Прикрывшись защитными экранами, неприятель шёл на сближение. Почти два десятка внушительных массивных тел, идущих в атаку под непрерывным обстрелом пушек эскадры, начинали давить на психику людей.
Маран пребывал в замешательстве. Судя по поступающей информации, даже крупные орудия крейсеров не наносили врагу повреждений. Обострённое чувство опасности адмирала уже кричало, что чужаки так действуют не из прихоти, а по каким – то соображениям, и сближаться с ними не самое лучшее решение. В то же время скорость неприятеля показывала, что он вполне способен гоняться даже с крейсерами. Маран не мог дать приказ повернуть суда в сторону от молчаливого противника. Подчинённые это могут воспринять как слабость.
Ситуация разрешилась, когда враги сошлись на дистанцию торпедной атаки. Эскадра дала согласованный торпедный залп по огромным целям. В этот момент у наблюдателей создалось впечатление, что корабли неприятеля разом взорвались, но это было не так. Многочисленные наросты на поверхности корпусов одновременно лопнули, выпуская наружу неимоверное количество малых кораблей. Десятки тысяч небольших машин, как пенная волна, устремились в сторону эскадры Марана. Немногочисленное по сравнению с нападавшими количество истребителей не смогло преградить путь этой лавине. Да и некому скоро стало это делать. Пилоты противника сбивали всё, что двигалось в пространстве, будь это истребитель или торпеда. Защитные поля не предохраняли от выстрелов противника. Непонятная энергия растекалась кляксой в месте попадания, но не пропадала, почти не взаимодействуя с экраном. При отключении щита она прорывалась к корпусу и прожигала комбинированную броню, словно бумагу. Повреждения от таких ударов небольшие, но их было слишком много. Некоторые пилоты противника просто таранили свои цели, взрываясь вместе с ними. Особенно эффективен оказался такой подход к уничтожению сильно защищённых торпед и ударам по кораблям, до которых скоро добрались маленькие и юркие машины неприятеля.
Людям показалось, что их атакуют роботизированные комплексы. Никакие компенсаторы гравитации, применяемые для сохранения живых пилотов, не выдержали бы манёвров и ускорений, продемонстрированных машинами врагов. Хотя повреждения корпусов кораблей после попаданий неприятеля оказывались незначительными, но поверхность брони выглядела, словно по ней прошёлся когтистой лапой какой – то звёздный монстр.
Но это были не все неприятности для эскадры Марана. Второй волной шли менее многочисленные, но зато более крупные аппараты. Поскольку все системы обороны кораблей были повреждены или уничтожены, никто не мешал машинам противника высаживать десант на борт атакованных судов. Практически повсеместно начались схватки на палубах между абордажниками и экипажами. Боевики нападавших оказались сильнее и быстрее, и это были не люди. В галактике обитали представители лишь разумных человекообразных, а среди нападавших присутствовали какие – то ящеры и многочисленные тараканоподобные твари.
Офицерский состав не был готов к столкновению в таких условиях. Методики отражения атак разумных чужеродных существ отсутствовали. Вооружение противника действовало на совершенно других принципах. В то же время десантники неприятеля хорошо знали своего врага и даже владели единым языком, по крайней мере, имели электронные переводчики. Только это указывало на продуманную и длительную подготовку к войне с человеческими государствами.
* * *
Переговоры по шифрованному каналу. – Привет, Марксэт! Давно не виделись!
– Рейн, откуда ты здесь? Мне сообщили, что твой корабль подорвали в подпространственном тоннеле?
– Было дело. Долго пришлось выбираться, но я предпочитаю возвращать долги. Поскольку эту операцию провернули ваши враги, то решил с них и начать. Так что во избежание политических недоразумений на высшем уровне, советую заключить контракт с моими наёмниками на оборону законного правительства Союза семи.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-144', c: 4, b: 144})
– Как всегда эффектно работаешь. То – то мои наблюдатели говорят, что прилетев на огромных станциях, кто – то снёс пол – эскадры нападавших.
– Это не самый сильный эффект моего возвращения. Видишь ли, друг, у меня в подчинении не только люди, но и представители других разумных рас. Сложность в том, что они слишком отличаются от человечества. Если не будет примера сотрудничества с людьми, боюсь, начнётся грандиозная бойня. Меня устроит и такой вариант, но не хочется вовлекать невинных в конфликт из – за ошибок политиков.
– Ого! Сможешь выстоять один против всех! Впрочем, спорить с человеком, выбравшимся из подпространства своим ходом, я бы не стал. Много возьмёшь за услуги?
– Ха – ха! У тебя запасов хватит. Всего лишь за работу двух десятков крейсеров.
– Хм, если ты называешь эти дуры на краю системы крейсерами, то какие у тебя станции?
– Станции не больше ваших. Просто у одной из подчинённых мне рас нет таких объектов. Они строят лишь крейсера.
– Ты меня специально пугаешь? «Подчинённая раса» – звучит слишком …
– Ну так уж сошлись звёзды.
– Э – э – э, значит, это не ошибка речи. Я если и не напуган, то озадачен. Может, тогда заодно скажешь, сколько систем контролирует твоя подчинённая раса?
– Если честно, то не считал – тысяч десять или двадцать, возможно и больше будет. Видишь ли, она расселилась на половину галактики. Жуки – инсекты весьма неприхотливы к условиям жизни. У других рас ареал обитания поменьше будет.
– Э – э – э, у тебя ещё и другие расы имеются?
– Признаю, жаден, но полностью подчиняется мне ещё лишь одна. Дракониды тоже не люди, хотя и более похожи на человечество.
– Знаешь, Рейн, кажется, заключение договора с тобой было самой хорошей идеей за всю мою прожитую жизнь. Раса, галактика – это звучит внушительно.
– Ха – ха, я сама скромность, но мои владения всё же располагаются в двух галактиках.
– Э – э – э… две…
– Потом расскажу. Давай решать проблемы по порядку. Некоторые экипажи противника уже жаждут сдаться, а у меня нет официальных полномочий твоего наёмника для такой процедуры. Тебе корабли и пленники нужны?
– С такими известиями можно забыть обо всём на свете. Послал тебе официальный договор найма. Условия сам можешь вписать. Судя по прошлым соглашениям обижать напарников не в твоих правилах, а вот твоим врагам я заранее сочувствую.
– Отлично, встретимся после бойни. Другим словом называть то избиение, что ты наблюдаешь на экранах, язык не поворачивается.
– Хм, а по – другому ты, наверное, и не можешь!
* * *
Адмирал Маран с ужасом наблюдал, как волна малых кораблей неизвестного противника захлестнула вторую часть его эскадры, добравшись и до флагмана. Панические сообщения уже атакованных судов, хоть немного прояснили ситуацию. Судя по всему, пришельцы прибыли издалека и никакого отношения к человечеству не имели, но людей явно изучали и отлично противодействовали боевой технике противника.
– Мы не в силах сдержать высадившийся на корабле чужой десант, – с нервной улыбкой повернулся к адмиралу капитан флагмана. – На остальных судах обстановка не лучше. Первая волна неприятеля знала куда бить. Прыжковые двигатели повреждены, а на восстановление времени нам не дадут.
– Кое – кто из капитанов уже сдаётся, – доложил адъютант, просматривая сводку данных, предоставленных искином. – Чужаки имеют системы связи аналогичные нашим. Они знают о нас всё, а мы о них практически ничего. Кроме того, они включили стандартные маяки наёмников. Адмирал, это разгром. Наши суда даже уйти не успеют. Если вы не прекратите бойню, то системники противника доберутся и до наших малых кораблей, пока ещё атакующих орбитальные станции. Такие потери подготовленных пилотов и экипажей руководство нам не простит. Пора капитулировать.
(window.adrunTag = window.adrunTag || []).push({v: 1, el: 'adrun-4-145', c: 4, b: 145})
