Читаем без скачивания Пуля, Заговорённая... - Андрей Канев

Потом произошло так, что Степанакерт был поделён армянами и азербайджанцами на две половины. И «миротворцам» стало несколько легче противодействовать конфликту, стало ясно, кто, где находится территориально, теперь уже диаспоры существовали компактно, а не вперемежку. Ими были организованы отряды самообороны и самозащиты, которые были вооружены стрелковым оружием. Были на руках у населения и автоматы Калашникова, а также пулемёты и винтовки. Случались между ними кровавые боестолкновения. И бойцам приходилось вмешиваться и выступать в роли живого щита.

Тогда погибли два солдата из омского батальона, к сожалению их фамилий, Иосиф Григорьевич уже не помнил. Были и раненные. В его комендантском взводе, слава богу, никто не пострадал. Даст бог, и в этой командировке из его личного состава никто не пострадает.

Павелецкий смотрел в бинокль, когда на тропу, ведущую к небольшой поляне и сквозь неё, вокруг которой и сконцентрировались, образуя что-то наподобие мешка, бойцы тюменского ОМОНа и группы немедленного реагирования из станицы Горячеисточненской, вышел неприметный гражданин кавказской национальности в камуфлированной форме одежды. Он осмотрелся. И махнул рукой. Вскоре за ним появился ещё один такой же бородатый субъект, как и первый, обвешанный кобурами для пистолетов с «Калашниковым» на спине.

Бандиты вышли на поляну. Прошли по её левой и правой границам, скрылись в противоположных входу кустах. Павелецкий знал, что их там без шума и пыли «приняли» тюменцы. Вскоре на поляну вереницей выплыли несколько, гружёных ящиками и тюками лошадей в поводу таких же бородатых камуфлированных «духов». Замыкали колонну двое бородачей. Павелецкий посмотрел в сторону Иосифа Григорьевича, тот махнул рукой:

— Пора…

Полковник поднёс к губам рацию и вполголоса произнёс:

— Начинаем с богом!

В сторону каравана полетели несколько гранат. «Чехи» заорали, забегали, падая и открывая беспорядочную ответную стрельбу. Оставшиеся в живых, лошади дико заржали, и, лишившись проводников, бросились врассыпную. Их пришлось пристрелить, чтобы не потерять «товар». Со стороны поляны слышались дикие, но совершенно бесполезные вопли захваченных милиционерами врасплох боевиков:

— Аллах Акбар!

— Аллах Акбар…

Бой длился очень и очень долгие, но считанные минуты, омоновцы и «гэнээровцы», со всех сторон поливая поляну свинцом, вскоре сомкнули кольцо окружения яростно сопротивлявшихся бандитов, не оставив в живых никого.

Живьём были захвачены только шедшие впереди разведчики. Их персон будет вполне достаточно для проведения дальнейшего уголовного расследования по факту контрабанды оружия и наркотиков. Трупы и груз собрали на поляне в одном месте.

Вот теперь можно было докладывать в Ханкалу об успешно проведённой операции. Вызывать на место боя оперативно-следственную группу и вертолёт для того, чтобы забрали захваченный «товар». Среди личного состава «гэнээра» и омоновцев никто не пострадал. Даже легко раненных не было.

— Вот это профессионализм!— похвалил своих бойцов Иосиф Григорьевич Шпицбергенов.

А Павелецкий в это время уже набрал номер телефона на своём мобильном и говорил:

— Товарищ генерал, докладываю…

Глава 31

Высокие стороны договорились…

Как и договорились с Абдуловым, на следующий день около семнадцати часов затрезвонил внутренний телефон в кабинете Павелецкого. Сергей Иванович убавил звук телевизора и поднял трубку. Звонил дежурный с первого КПП:

— Товарищ полковник, дежурный по КПП сержант Паюсов, разрешите…

Павелецкий представил сухощавого спортивного парня из ППС города Печоры, певшего по вечерам во время отдыха от дежурных смен современные казацкие военные песни под гитару, улыбнулся:

— Да, слушаю тебя Володя, что там?

Паюсов, видимо, до краёв переполнившись служебным долгом, хорошо поставленным баритоном чеканил:

— На КПП подъехали «Лексус» и «десятка», семь человек гражданских.

— Чего хотят?

— Один из них Абдулов Насыр Хамизович просится к вам зайти на ПВД, говорит, что его прислал по договорённости с вами его отец глава администрации Шалинского района. Пропустить?

— Пропусти, Володя, я их жду.

— Всех пропустить?

Павелецкий разозлился на такую бестолковость Паюсова:

— Володя, ты, что там, тормозишь что ли?

— Никак нет, товарищ полковник…

— Его одного запусти, понял?

— Так точно…

— И выпиши ему одноразовый пропуск, как положено, понял?

— Так точно,— в трубке послышались короткие гудки.

Сергей Иванович крикнул в «предбанник»:

— Анатолий, зайди!

В дверном проёме появился шкафоподобный прапорщик:

— Слушаю, Сергей Иванович.

Павелецкий строго глянул на охранника, и стал подробно инструктировать:

— Значит так, сейчас с КПП придёт ко мне абрек по фамилии Абдулов, ты его в «предбаннике» задержи, проверь пропуск, промаринуй минут десять, скажи, что я занят. Потом, как обычно, заглянешь ко мне, доложишь, потом запустишь. Пусть осознает, что у нас тут щи лаптем не хлебают, а всё строго по-военному. Понял, ещё раз объяснять не надо?

Анатолий, потешно от всей серьёзности, на какую он был способен, подражая начальнику, поскрёб своей лапищей квадратный с несерьёзной ямочкой подбородок:

— Понял, чего уж там, сделаем,— и аккуратно прикрыл за собой входную дверь в кабинет.

Как только дверь закрылась, Сергей Иванович по рации связался с Сомовым. Тот откликнулся сразу:

— Слушаю, товарищ полковник.

— На КПП стоят две гражданские машины с «чехами», возьми у Паюсова номера машин, пробей на угон, владельцев на причастность к бандформированиям и в течение пяти минут мне доложи. Как понял?

Начальник штаба ответил без задержек:

— Понял, без проблем…

Вскоре он уже ответил:

— Машины чистые, владельцы в картотеке «Крепости» не значатся. Ещё что-нибудь?

— Нет, больше ничего не надо,— ответил Павелецкий,— отбой связи…

Через минуту заглянул Анатолий:

— К вам посетитель Абдулов, разрешите его впустить?

Павелецкий еле удержался от смеха, так трагикомично выглядел в момент доклада бывший начальник изолятора временного содержания, а сейчас волею военных судеб простой «личник» начальника оперативной группы. Он махнул рукой:

— Конечно…

За скрывшимся Анатолием, в дверной проём проскользнул, иначе и не скажешь, средних лет мужчина, невысокого роста с чёрными колючими глазами, остановился посреди кабинета в нерешительности:

— Салам малейкум, Сергей Иванович,— негромко, но так же хрипловато, как Абдулов старший, произнёс он.

Павелецкий гостеприимно вышел из-за стола навстречу гостю и протянул руки:

— Малейкум асалам, уважаемый, что привело вас ко мне?

— Я по поручению отца, с сыновьями и младшими братьями прибыл за вами, чтобы сопроводить к нам в гости, по приглашению отца на праздничный ужин.

— Что за праздник?— удивился полковник.

Насыр позволил себе улыбнуться:

— В чеченской семье такой уважаемый гость, как вы, за столом — это самый большой праздник.

— Понятно.

— Как вы поедете, с нами на нашей машине, или на своей?

Павелецкий одновременно тяжело и лукаво глянул на гостя:

— Конечно же, на своей машине, ходить в гости лучше своими ногами, верно?

Что он имел в виду, может, откровенно намекал, на то, что догадывается, каким образом его сотрудник Вартанов оказался в гостеприимном горном селении.

— Верно,— согласился Абдулов-младший.

Павелецкий указал на стул:

— Присаживайтесь…

Насыр помахал протестно ладонью:

— Некогда, уважаемый Сергей Иванович, рассиживаться, барашек уже на огне, отец ждёт, а путь-дорога неблизкая.

— Хорошо,— согласился полковник,— тогда я без лишних церемоний…

Поднял трубку телефона, набрал две цифры внутренней связи с оперативным дежурным:

— Дежурный!

— Слушаю вас, товарищ полковник.

— Мою машину срочно на выезд.

— Кто выезжает с вами?

— Начальник криминальной милиции Милов и замполит Валерий Петрович Вихров.

— Из личной охраны кто по графику?

— Нет, «личников» не нужно,— глянув в сторону гостя, добавил,— охраны у меня сегодня предостаточно…

Вскоре импровизированная колонна с бронированным «уазиком» Павелецкого посредине уже неслась по пыльным чеченским дорогам в сторону Шали. По времени это дело оказалось не столь долгим и утомительным, как ожидалось. Через час машины уже колесили по улицам райцентра.

Двухэтажный особняк главы Шалинской районной администрации Хамиза Басаровича Абдулова стоял в самом престижном месте райцентра недалеко от базарной площади и был огорожен высоким чуть ли не крепостным забором с тяжёлыми железными воротами. Как только автомобили подкатили к воротам, они распахнулись, открыв довольно широкое для нескольких легковушек пространство.