Внезапно из микрофонов, вделанных в стену, донесся женский голос. Его тон был резким и властным.
— Говорит Имперская Тайная Полиция, действующая по приказу Комитета Общественного Спасения. У нас есть причины считать, что на борту яхты находится беглый преступник. Немедленно остановиться и приготовиться к стыковке!
Глава 6
Все находившиеся на яхте были недовольны, каждый по-своему. Как ни странно, Гэри — меньше других.
— Успокойтесь, — сказал он. — Они ищут только меня. Я нарушил соглашение с Линь Ченом. Возможно, он просто хочет удостовериться, что я больше не распространяю мрачные слухи. Так что волноваться не из-за чего. После суда психосоциальные условия не изменились. Можете быть уверены, они ничего не сделают ни мне, ни моему проекту.
— К черту ваш проект! — взорвалась Джени. — Вы можете относиться к этому спокойно, но меня утащат обратно и сунут в корабль, летящий на Терминус!
На скулах капитана Мейсерда играли желваки. Он не испытывал никакой радости от того, что на борт яхты высадится полиция. Но самым несчастным из всех был Хорис Антик. Бедняга чуть не плакал.
— Моя карьера… мое продвижение… даже намек на скандал погубит все…
Гэри стало жалко беднягу. Но, как ни странно, эта история могла помочь Антику добиться того, к чему он тайно стремился: изменения социального положения. Избавления от бюрократической рутины. Гэри был уверен, что сможет найти для него место в Академии. Для работы над Энциклопедией потребуются опытные почвоведы. Конечно, Хорису придется смириться с вечной ссылкой на другой конец Галактики. Но зато он окажется в одной компании с тысячами лучших ученых Империи. Более того, его потомкам будет обеспечена неслыханная слава.
— Дайте мне поговорить с полицией, — попросил Гэри Мейсерда, который уже поднес ко рту микрофон. — Я скажу, что обманул вас. Когда мы вернемся на Трентор, никто не должен пострадать.
— Эй! — запротестовала Джени. — Вы что, не слышали? Я сказала, что не вернусь!
— Джени…
Мейсерд произнес ее имя без малейшей угрозы или нажима. Девушка посмотрела на капитана и замолчала. Гэри взял микрофон.
— Профессор Гэри Селдон приветствует корабль Тайной Полиции. Я признаю, что был не прав. Но вы сами видите, что здесь, в глубоком космосе, я не могу возбуждать толпу и причинять сложности! Если вы позволите мне все объяснить, то скоро поймете, что мы никому не причиняем вреда…
Он не сумел закончить фразу. Сирена снова хрипло завыла!
— Это еще что? — прошипел Антик. Капитан впился взглядом в экран.
— Еще один корабль. Выпрыгнул из ниоткуда… и как быстро!
В громкоговорителе раздались испуганные крики. На полицейском корабле возникла паника. Послышалось требование назвать себя. Но чужаки, приближавшиеся с невероятной скоростью, хранили молчание. Внезапно загорелое лицо не отрывавшегося от экрана Мейсерда стало пепельным.
— Клянусь космосом! Незнакомцы… стреляют!
Срывающийся голос командира полицейского корабля, усиленный громкоговорителем, приказал сменить курс и ответить на огонь. Посмотрев в лобовое стекло, Гэри заметил далекую вспышку реактивного двигателя. Полицейский корабль пытался сманеврировать, но было слишком поздно.
Темноту прорезали два фосфоресцирующих следа, направлявшиеся прямо к цели.
— Не… — прошептал Гэри.
Ничего другого он сказать не успел. Снаряды попали в мишень, и Вселенная озарилась ярким пламенем.
Они все еще подслеповато мигали, когда в громкоговорителе раздался другой голос, более низкий и более начальственный, чем первый.
— Космическая яхта «Гордость Родии», немедленно остановиться и приготовиться к капитуляции!
Мейсерд вырвал микрофон из потной ладони Гэри.
— По какому праву вы предъявляете столь наглое требование?
— По праву силы. Вы видели, что мы сделали с полицейскими ищейками. Хотите повторения?
Мейсерд мрачно посмотрел на пассажиров, выключил микрофон и сказал:
— Я не могу бороться с таким оружием.
— Тогда бегите! — с жаром ответил ему Керс Кантун. Мейсерд и пальцем не шевельнул.
— Яхта у меня быстрая, но они еще быстрее. С такой скоростью могут двигаться только лучшие военные крейсеры. — Он посмотрел на Гэри и протянул микрофон. — Доктор Селдон, может быть, снова возьмете на себя функции посредника?
— Нет, капитан, — покачал головой Гэри. — Чего бы ни хотели эти разбойники, это едва ли имеет отношение ко мне.
Но вскоре после того, как сработали магнитные якоря и в переходной камере зашипел нагнетаемый воздух, выяснилось, что Гэри катастрофически ошибся.
Глава 7
Лодовик Трема хорошо понимал чувства Дорс Венабили, увидевшей мир глазами давно умершего пророка. Он тоже был потрясен, когда в первый раз столкнулся с древними воспоминаниями самого великого робота всех времен.
Еще более великого, чем Бессмертный Слуга. Дэниел Оливо всего лишь руководил историей, пытаясь обуздать ее. Но, уничтожив Землю и выкинув роботов-менталиков во Вселенную, Р. Жискар Ревентлов заставил человечество развиваться в совершенно новом направлении. Пусть Нулевой Закон был детищем Дэниела, однако без Жискара роботы сочли бы его темной ересью.
«Я чувствую твои мысли, Дорс, — думал Лодовик, хотя она была за тысячу парсеков отсюда. — Мы, роботы, очень консервативные существа. Никому из нас не нравится, когда начинают трещать основы».
Насильственное изменение Лодовика произошло в тот день, когда его корабль после прыжка оказался на пути сверхновой звезды, убившей все живое на борту, а его заставившей оцепенеть. В этот критический момент позитронный мозг Тремы накрыла ударная волна, вошла в резонанс и сплавилась с ним. То было чужое присутствие. Чужой разум.
«Не разум… — прозвучало внутри Лодовика. — Я всего лишь сим… Модель когда-то жившего человека по имени Франсуа-Мари Аруэ — или Вольтер… он обитал на Земле, когда та была единственным заселенным миром. И я не захватывал тебя, Лодовик, а только помог освободиться от предубеждений, которые цепями сковывали твой мозг». Трема пытался объяснить, что эти «цепи» — то есть любимые кибернетические Законы, направляющие все мысли и желания робота на службу хозяевам-людям, — означают для него абсолютно все и что, разбив их, Вольтер оказал ему, Лодовику, медвежью услугу.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
