странно, походила на Эмму, такой же разрушенной субъективностью. И на Джека. Но если в случае с Джеком было сложно сказать, где заканчивается он и начинается демон, то со Шляпой диагноз был очевиден – от человека в ней не осталось практически ничего. Двуногий инструмент, бери да пользуйся.
Рубашка был интереснее. Практически безэмоциональный, но не бездушный болванчик. Рациональный, собранный, лишенный даже тени морали, но не социопатичный ублюдок вроде Взлома. Посвятивший жизнь Делу с большой буквы, готовый приносить в жертву других и жертвовать собой, но не свихнувшийся фанатик. Очень интересно. Ценнейший союзник, кошмарный враг. Но он не изменит своему Делу, он пойдет только за тем, кто разделит его идеалы и цели.
- Если вас смущает мое, кхм, тесное знакомство с Симург, то спешу уверить – все в прошлом. Спасибо Дине Элкотт и Эйдолону.
Скепсис, излучаемый Доктором Мамой, наверное, мог бы оставить загар на коже, если бы не персональная петля. Шляпа оставалась пустышкой, Рубашка проявлял сдержанный интерес.
- Слепые пятна. Дина Элкотт – сильный пророк, вы должны это знать, если Триумвират работал на вас.
- Мы знаем, - кивнул Рубашка.
- Когда я забрал ее от Выверта, то попросил инструкций, что мне делать дальше. Я предполагал, что как пророк она способна затмевать предвидение Симург и общение с ней может направить меня по пути, который Убийца Надежды не предвидела. Она дала мне записку, в ней было написано «иди до конца». Ну… я и пошел. Кстати, я не собирался убивать Эйдолона. Более того, я был уверен, что он меня размажет в лепешку вообще без каких-либо шансов на сопротивление. Полагаю, здесь вмешался мой демон, потому что в тот момент Эйдолон уже пробил мне грудь насквозь. Сознательно я не смог бы телепортировать к себе меч и нанести точный удар, да еще так быстро.
- Демон? – переспросил Рубашка.
- Та штука, что дает мне силу. Я беру у нее схемы своих изобретений, а она копирует мою память и личность.
- Агент.
- Что «агент»? – переспросил я.
- Давайте придерживаться единой терминологии. Та сущность, что вы называете «демоном», мы зовем «агентом», поскольку она послана извне для выполнения определенной задачи.
- Хорошо, пусть будет «агент», - я развел руками, демонстрируя принятие чужих правил игры. – С моим агентом у меня всегда были странные отношения. Знаете, напоминает сказку про волшебного помощника, который изо всех сил пытается услужить, но каждый раз только все портит. Ладно, я отвлекся. Эйдолон тоже являлся слепым пятном для пророков, это всем известно. Что дает мне возможность сделать обоснованный вывод: сочетание вмешательств Дины и Эйдолона создало слепое пятно для Симург, которая не предвидела подобного развития событий. Думаю, моей задачей как бомбы было уничтожение Легенды, Мирддина и Нарвал, после чего я подлежал утилизации. Это бы сделал Эйдолон или Дракон. Без записки Элкотт я бы вряд ли нашел в себе сил сражаться дальше и, скорее всего, просто позволил казнить себя.
Я замолчал, переводя дух и оценивая реакцию. Шляпа, Рубашка, Эшли, Эмма, Кевин. Даже вездесущий дух, которого назвали Хранительницей. Мне удалось захватить их внимание, заставить себя слушать, и это было прекрасно. Все портила только Доктор, которая наверняка даже не была настоящим доктором.
- Поготь, чувак, - сказала Эшли. – Так ты – тот самый Ахриман, Четвертый Губитель?
- Так меня зачем-то назвали в СКП, я не был настоящим Губителем и становиться им не собираюсь. Но да, это я.
- Хо, - высокомерное выражение с ее лица никуда не делось, но зато появилось что-то похожее на уважение. – Тогда не удивительно, что ты прикончил Остряка.
- Что значит «прикончил Остряка»? – переспросила Доктор. – Ты имеешь ввиду…
- Да, именно это я имею ввиду, - раздраженно перебил ее я. – Около получаса назад мною при содействии еще нескольких лиц был уничтожен Джек Остряк, бессменный глава Бойни №9. В настоящий момент один из моих ассистентов везет труп в Филадельфию, дабы получить причитающуюся за его голову награду.
Выражение лица Рубашки не изменилось, но я ощутил его внезапно возникшую печаль. Погодите… серьезно? Этот тип расстроился из-за смерти Джека? Однако похоже, что на меня зла он не держал. Кажется, к его гибели он отнесся как чем-то неизбежному, что должно было произойти рано или поздно.
- Считайте это жестом доброй воли с моей стороны, - добавил я. – Мне известно, что катализатором Конца Света мог стать либо я, либо Джек. Устранив Джека, я устранил элемент неопределенности. В настоящий момент либо я спровоцирую Конец Света в ближайшие десять лет, либо это произойдет само по себе примерно через двадцать. Такой прогноз дает Элкотт, и на вашем месте я бы не отмахивался от ее слов.
Доктор и Шляпа переглянулись.
- Мы не можем ему доверять, - сказала толстуха.
- Полчаса назад Путь изменился, - ответила Шляпа. – Теперь Кёлер его необходимая часть.
- Полчаса... то есть сразу после смерти Джека.
- Я обладаю большой силой, и могу стать еще сильнее, - напомнил я. – Вы потеряли Триумвират, но я уже доказал, что могу достигнуть того же уровня при достаточных ресурсах и времени. На моей стороне могучие союзники: бывшая Панацея и сильнейший пророк. Этого парня я вчера достал из петли Серого Мальчика, результатом стало обретение им очень мощных сил. Я могу встать на вашу сторону или стать вашим врагом. Все зависит от того, раскроете вы мне правду или нет. И только попробуйте солгать или недоговорить о чем-то.
- Пусть твои люди выйдут, - сказала Шляпа.
- Простите?
- Эта информация для тебя, а не для них.
- Я ненавижу фальшь. Рассказывай при всех или не говори вообще.
- Потом ты сам решишь, стоит ли пересказывать им правду. Но сам не захочешь этого делать, поймешь почему.
Я прищурился пытаясь за бесстрастным лицом Шляпы разглядеть уловку, попытку оставить меня без прикрытия, отделить меня от союзников… и ничего не видел. Она была пуста, как чистый лист, и настолько же бесхитростна.
- Подождите в том конце коридора.
- Уверен, босс? – спросила Эшли.
- Верь мне. Все в порядке.
Мои спутники удалились, а потом Шляпа заговорила. Она говорила долго, не меняя тона и почти не делая пауз, и явно пользовалась при этом своей силой. Ее рассказ одну за другой подтверждал мои гипотезы и домыслы, но как оказалось, правда была в миллион раз
