Матери не очень-то пришелся по душе очередной визит полицейского, но Мэтти удалось очаровать ее настолько, что она скрепя сердце предложила Коулу поужинать. Он, конечно, понял, что к чему, и остался лишь благодаря моей настойчивой просьбе.
— Если вы с Мэтти сейчас уйдете, — шепнула я Коулу, — Ди наверняка устроит мне разнос из-за того, что я не ночевала дома. Так что, будь добр, поддержи меня в эту непростую минуту. Твой сын это уже сделал.
Коул улыбнулся краешком губ, и я заметила, как в его темных глазах цвета абрикосовой косточки заплясали озорные искорки. Наверное, вспомнил вчерашнюю ночь, подумала я и почувствовала, как сильно хочу, чтобы он снова повторил свой поцелуй «с прелюдией».
Мою мать наши переглядки изрядно раздражали. Впрочем, это меня не так уж и беспокоило — я была сердита на нее из-за того, что она звонила Ричи и, не сомневаюсь, была едва ли не инициатором слежки за мной.
Наблюдая за тем, как Ди оживленно болтает с Мэтти, Коул вполголоса поинтересовался, почему у нас с Ричи не было детей.
— Меня всегда удивляло, что ты пишешь для детей, хотя у тебя самой их нет.
Эта тема была мне не очень-то приятна, но я все же решила быть откровенной с Коулом.
— Ричи не очень хотел торопиться с ребенком, — тихо ответила я. — Поэтому, когда выяснилось, что я не могу иметь детей, он был даже рад. Если честно, я была ему благодарна. Редко встретишь мужчину, которому нужна женщина, не имеющая возможности завести детей.
— Ты говоришь ерунду, — сердито шепнул мне Коул. — Что значит «нужна»? Это проблема, которую нужно решать. И решать ее должна не только женщина, но и ее мужчина.
На моих губах забрезжила едва заметная улыбка. Ричи такое и в голову не приходило. Он никогда не считал это своей проблемой — напротив, такое положение вещей его вполне устраивало. Тогда зачем усложнять себе жизнь?
Ди, краем уха прислушивавшаяся к нашему разговору, тоже, по всей видимости, нашла ответ Коула разумным и правильным, а потому решила снизойти до разговора с мужчиной, который был, по ее мнению, источником моих неприятностей.
— Удивительно, что вы рассуждаете таким образом. — Она изучающе посмотрела на Коула. — Вы один воспитываете Мэтти и вам, должно быть, очень тяжело приходится.
— Тяжелее всех приходится Мэтти, — спокойно ответил Коул, уже, наверное, привыкший к подобным расспросам. — Он вынужден сам о себе заботиться. Мэтти один делает уроки и даже, бывает, готовит себе еду.
— О, это я уже поняла, — улыбнулась Ди и с умилением посмотрела на мальчишку, за обе щеки уплетавшего ее фирменное блюдо: кролика, тушенного в вине. — Мэтти даже поделился со мной своими рецептами. Вам просто повезло с сыном, детектив Лонберг.
— А ему — с отцом, — вырвалось у меня.
Моя мать ничего не ответила, но я и без слов поняла ее взгляд. Мне не удалось подарить ей внуков, а она так хотела вернуть себе то чувство нужности и значимости, о котором говорил Коул.
Мне жаль, мама, хотелось ответить мне. Жаль, что у тебя такая непутевая, ни на что не годная дочь. Но ты ведь сама так любила твердить мне в детстве, что из меня ничего путного не получится…
— Да, мне повезло с сыном, — кивнул Коул, почувствовав мелодраматическую паузу, повисшую над нашим столом. — Он у меня отличный парень. Кстати, любопытно знать, чем этот парень занимался сегодня?
Мэтти оживленно принялся рассказывать о наших приключениях. К «американским горкам» Коул отнесся снисходительно, а вот моя встреча с Ричи Карлайлом разбудила в нем зверя, очень похожего на того, с которым мне довелось познакомиться утром.
— Ты встречалась с Ричи?!
Коул едва не вскочил со стула, а его глаза налились такой яростью, что мне стало не по себе. К счастью, он вспомнил, что находится в гостях, и взял себя в руки. Мне страшно было представить, что я могла услышать, окажись мы с ним наедине.
— Да, встречалась, — сухо кивнула я. — Мама позвонила Ричи и сказала ему, что я не ночевала дома. Он решил, что со мной что-то случилось. Не знаю, как ему удалось выследить меня в парке, но, по всей видимости, Ричи понял, что я нахожусь у тебя. И я, кажется, догадываюсь, кто ему подсказал. — Я метнула гневный взгляд на Ди, и та поспешила опустить глаза в тарелку. — Мы с Ричи друзья. — Я перевела не менее выразительный взгляд на Коула. — И нас ничего, кроме этого, не связывает. Хотя, конечно, меня порядочно взбесило то, что он за мной следит, пусть и из благородных побуждений.
— Хотел бы я знать, какое благородство заставило его следить за домом полицейского, — язвительно заметил Коул. — Что, по мнению твоего Ричи, могло тебе у меня угрожать?
— Откуда я знаю? — Меня начал бесить этот допрос, продолжившийся даже после того, как я подробно объяснила, в каких отношениях нахожусь с бывшим мужем. — Может, он думал, что опасность угрожает мне на улице, а не в твоем доме. И вообще, — отставив свою тарелку в сторону, бросила я, — мне надоело, что все бес покоятся обо мне, как о маленькой девочке. Со мной все в порядке, меня не надо опекать, черт возьми.
— Ют… — укоризненно покосилась на меня мать.
— Конечно, выражаться за столом куда неприличнее, чем посылать бывшего мужа дочери следить за ней, — нервно хмыкнула я.
Наши прения прервал звонок в дверь. Я вздрогнула, вспомнив, что Гарри Свидбейкер должен принести вечернюю почту. Надо сказать, тщательно перебрав утреннюю, я не обнаружила в ней никаких подозрительных писем.
Гарри, увидев, что у меня гости, вежливо отказался от моего приглашения посидеть за столом, правда успел сказать мне пару слов о своих семейных неурядицах, которые, к счастью, завершились возвращением «блудной» миссис Свидбейкер в лоно семьи.
Когда Гарри ушел, я дрожащими руками принялась перебирать почту и наткнулась на то, чего боялась и ожидала увидеть. Судя по всему, на этот раз письмо пришло не из Брэмвилля — убийца оказался гораздо хитрее, чем мы думали, — поэтому я получила его не утренней, а вечерней почтой.
— Коул, — позвала я, заглянув в гостиную, — можно украсть тебя на пару минут?
Коул, догадавшийся, зачем я прошу его выйти из гостиной, немедленно поднялся со стула. По его лицу пробежала уже знакомая мне тень тревоги и беспокойства.
Пусть лучше беспокоится обо мне, чем устраивает допросы, подумала я, все еще обиженная на его выходку. Когда Коул подошел ко мне, я протянула ему письмо.
— Это оно…
— Я понял, — кивнул Коул и принялся рассматривать конверт. — Оно отправлено не с городских почтамтов. Видно, на этот раз он решил не рисковать зря и просто бросил письмо в ящик. Значит, он что-то подозревает и боится быть пойманным. Я открою, Ют?
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
