— Познакомившись с вами в 1972 году, — сказал я, — я заинтересовался буддизмом. Баловался дзэном, даосизмом и випассаной. За последние несколько лет благодаря вам узнал кое-что о тибетском буддизме. И вот что я думаю: эта двухтысячепятисотлетняя система взглядов великолепно подходит для сегодняшнего человечества — настоящее сокровище. Она предлагает осуществимый проект достижения эмоционального благополучия. А это, как теперь считают ученые, благотворно влияет на наше здоровье. Поэтому — да: я горд тем, что знаю хоть что-то о буддизме — о мудрой традиции, родившейся в Азии. Как сказал однажды знаменитый режиссер: «Буддизм есть везде. A Amazon.com утверждает, что существует 20 000 книг по буддизму».
В 11:30 вошел с нагруженным подносом Палджор, монах-слуга. Установил поднос на маленьком кофейном столике против Далай Ламы, который уже пересел в угловое кресло. На подносе стояло по крайней мере десять различных тарелок и пиал. Как и для большинства буддистских монахов, главная трапеза Далай Ламы — ланч.
Далай Лама проголодался. Он поднялся в 3:30, а завтракал почти шесть с половиной часов назад. Поэтому он нетерпеливо наклонился вперед и быстро снял крышки. Аппетитные на вид блюда источали дивный аромат: круглый тибетский хлеб, суп, несколько тарелок с жареными овощами, тарелка тертой редьки и большая порция чего-то похожего на вьетнамские блинчики с начинкой. Некоторое время Далай Лама с интересом разглядывал стоящую перед ним еду. Потом взял кусок тибетского хлеба и откусил. Жуя, он поднял глаза и заметил меня, с умилением взирающего на него с почтительного расстояния. Он снова переключил свое внимание на стоящие перед ним блюда и после некоторого колебания взял тарелку с редькой.
— Мое пожертвование. Возьмите, — сказал он, протягивая тарелку. Я покорно взял.
— Последние шесть месяцев я почти вегетарианец, — сообщил он мне, глотая суп. — Почти никакого мяса, только иногда — сушеное мясо яка из Тибета. Я и раньше переходил на вегетарианство, например в 1965 году. Тогда я продержался двадцать месяцев. — Он поставил чашку и взял блинчик. — Сейчас придерживаюсь не очень строго. В поездках наслаждаюсь мясом. Попробуйте, — и он предложил мне блинчик.
Довольно плотный, требующий тщательного разжевывания блин прекрасно дополнял вкус нежного содержимого: необычно пахнущего, мелко наструганного сушеного мяса яка, смешанного с лапшой и обжаренными до хруста овощами. Действительно тонкий вкус. У Далай Ламы, несомненно, превосходный повар.
— Вкусно?
— Восхитительно. Далай Лама кивнул.
— У вас перерыв, возвращайтесь в пять. Спасибо, пока.
Когда вечером я вернулся в резиденцию Далай Ламы, он снова сидел на подушке для медитаций, укутанный до пояса в бледно-желтое банное полотенце, а бедра и ноги обернуты саронгом цвета ржавчины. Телевизор, последняя модель «Сони Вега», обычно спрятанный в шкафу сбоку от алтаря, сейчас тихонько работал. Далай Лама, держа в правой руке пульт дистанционного управления, внимательно смотрел «Дискавери». Величественная китайская трехмачтовая джонка бороздила Южно-Китайское море, ловко лавируя между изумрудными островами. Через минуту-другую он переключился на другой канал. «Би-би-си» передавало последнее сообщение о погоде.
Не отрываясь от экрана, Далай Лама спросил меня:
— Вы знаете, скольким людям в Гонконге более ста лет? Недавно в Тайване я встречался с теми, кому более девяноста, их было человек пятнадцать. А однажды я встретил старика. Спросил, сколько ему лет, он сказал, что сто, но выглядел как шестидесятилетний.
— Моему отцу было за девяносто, — уклонился я от ответа. Я не имел ни малейшего представления о гонконгской демографической статистике. — И это при том, что у него была опийная зависимость.
Казалось, Далай Ламу это сообщение слегка озадачило, он не знал, верить мне или нет.
— И в Сиккиме тоже, я заметил, — продолжил он. — Я видел там нескольких людей, которым перевалило за девяносто, и одного столетнего, когда был там несколько лет назад. Одна монахиня сказала мне, что ей сто лет. Хотя выглядела на семьдесят, вот так.
— Умиротворенный разум? — спросил я, вспомнив, как Далай Лама рассказывал мне, что умиротворенный разум дарует продолжительную и здоровую жизнь.
— Думаю, они живут проще других, — сказал Далай Лама. — Без сомнения, умиротворенный разум тоже важен. Спокойствие ума достигается двумя способами. Первый: очень простая жизнь. Тогда разум меньше тревожится. Другой: очень изощренный ум, много знающий. Но внутри — спокойствие. — Он прикоснулся пальцем к кончику носа и сказал: — Как я.
Запрокинув голову, долго и громко смеялся.
— Но как вы достигаете этого спокойствия? — спросил я Далай Ламу.
— Анализирую, — просто ответил он.
— Анализируете?
— Например, возьмем сильную боль в желудке, которая случилась у меня в Патне. Я анализирую ситуацию. Если есть хоть какая-нибудь возможность устранить боль, то нет никакой необходимости волноваться — потому что существует решение. Если решения нет, тогда тоже не нужно волноваться — потому что вы ничего не можете сделать. Другой пример. Очень полезно сравнивать боль с еще большей болью. Вы сразу понимаете: «О, эта боль — далеко не так сильна по сравнению с той». И немедленно чувствуете себя лучше. Далай Лама потянулся к подносу для корреспонденции и взял какие-то бумаги.
— Я получил письмо с Тайваня, — сказал он. Развернул два листочка, отыскивая в них абзац, который интересовал его. И прочитал вслух: — «Я был человеком с плохим характером. Люди часто огорчались из-за меня. Я продавец чая, но из-за своей жадности я терял прибыль и время от времени страдал от мучительных раздумий. Теперь, узнав кое-что о буддизме, я понял ошибочность своих желаний. Постепенно мой скверный характер усмиряется. Я не хочу больше критиковать других людей». — Далай Лама опустил письмо на колени, посмотрел на меня, сияя от удовольствия.
— И еще он упоминает вот о чем. — Он пробежал глазами страницу и снова прочитал вслух: — «Однажды я как обычно работал. И вдруг понял, что у моего конкурента проблем больше, чем у меня. Это было новое ощущение. — Далай Лама поднял глаза, хихикнул и продолжил чтение: — Прежде ничего подобного со мной не случалось. Теперь моей семье и друзьям легче со мной общаться, а мое дело пошло на лад». — Далай Лама провел рукой по голове и снова засмеялся.
В 17:30 вошел Палджор с подносом — два термоса и накрытая салфеткой тарелка. Он поставил на стол Далай Ламы кружку и налил в нее дымящийся чай. Далай Лама взял другой термос и долил в кружку горячего молока. Когда Палджор повернулся, чтобы уйти, Далай Лама заглянул под салфетку. Он сказал что-то своему слуге, тот вышел и вернулся с большой пластиковой коробкой, наполненной печеньем разных видов. Далай Лама довольно долго рылся в ней. Наконец выбрал круглое печеньице и вручил его мне.
— Ну, теперь все. Спасибо, пока, — сказал он.
И, не поднимаясь с подушки, протянул мне обе руки. Я наклонился, взял его руки и коснулся их лбом.
— Спасибо, Ваше Святейшество, — сказал я.
Покидая резиденцию Далай Ламы, я терзался вопросом. Что было на тарелке? Что-то греховное и вкусненькое? Далай Лама, как и все тибетские монахи, не должен есть ничего существенного после полуденной трапезы. Он вел себя так, будто не хотел, чтобы я увидел, что там, под салфеткой. Может, он собирался полакомиться кусочком булки или яблочного пирога, как только я покину комнату для медитаций? Грызя печенье — пожертвование Далай Ламы, — я не мог сдержать улыбки.
Примечания
1
Американские музыкальные группы, играющие рок и рок-н-ролл соответственно. — Здесь и далее прим. перев.
2
В 1969 году рок-фестиваль с таким названием прошел в Кетскилл-Маунтенс.
3
Уильям Франклин Грехем (или Билли Грехем) (р. 1908) — американский религиозный деятель, устраивавший евангельские турне по всему миру.
4
Специальное телевизионное устройство-суфлер.
5
Второй из старших братьев Далай Ламы.
6
Фу Мен-чу — герой романа английского писателя Сакса Ромера.
7
Биди — самые дешевые сигареты в Индии, изготовляются в ручную, и представляют собой нарезанные листья необработанного табака, завернутые в лист коромандельского чёрного дерева (на хинди называется тенду или тендурини — лат. Diospyros melanoxylon), благодаря которому имеют специфический не похожий на обычные сигареты аромат. На западе распространен миф о безвредности биди, и даже об отсутствии в них никотина. Тем не менее, это обычные сигареты. - прим. редактора электронной версии книги.
