии, что знал, что его почти отсутствующая мимика – это следствие мутации, а не прихоть. Глупо так подшучивать, но мне сегодня настолько настроение испортили, что я банально сорвался.
– Обязательно учту ваши пожелания, – ответил он без тени юмора.
Но я знал. Родион шутит.
– Очень на это надеюсь. Раз вы здесь, то может объясните, чего Майеры настолько взбеленились? Только не надо мне про смерть их сына и прочее.
– Смерть сына в этом деле тоже играет роль. Не надо принижать чувства родителей, потерявших ребенка.
– И всё же? – не повёлся я.
– Когда София вышла за немецкого наследника сильного клана, это упрочило наши отношения с Германией. Не всем это нравится. Также Майеры сейчас испытывают некоторые проблемы. Которые захотели решить, породнившись с кланом Рюрех.
– Что-то мне подсказывает, что старики сильно поспешили и уже договорились о помолвке?
– По нашим данным, так и есть. Молодой Эрик был столь любезен, что раскрыл некоторые детали.
– Узнали, кто его направил ко мне?
– Говорит, что их разведка сработала.
– Тогда она у них получше, чем у Майер.
– Спорный вопрос, потому что парень представления не имел, что мы за вами присматриваем.
– Это ведь не вся история, так?
– Так, – кивнул Родион, – Но всю мы и не узнаем. Можем лишь предполагать. Спокойной ночи, Эдгард. Надеюсь, сегодня мы с вами виделись последний раз.
Родион отправил сообщение по телефону и ему открыли проход.
Что же… Кому-то не нравится усиление союза между двумя странами. Этот кто-то пользуется тем, что у Майер проблемы или сам эти проблемы создаёт, чтобы направить их помыслы в сторону помолвки. Звучало бы, как фантастика, если бы я не имел представления, как это всё организовать. Достаточно пары разговоров на званых ужинах. Там слово, там ещё пару, здесь намёк и всё, люди идут туда, куда надо.
А дальше… Молодой Эрик приходит к алхимику и между ними происходит конфликт. В идеале с убийством. Если не происходит, то тоже неплохо. Майеры пролетают с помолвкой и теряют репутацию. Это ослабляет их позиции и косвенно сказывается на Медведевых, ну или на их отношениях. Уверен, что слоёв в этой схеме ещё много, все их никогда не отгадаю. А раз так, то лучше пойду в душ и спать. Завтра на свежую голову ещё раз обдумаю случившееся.
В частности обдумаю то, что этот кто-то неизвестный что-то знает про меня.
Глава 14. Демонстрация
Доспехи я собирал дома, в мастерской. Специально её под такие дела и строил. Здесь же у меня хранился запас материалов. Не в самой мастерской, а в подвальном помещении, которое по площади больше, чем сам дом. Если кто-то сможет ограбить меня, то озолотится. В буквальном смысле. Запасы золота у меня здесь тоже имелись. Как и других ценных металлов. Не говоря уж про те сплавы, которые ещё не научились создавать технологически.
