Читаем без скачивания Мать. Вопросы и ответы 1956 г. - Мать

Я знаю, что говорила; я говорила на каком-то языке, но сейчас я ничего не помню. Имя Аменхотеп я запомнила, потому что оно известно мне в активном сознании. Но ничего из остальных звуков в нём не осталось. У меня нет памяти на звуки.

Я знаю, что была его матерью; в тот момент я уже знала, кто я, потому что знаю, что Аменхотеп был сыном известных лиц (впрочем, я справлялась с историей). Со всем остальным – никакой связи, полный провал в памяти.

Я всегда восхищаюсь медиумами (в большинстве своём это совсем простые люди), у которых точная память на звуки, которые могут вам сказать: «Я говорил так-то и так-то». Подобным образом можно составить соответствующую фонетическую нотацию. Если бы я помнила звуки, которые произносила, мы бы располагали такой нотацией, но в памяти ничего не осталось.

Я помню ту беседу; у меня тогда внезапно возникла мысль о том, как было бы интересно услышать этот язык, а потом мне стало любопытно, как было открыто произношение. К тому же нужно учитывать, что все те имена древней истории, которые мы учили, когда были детьми, сегодня изменились. Учёные говорят, что открыли произношение, или, по крайней мере, претендуют на это. Но собственно мне о звуках того языка ничего неизвестно.

То же можно сказать и о древнем Вавилоне: у меня в высшей степени точные воспоминания о нём, вполне объективные, но звуков его языка я не помню, помню только ментальный перевод слов, которые произносила.

У меня нет памяти на звуки.

Мне было интересно узнать, откуда взялись твои вопросы.

Да, дело именно в том, что я осознаю, что у меня нет памяти на звуки. Есть люди, у которых она есть, у меня её нет. Поэтому мне было интересно узнать о произношении. Во всех остальных отношениях я всегда умела (когда что-либо из прошлого представлялось мне сомнительным, интересным или неполным), я всегда находила способ вернуть в своё сознание всё, что мне было нужно. Но не звуки. Процесс восстановления прошлого является как состояние сознания, которое получает ментальный перевод эпизода из прошлого словами, которые мне известны. Так что с точки зрения нашей темы здесь нет ничего интересного.

Даже когда я сейчас исполняла музыку, ряд звуков, полученный моей памятью, был неточен и неполон. В памяти были звуки, которые я услышала в «источнике музыки» (жест по направлению вверх), и при материальном музыкальном воспроизведении некоторого набора из этих звуков я узнавала их, но в этом исполнении отсутствовала та точность, которая позволяла бы мне воспроизводить звук голосом или инструментом с полной определённостью. Этого у меня нет, этого мне не хватает. В то время, как память глаз была… поразительна. Если что-то было увидено однажды, то – всё, не забывается уже никогда.

Уже не раз, как и в этом случае, в видениях – «видениях», на самом деле в восстановленных в памяти воспоминаниях я говорила на языке той эпохи, я слышала, как говорю, но звуков в памяти не осталось. Смысл того, что я говорила, остался, а звуки нет.

Жаль.

30 мая 1956 г.

«В занятиях наукой, целью которой является обретение знания, цель йогина должна состоять в том, чтобы открыть и понять действия Божественной Энергии-Сознания в человеке, животных, предметах и силах, распознать значение и смысл ее творений, способы осуществления ее таинств, постичь символы, которые она использует для формирования проявленного мира».

Я уже говорила вам, объясняла, что внешние формы физического мира, если рассматривать их не с одной лишь наружной стороны, в себе и для себя, а как отражение более глубокой и основательной реальности, все эти формы (как и все обстоятельства и все события) становятся символами Силы, стоящей за ними и использующей их для своего самовыражения. Нет ни одного обстоятельства, ни одной формы, действия, движения, которые не являлись бы символами более глубокого содержания, которое стоит за ними и должно при естественном ходе вещей выступать движителем всякого действия.

В определённом состоянии сознания любое слово, жест, действие есть выражение реальности более глубокой или высокой, долговечной, более близкой к сути бытия, к его истине; и как скоро вы увидели и почувствовали это, всякая вещь обретает значение, становится яснее, каково должно быть устроение, порядок вещей, чтобы более глубокая истина смогла найти в нём лучшее самовыражение.

«В искусствах цель йогина должна сводиться не просто к эстетическому, ментальному или витальному наслаждению и удовлетворению, но состоять в том, чтобы, видя Божественное повсюду, поклоняясь ему и в благоговении стараясь раскрыть смысл его трудов, выражать это Единое Божественное, присутствующее в богах, людях, живых созданиях и неодушевленных предметах».

Как можно «выразить это Единое Божественное»?

Всё зависит от того, что именно вы хотите выразить. Предметом могут служить, как сказано в отрывке, боги, люди или неодушевленные объекты.

Рисует ли человек картину, сочиняет ли музыку, пишет ли стихи, каждый делает это по-своему. У каждого художника, каждого музыканта, каждого поэта, каждого скульптора есть или должна быть личная, единственная в своём роде связь с Божественным; средствами своего ремесла, искусства, которым он овладел, он должен выразить эту связь ему одному присущим образом, своими словами, своими красками. Не ограничиваясь одним лишь копированием внешних форм физического материала Природы, он воспринимает и использует их как одеяние другого содержания, а именно своих отношений с более глубокой реальностью, которая стоит за всем внешним, пытаясь представить его формы таким образом, чтобы они отражали эту реальность. Не замыкаясь в рамках простого подражания, он стремится заставить говорить изображаемое внешнее так, чтобы оно выражало то, что пребывает за ним; в этом и состоит различие между живым искусством и плоским копированием Природы.

Мать держит в руке и разглядывает цветок под названием плюмерия золотистая (Michelia champaka).

Присматривались к этому цветку?

У него двенадцать лепестков, расположенных в три ряда по четыре лепестка в каждом.

Мы назвали его «Супраментальным Психологическим Совершенством».

Я сначала не замечала этого его строения в три ряда: первый ряд самый мелкий, потом покрупнее и ещё крупнее. Они идут от центра один за другим по четыре лепестка каждый: четыре лепестка, четыре лепестка, четыре лепестка.

Если вы хотите увидеть пример символического выражения высокого содержания в формах Природы, то можете отождествить центр цветка с высшей Истиной, а три ряда лепестков – с тройственным проявлением (поскольку число четыре означает проявление) в трёх возвышающихся друг над другом мирах: самый внешний ряд (самые большие лепестки и самые светлые) – это физический мир, потом следуют витальный и ментальный миры и, наконец, в середине – супраментальная Истина.

Вы можете обнаружить и другие сходные аналогии самого разного рода.

Есть ещё вопросы?

Милая Мать, здесь Шри Ауробиндо пишет по поводу различия в действиях:

«Йога, устремленная к всеобъемлющей реализации Всевышнего, не может обходить вниманием ни одно из деяний и даже ни одну из грез (если это и в самом деле грезы) Космического Духа или уклоняться от того величественного, хотя и нелегкого, труда и многогранного триумфа, которые он предназначил себе осуществить в человеческом создании. Но для достижения столь всеохватного подхода, в первую очередь, необходимо, чтобы наши действия в мире также были частью жертвы, приносимой Высочайшему и никому другому, Божественной Шакти и никакой другой Силе, и совершаемой в правильном духе и с истинным знанием человеком, который является свободной душой, а не загипнотизированным рабом материальной Природы. Если и нужно провести какое-то различие в действиях, то между теми действиями, что ближе всего к священному пламени в глубине сердца, и теми, что менее всего затронуты или озарены им, поскольку находятся дальше от него; что можно сравнить с разницей в возгорании сухих поленьев, которые воспламеняются с лёгкостью и образуют яркий и сильный костер, и тяжелых сырых дров, которые, если их сложить на алтарь большой грудой, могут загасить огонь».

Чему соответствует психологически это различие в нашей жизни?

Я думаю, что для каждого оно своё. Поэтому каждый человек должен определить для себя те виды деятельности, которые усиливают его стремление, развивают сознание, углубляют знание, и те, что, напротив, вынуждают его действовать чисто механически и низводят его отношения с предметом его занятий исключительно на материальный уровень.