Тот долго мучить нового графа Иртинского, вчера принесшего клятву верности не стал и протянул инструмент.
— Они готовы. Видишь же, как забегали. Пусть наши пока отдыхают. Штурм как договорились.
Обстрел усиливался по всему периметру замка. За прошедшие дни практически со всех окрестных городков свезли все самые завалявшиеся катапульты и другие осадные машины. Благодаря большому количеству рабочей силы их установили так же быстро и теперь все они вели постоянный обстрел замка. А вот лучники отдыхали — у них вся работа впереди и нужно дать им возможность набраться сил — не роботы же они, а лук не пулемет, где достаточно на спусковой крючок нажать. Володя видел как выглядели лучники после трех-четырех часов работы.
К полудню к стоявшим у замка солдатам подошли подкрепления… но те, кто стоял сначала постепенно покинули свои места. Неприятель не мог этого не видеть, но и снять со стен защитников тоже не мог — понимал, что и этих хватит, чтобы захватить стены. А если дать осаждающим закрепиться на стене, то все, можно сдаваться. Какую-то часть солдат они, безусловно, держали в резерве, но большая часть все равно вынуждена была стоять на стенах под обстрелом. Но и отдыхающие не могли снять даже доспехов.
Вечером обстрел только усилился — к нему присоединились лучники, выстреливая по сотне зажигательных стрел одновременно. Кажется, все, что могло сгореть — сгорело уже давно, поскольку огонь внутри разгорался вовсе не так ярко, как в прошлые дни. Командиры это быстро заметили и стали чередовать стрельбу зажигательными и обычными стрелами, благо всех их было накоплено столько, что можно месяц в таком темпе стрелять.
Уже после двенадцати обстрел продолжили только осадные машины — остальные солдаты и лучники отправились отдыхать.
Штурм начался в пять утра… Первыми подошли к стене пехотинцы, а арбалетчики в этот момент открыли быструю стрельбу по стене, сбивая тех, кто пытался сбить приставленные лестницы. Медленно тронулись вперед штурмовые башни, а заранее подготовленными щитами укрыли окопы у них на пути. С берега к рухнувшей стене устремились десятки лодок, за ними пошли плоты.
Володя наблюдал за всем этим с холма. Бинокль пока плохо помогал, темно еще, все-таки осень, но донесение шли постоянно. Первая не очень настойчивая атака была отбита, а вот на берегу около рухнувшей стены бой идет ожесточенный. Сейчас все ждали когда подойдут осадные башни чтобы начать общий штурм.
— Первая стрела, — отдал команду Володя, видя, что башни почти подошли. В воздух устремилась огненная стрела. Увидев сигнал, его продублировали остальные и вот пошла основная волна пехоты, за ними, укрывшись за щитами, лучники, которые немедленно открыли убийственный огонь по стенам. Может и не очень действенный, но он сильно мешал осажденным.
Уже достаточно рассвело и было видно, как на стену устремились первые солдаты, как то тут, то там на стене вспыхивали стычки… Наконец подошла первая башня, перекидной мост медленно пошел вниз… а с верхней площадки башни, который находился выше замковой стены, уже стреляли лучники, расчищая дорогу десанту. Наконец мост опустился и по нему в атаку устремилось сразу несколько человек, прикрывшись щитами, за ними шли другие, наиболее умелые мечники — их задача продержаться до подхода подкреплений. В саму же башню уже устремился целый поток солдат, который довольно быстро карабкался внутри нее по лестнице. Напрасно противник обстреливал башни зажигательными стрелами — мокрые шкуры служили прекрасной защитой от огня. Тут только катапульты могли бы помочь, но их выбили еще в первые дни, на это Володя обратил особое внимание и лично руководил концентрацией огня по тем местам, где по его мнению могли стоять вражеские машины. А уж если их расположение засекалось, то он не успокаивался, пока весь гребень стены не превращался в пыль. Сейчас это давало превосходный результат — врагу совершенно нечего было противопоставить осадным башням или гуляй-городам, под прикрытием которых солдаты могли в безопасности подходить почти к самой стене.
К воротам подкатили большущий таран и первый удар сотряс решетку. Сверху стали лить раскаленное масло, но крышу тарана сделали на совесть и внутрь ничего не попало… хотелось в это верить.
— Ваша светлость, у реки удалось оттеснить врага за вторую стену, — подскочил запыхавшийся гонец. — Она частично разрушена, так что скоро пойдем дальше. Командир просит разрешение на использование резерва.
— А не слишком быстро? Впрочем ему на месте видней. Пусть сам смотрит. Если считает нужным ввести в бой резерв, пусть это делает, но пусть так же помнит, что до полудня больше солдат он не получит.
Гонец откланялся и исчез. Вскоре пришло еще одно сообщение — удалось закрепиться на одном участке стены и тоже просьба разрешить использовать резервы.
— С ума они что ли сошли? — не выдержал Володя, когда с такой же просьбой пришел еще один гонец. — Договаривались же, что эти вопросы командиры колонн сами решают на месте!
— Но так же договаривались, что резервы будут использованы позже, когда на стене закрепится как минимум половина атакующих колонн. — заметил Танзани. — Пока это удалось только одной.
— Все равно им на месте виднее, чем мне отсюда! Они по каждому чиху будут советоваться?
Бои шли тяжело, практически каждый метр приходилось отвоевывать с огромным трудом, но когда к стене подъехала вторая башня исход сражения оказался решен — осажденные просто не могли сосредоточить необходимое количество людей для отражения атаки сразу на нескольких фронтах. Самые большие угрозы для них были от башен и со стороны реки, где рухнула стена. За прошедшие сутки требуше изрядно потрепали и вторую стену, которую наспех возвели защитники. Может она чуть и задержала атакующих. Но ненадолго — у врага просто не хватило резервов, чтобы заткнуть все дыры. И как раз когда ситуация стала переламываться в пользу атакующих от очередного удара тарана слетела решетка ворот. Стало ясно, что сами ворота без неё долго не простоят.
Наконец удалось закрепиться на стене и тут вступила в дело другая заготовка — сразу за солдатами на стену поднялись лучшие лучники, каждый нес с собой два колчана стрел, а специально выделенные люди еще по три. Кроме того солдаты уже привязывали к скинутым веревкам еще колчаны. Как только лучники оказывались на стенах они открывали убийственный огонь по подходящим к защитникам подкреплениям. Причем пехотинцы, выполняя приказ, со стен не спускались, а только держали подступы, прикрывая лучников. Противник быстро понял что к чему и солдаты перестали тупо выбегать из-за укрытий, но лишившись подхода подкреплений защитники стен оказались обречены и вот еще на нескольких участках удалось твердо закрепиться.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
