мне Черный Пес. — Этот дом пожаловала ему Екатерина. Она лично разрешила ему соорудить этот тоннель. А то вдруг ей кофе взбрендит срочно выпить? Не подозревала, что он хочет ее отравить. Глупая, как все тетки.
Я уже собиралась возмутиться и поставить нахала на место, но тут тоннель закончился — мы оказались в громадном круглом зале с колоннами, освещенном опять же свечками, которые истекали воском в большой люстре, подвешенной к потолку.
— Это сердце Королевской Кобры — святая святых нашего Ордена, — благоговейно вымолвил Черный Пес, обводя рукой вокруг.
Сердце Кобры выглядело так же гадко, как и внутренности любой другой змеи. Колонны, опоясывающие зал по кругу, были покрыты серебристой мозаикой, напоминающей чешую пресмыкающихся. Неплохой дизайн для сумки, я бы такую купила; но в интерьере — увольте. Темно-красные стены, сходящиеся наверху в купол, были покрыты схематичными изображениями растений — с их латинскими названиями и описанием смертоносных свойств.
Я разглядела борщевик (его разлапистые соцветия-зонтики и листья-лопухи трудно с чем-то перепутать) и белену (известна своим смешным именем «свиные бобы» и коробочками с семенами, похожими на маковые; я как-то раз ляпнула, обращаясь к своей сестре: «Ты что, белены объелась?», — после чего Глафира занудничала не меньше часа, показывая мне фотографии белены в энциклопедии и убедительно доказывая, что если бы она не то что объелась, а хотя бы лизнула это растение, то у нее начались бы галлюцинации, сухость во рту, жар, учащенное сердцебиение и нарушение зрения, а ни одного из вышеперечисленных симптомов у нее не наблюдается).
И как Фридриху удалось построить такое шикарное подземное сооружение в болотистой петербургской почве? Наверняка этот подлец еще и денег у императрицы не постеснялся попросить. Небось сказал, что ему нужна секретная лаборатория для кулинарных экспериментов. Для наилучшего, так сказать, услаждения вкуса повелительницы.
В центре зала, на постаменте, стоял старинный потрепанный стул с истертой бархатной обивкой. Рядом стоял пустой пюпитр под стеклом.
Вокруг постамента полукруглыми рядами располагались еще более старые стулья, на которых сидели самые разные люди, мужчины и женщины — в деловых костюмах и байкерских косухах, в форме цвета хаки и длинных цветастых платьях; здесь были велосипедисты и художники, охранники и программисты, молодые и пожилые. Объединяло всех молитвенное, как в церкви, выражение лица, и татуировки-кобры на разных частях тела. Народ тихо переговаривался между собой, но из-за акустики было не разобрать, о чем именно.
Два сиденья в последнем ряду оставались пустыми, и мы с Черным Псом на них расположились. Наконец-то можно отдохнуть, а то ноги уже гудят, подумала я. Мистика мистикой, Ордена Орденами, кобры кобрами, а тромбофлебит, к сожалению, никто пока не отменял.
Атмосферка здесь здорово давила на психику. Даже на мою, закаленную вечерними новостями и сериалом про марокканских принцесс.
Вероятно, примерно в такой гостиной граф Дракула принимал своих приятелей-вампиров. Да уж, теперь я была бы рада вернуться на ту адскую кухню.
— Пахнет не очень, пылью и старостью, — заявила я, наклонившись к Черному Псу, который весь погрузился в свои пивные думы и лишь изредка тихо икал. — Пол какой-то грязный — его с восемнадцатого века не мыли, что ли? Хорошая влажная уборка вам тут отнюдь не помешает. И почему бы не обить вон тот стул с подлокотниками, ну который на постаменте, какой-нибудь веселенькой розовой тканью в цветочек? Бордовый уныло смотрится.
— Черт возьми, мамзель, это не стул, это трон, — раздраженно отозвался Черный Пес. — И тихо ты, не видишь? Главный Магистр уже здесь!
В зале и вправду наступила исключительная тишина, в которой отчетливо раздавалось шарканье Главного Магистра по каменным плитам пола. Видимо, он появился из дальней двери, почти сливавшейся со стенами, поскольку мимо нас с Черным Псом он точно не проходил.
Лица его было не разглядеть — Главный Магистр облачился в темно-красный балахон с капюшоном. Рост же его оставлял желать лучшего. Руководитель могущественного Ордена оказался ниже меня, а я всего-то сто шестьдесят пять сантиметров. К тому же при ходьбе он сильно сутулился и вообще еле-еле переставлял ноги.
— Он что, болеет? — шепнула я Черному Псу. — Белены объелся?
Спутник сердито от меня отмахнулся.
Главный Магистр вскарабкался на постамент, затем на стул — все почтительно наблюдали за его неловкими, неуверенными, слабыми движениями. Устроился поудобнее — и заговорил:
— Рахе, Кобры! — послышался из-под капюшона скрипучий голос, за которым, впрочем, чувствовалась недюжинная сила. — Да свершится месть!
— Рахе, Магистр! — хором отозвались собравшиеся. — Да свершится месть!
Главный Магистр поднял узловатую руку и откинул капюшон.
— Батюшки-светы! — охнула я.
Глава 16
Не понимаю, зачем нужны смартфоны. Весь этот ажиотаж вокруг умных гаджетов меня просто удивляет. И возмущает, конечно. Налицо тлетворное влияние Запада. Телефон нужен чтобы по нему звонить, а не чтобы тыкать в него пальцами и рыться в интернете, впустую тратя время на просмотр видеороликов с говорящими собаками и танцующими китайцами.
Наша директриса хорошенько бы отругала Стива Джобса, про которого в новостях все уши прожужжали, приди он к нам в школу устраиваться на работу, скажем, учителем информатики. Выбранила бы его, пропесочила как сидорову козу.
— Знаете что, мой милый, — сказал бы она ему. — Вот разве могу я подпустить вас к ученикам? Могу я позволить вам воспитывать идеалы у подрастающего поколения? Ведь вы же, вместо того, чтобы в соответствии с федеральными стандартами образования орать на молодежь во всю глотку и силой отнимать гаджеты на уроке, — вы, чего доброго, еще и дадите им какое-нибудь задание выполнить на телефоне. И потом, мой милый, что это за форма одежды? Что это за неуместная черная водолазка? Вы что это думаете, наше образование случайно считается самым лучшим в мире? Нет, мой милый, не случайно! А в том числе и благодаря достойному внешнему виду наших учителей. А ваша, с позволения сказать, закрытая кофточка наводит на нехорошие мысли. Вы что-то скрываете? А если к нам комиссия из РОНО придет? Что скажет Валентина Петровна, заведующая отделом образования Фрунзенского района? Об этом вы подумали, мой милый, а? Вижу, что нет! Как вы будете оправдываться перед Валентиной Петровной?
Хотя, наверное, после основательного разноса она все же взяла бы его в штат: зарплата в один доллар — это серьезный аргумент.
Словом, ко всякой новомодной технике мы с директрисой всегда относились враждебно.
Степочка иногда корит меня за мою техническую отсталость — сам-то он увлекается гаджетами, как он там без них в «Крестах»? Надеюсь, хотя бы телевизор у него в камере работает; надо будет уточнить у Володи. Но несмотря на беспрестанные уговоры сыночка, я не соглашаюсь
