– Но забрался-то он туда каким образом? – удивился на этот раз Себастьян. – Если бы строил пирамиду из мебели, ее бы заметили, да и не сумеет такой пацан взгромоздить, скажем, стул на стол!
– Узко мыслишь, видимо, теряешь квалификацию – вздохнул Рауль. – Всё намного проще. Этот короб проходит и на лестнице, и там добраться до него совсем не сложно. То есть взрослому как раз будет сложно, слишком узкий закоулок, но для ребенка это труда не составит.
– То есть он вычислил, как устроена система вентиляции, как можно этим воспользоваться… умудрился, как я понимаю, благополучно добраться до своей комнаты, – перечислил Кристиан. – Да это же готовый террорист!
– Где террорист? – насторожился Вернер, слушавший историю вполуха.
– На всякий случай запомни имя, Вернер, – посоветовал ему Рауль. – Может, пригодится на будущее – я искренне опасаюсь дожить до момента, когда это создание повзрослеет.
– Ну?
– Теодор Крейд, – сказал Второй Консул невозмутимо.
От Кристиана не укрылось, как Себастьян отчего-то уставился в потолок с преувеличенно независимым видом, а Алан Грасс сдержал улыбку.
– Запомню, – кивнул Вернер, который определенно ничего странного не заметил.
– И что же дальше? – спросил Кристиан. – Его наказали?
– А в сущности, за что? – пожал плечами Рауль. – Разве что за нарушение распорядка: проделывал он всё это около четырёх утра, когда воспитанникам полагается спать. А вот о том, что воспитанникам запрещено проникать в вентиляционные короба, в правилах ничего не сказано. А правила эти мальчик знает назубок, кстати говоря.
– Верный подход, – одобрил Себастьян. – Всегда пригодится! Нужно точно знать, какую инструкцию ты в данный момент нарушаешь, да и в подобных случаях, как видите, работает…
– Никаких преступных целей он не преследовал, – продолжал Рауль спокойно, – а поступил так, движимый исключительно любознательностью. Хлопот никому причинять не желал. Намеревался тихо спуститься в своей комнате, никто бы ничего не заметил.
– Спрыгнуть, что ли? – нахмурился Кристиан. – Высоковато!
– Ничего подобного, – авторитетно заявил Себастьян. – Если сперва повиснуть на руках, то в самый раз будет. Меня больше интересует, как он собирался объяснить упавшую потолочную панель!
– Сама отвалилась, – пожал плечами Рауль. – Случается.
– И почему же он так не поступил? – поинтересовался Первый Консул.
– Немного не рассчитал со временем – спутал ветки вентиляции, пришлось возвращаться, а задом, согласитесь, это делать неудобно, – усмехнулся Второй Консул. – Развернуться в некоторых ответвлениях и ребенку сложно. Словом, когда поднялась суматоха, он как раз подбирался к комнате и кое-что слышал. И еще вполне сумел бы объявиться потихоньку, не окажись там фурнитура.
– Смотреть надо, когда выбираешься, – пробормотал Себастьян себе под нос, но Кристиан услышал. – Будет впредь знать…
– Объявился бы и что? Как намеревался объяснить своё отсутствие? Невнимательностью поисковой партии? – прищурился Кристиан.
– Проще, – хмыкнул Рауль. – Проснулся рано, вышел из комнаты, отправился побродить по этажам, задумался, да так, что понял – опаздывает на занятия. Ринулся в душевую – там к тому моменту уже всё обыскали. Переполох на свой счёт не отнёс, мало ли, что бывает. Всё.
– Для трёх с половиной лет не так уж плохо, – вздохнул Норт. – Подозреваю, список интернатских правил, в особенности запрещающих, в ближайшие несколько лет увеличится раз в десять.
– Да, так и вижу: «воспитанникам запрещается проникать в вентиляцию, канализацию и прочие коммуникации с целью удовлетворения любопытства», – ухмыльнулся Себастьян.
– Надо предупредить директора интерната о канализации, – совершенно серьезно сказал Рауль. – Признаться, я об этом не подумал.
– У тебя просто нет соответствующего опыта, – поддел начтранс.
– Зато о твоём опыте все прекрасно осведомлены, – ответил тот. – Между прочим… сходство методов налицо. Может быть, чтобы не травмировать служащих интерната, возьмешь этого мальчика на воспитание?
– Ни за что! – поднял руки Себастьян. – Во-первых, космопорт мне еще дорог, и не только как память. Во-вторых, только детей мне там и не хватало! Мне одного Мартина предостаточно, тем более, он при всяком удобном случае привозит своего обожаемого Эрле! Кстати, – покосился он на Рауля, – кто дал разрешение забирать того из интерната?
Рауль молча покачал головой и указал подбородком на Алана. Тот улыбнулся и развел руками.
– Достойная месть, – непонятно сказал Себастьян. – Впрочем, если выбирать между этой парочкой и одним недорослем… Выбор очевиден.
– Да уж, – вздохнул Кристиан. – Рауль, это что, опять продукт какого-то эксперимента? Откуда такие наклонности?
– А откуда они у Себастьяна? – пожал тот плечами. – Он-то у нас не экспериментальный образец, да и Мартин тоже, однако же… Впрочем, если исследовать вдумчиво…
– На опыты не дамся и Мартина не отдам, – ухмыльнулся начтранс. – Не дождешься! И вообще…
Закончить фразу он не успел: дверь отворилась, и на пороге воздвигся мрачный Людвиг Вольт.
– Прошу извинить за опоздание, – сказал он, занимая своё место. – На дороге ничего не видно, хуже, чем во время песчаных бурь, чудовищный затор образовался. Откуда этот смог?
– Выясним, – пообещал Кристиан. – Непременно выясним, а пока давайте приступим к обсуждению…
Дверь снова распахнулась, явив на сей раз Эмиля Кана.
– Почти полный состав, – вздохнул Людвиг.
– Вернер, а что это с Эмилем? – поинтересовался Себастьян у коллеги.
– Челку, что ли, по-новому уложил? – прищурился тот.
Эмиль, поняв, что желаемого эффекта своим появлением не достиг, сдернул респиратор и со вздохом облегчения уселся на место.
– Я полагал, только Себастьян позволяет себе являться в Эос в подобном виде, – желчно сказал Кристиан.
– Я на пару минут, – ответил Эмиль, покосившись на свой «пустынный» камуфляж, – доложу обстановку и тут же обратно. Ну, господа, дела, я вам скажу! Такие дела!..
Настолько довольным жизнью Эмиль не выглядел с момента последнего чрезвычайного происшествия. Правда, заткнуть вулкан ему было не под силу, а здесь, очевидно, что-то предпринять оказалось возможно…
– Так, в чем дело? – нахмурился Первый Консул. – Если у нас опять ЧП, почему раньше не доложил?
– Сам только что разобрался! – ответил Эмиль. – Меня сдернули еще ночью, я не стал раньше времени устраивать переполох. Тем более, непосредственно Танагуре или другим населенным пунктам ничто не угрожает…
– Будь добр, доложи по форме! – окончательно обозлился Норт. К разгильдяйству сотрудников он привык, но порой всё же выходил из себя.
– Видели, какой смог? – спросил Эмиль весело. Ему не ответили, только Вернер кивнул, и Кан продолжил: – Знаете, откуда он взялся?
– Пока нет, – осторожно произнес Кристиан.
– О!.. – тот даже прижмурился от удовольствия. – Господа, оказывается, на Амои есть нефть!
– И что? – еще более осторожно спросил Первый Консул.
– Она горит! – воскликнул Эмиль.
Повисло молчание.
– Гхм… – сказал Людвиг.
– Так это, значит, дым… – протянул Вернер и посмотрел на приятеля с ненавистью. – Так почему же ты не принимаешь меры?!
– Принимаю, – оскорбился тот. – Но, видишь ли, мне в жизни не приходилось руководить тушением горящей нефти! Мы инструкции-то не сразу нашли. А кроме того… хм…
– Да говори уже! – вспылил Кристиан. – Не тяни кота за хвост!
Вернер и Людвиг (тот, что с хвостом) посмотрели на него осуждающе, Себастьян фыркнул, Рауль вздохнул, взглянул на часы, потом на Алана. Алан пожал плечами, мол, куда деваться.
– Кстати, откуда на Амои нефть? – спросил вдруг Людвиг. – Если не ошибаюсь, она имеет органическое происхождение, а здесь…
– Есть теория, – задумчиво произнес Рауль, – что когда-то на Амои был совершенно иной климат. Некоторые исследователи допускали возможность существования достаточно богатой флоры и фауны. То, что мы видим сейчас – остатки… хм… былого величия. Причины, по которым произошли необратимые изменения, неизвестны, впрочем, никто не занимался этим всерьез. – Он помолчал. – Но, опираясь на данные о других обитаемых планетах, можно предположить любой катаклизм, от столкновения с крупным астероидом до взрыва крупного вулкана… Право, я никогда не углублялся в изучение этого вопроса.
– Это в любом случае произошло за десятки тысяч лет до начала колонизации, – хмыкнул Эмиль. – Господа, так вы будете слушать доклад или строить теории? Мне лично совершенно всё равно, как именно образовалась эта злосчастная нефть, у меня там такой факел в пустыне!..
– Мы слушаем, – кивнул Кристиан.
