Читаем без скачивания Сокращенный вариант - Эллен Полл

— Добро пожаловать в «Кэндлуик», — пригласила их хозяйка этого скромного заведения и, после того как гости представились, добавила: — Зовите меня Каролиной.

Она подошла поближе и попыталась взять у Мюррея чемоданы. Последовала короткая схватка, которую Мюррей проиграл. Хозяйка постоялого двора положила багаж на нижнюю ступеньку левого лестничного марша, потом сосредоточила внимание на снимании с гостей пальто и шляп.

— Ух ты! Я и не догадывалась, что вы вдвоем, — заметила она, возвращаясь к ним после того, как спрятала верхнюю одежду где-то за пределами вестибюля. — Черт, мне очень жаль. В единственном свободном номере двухъярусная кровать. Конечно, если это слишком неудобно, вы могли бы расположиться в моей комнате. Ложе там поистине королевское.

И посмотрела по очереди на каждого из своих гостей.

— Входите, я только что разожгла камин, — нарушила она возникшее молчание. — Посидите, согрейтесь.

Каролина повела их по коридору со сводчатым потолком между обеими лестницами. Джульет и Мюррей едва успели переглянуться, как оказались в огромной столовой, украшенной колоннами. В дальнем конце комнаты полыхало пламя в огромном, в человеческий рост, камине. У камина стояли две кушетки, одна — обшитая потрескавшейся кожей, другая — древней парчой. В другой стороне комнаты стоял обеденный стол длиною футов в шестнадцать и складывающиеся металлические стулья. Зал был отделан деревом. Колонны, тоже деревянные, украшены венками резных дубовых листьев и желудей.

Каролина снова улыбнулась.

— Изумительно, правда?

Она показала им рукой на кушетки у камина.

— Что вам принести? Горячий шоколад, кофе по-ирландски или, может быть, пиво? Или вам хотелось бы посмотреть ваш номер?

При повторном упоминании этого существительного в единственном числе Мюррей и Джульет снова посмотрели друг на друга. По пути они говорили о возможности того, что в гостинице может не оказаться второй комнаты, и о том, что Мюррей в этом случае мог бы остановиться в «Холидей-инн» в Джонстауне или в мотеле «Адирондак», мрачное здание которого они видели, направляясь в Гловерсвилл. Вместе с тем по какой-то причине никто из них не поправил Каролину. Вместо этого они сели на кушетки напротив друг друга и дружно уставились на огонь.

— Пиво было бы прекрасно, — ответил Мюррей, — если это вас не затруднит.

Каролина ответила, что не затруднит, приняла от Джульет заказ на горячий шоколад и исчезла за дверью, открывающейся в обе стороны, которая находилась в дальней стене помещения!

Сейчас было бы удобно обсудить проблему ночлега, подумала Джульет, глядя на огонь словно завороженная. Замерзшая и напряженная после нескольких часов, проведенных в доме Ады, она словно бы начала оттаивать. Она выбрала кожаную кушетку, которая выглядела страшно потертой, но оказалась на удивление мягкой и удобной. Сколько же времени прошло с тех пор, когда она спала на двухъярусных кроватях? Наверное, она их даже не видела со времени проживания в студенческом общежитии колледжа.

Воспоминания о той койке, о той комнате заставило ее снова взглянуть на Мюррея; тот спал с ее соседкой, Моной, на двухъярусной койке. Они учились на втором курсе. Ее, Джульет, кровать в том давнишнем общежитии тоже была двухъярусной. Мюррей тоже смотрел на огонь словно загипнотизированный. Тогда, в колледже, Джульет приходилось покидать комнату настолько, насколько хватало терпения, а порой даже ложиться спать в спальне подруги на полу на матраце, чтобы дать Мюррею и Моне возможность побыть наедине. Она вдруг увидела его темноволосую голову на подушке Моны.

Огонь потрескивал. Она молчала, молчал и он.

Каролина притопала обратно с подносом в руках, подала Мюррею пиво, сама села рядом с Джульет.

— О черт, где вы запарковали свою машину? — вдруг спросила она, чуть не вскочив.

— В самом конце вашей подъездной дорожки.

— Фу, — Каролина села обратно. — Вы просто не поверите, как меня ненавидят соседи. На улицах этого микрорайона машины ставить запрещено, и если они увидят, что ваш автомобиль стоит у бордюрного камня на улице, тотчас вызовут копов.

Джульет поймала быстрый изучающий взгляд Мюррея, который тот бросил на нее. Их глаза на долю секунды встретились, и он — коп — снова принялся смотреть на огонь. Но в его взгляде было достаточно чего-то такого, отчего ее щеки вспыхнули.

— За что они вас ненавидят? — спросила Джульет, переведя взгляд на хозяйку в надежде, что ей удастся найти тему, которая не заставляла бы ее краснеть.

Что же касается Мюррея, то всякий раз, когда она смотрела на него, мужчина, казалось, был поглощен какими-то своими мыслями и внимательным рассматриванием огня. И все же время от времени Джульет чувствовала на себе его быстрые взгляды.

Каролина рассказала им историю дома и общины, частью которой он являлся. По ее словам, почти вес ее соседи спали и видели особняк Кормьеров снесенным. В самом деле, в течение долгого времени развалюха оскорбляла их взоры, и это им надоело до чертиков. Поэтому они пережили разочарование, когда явилась Каролина и спасла дом.

— Я хочу сказать, их не то раздражает, что дом спас кто-то вообще, а потому что это была именно я. Потому что я местная жительница, у которой нет денег. Мне приходится восстанавливать дом по частям. Оба были бы не против, чтобы кто-нибудь, может быть, подобный вам, пришел и вложил в это место миллион зеленых, понимаете? И потом, для того, чтобы заработать необходимые средства, я превратила дом в постоялый двор. Ну так вот, они все прямо-таки ополчились против меня, — продолжала Каролина. — Хотя у меня всего четыре гостевых номера, а сейчас вообще один, потому что два до сих пор не переоборудованы, а в третьем я перестилаю полы.

Теперь Джульет с Мюрреем переглянулись, не скрывая этого. Оба, разумеется, предположили, что прочие номера занимали другие постояльцы. И им потребовалось некоторое время на то, чтобы освоиться с новой ситуацией. Потом Мюррей улыбнулся. Улыбнулась и Джульет.

— Никто из них не может поверить в то, что закон, определяющий правила хозяйственной деятельности в данной местности, позволяет мне иметь свой маленький бизнес, — продолжала Каролина, — но он позволяет, и им это очень не нравится. Я никогда не приняла бы в качестве постояльцев каких-нибудь хулиганов или крутых парней. Я хочу сказать, это мой дом, я здесь живу, понимаете? И я больше, чем кто-либо, заинтересована держать все под контролем, так?

Она сделала паузу, чтобы отхлебнуть глоток пива, которое принесла для себя.

— Но все с ума посходили. Я хочу сказать, ведь это прекрасный дом. Им нужно радоваться, что я спасла его. Лучше бы помогли мне извлечь выгоду, я бы привела его в порядок. Наш город предоставлен аутсайдерам, людям из Олбани или Нью-Йорка, откуда угодно. Вы просто не поверите, на что только не способен этот город, лишь бы поощрить учреждение здесь предприятий-аутсайдеров! Знаете, здесь есть корпорация экономического развития, и все, чем там занимаются, — предоставляют льготы по налогам, разрешают отклонение уровней шумов от нормативных, разрешают нарушение существующих в данной зоне правил хозяйствования, организуют обучение рабочим специальностям. И бог его знает, чем еще — все для того, чтобы уговорить фирмы-аутсайдеры учредить здесь свои филиалы. Я не хочу сказать, что этого делать не стоит. Стоит. Людям нужны рабочие места, они нужны всем нам.

Джульет снова почувствовала взгляд Мюррея. Некоторое время она сидела смирно, позволяя ему разглядывать себя, смутно осознавая, как учащается ее дыхание. Потом повернулась в его сторону. Он с притворной застенчивостью созерцал пламя в камине.

— Но волнует ли моих соседей то, что произойдет с домом? Ни хрена, извините, им наплевать, если мой дом окончательно погибнет, — продолжала тем временем Каролина. — Нет. Они будут только довольны. Не было ни души, никого, кто купил бы этот дом за любую цену. Он здесь просто стоял и разваливался, хотя был самым красивым домом в городке. Им это безразлично. — Ее чистый, приятный голос чуть-чуть погрубел. — Если мой гость паркует свою машину на улице, если я не подстригаю газон, если я выставляю мусор днем раньше, потому что меня не будет дома, — что бы я ни сделала, они всегда находят причину для того, чтобы натравить на меня копов. И все это потому, что однажды у меня, возможно — если мне повезет, — будет четыре посторонних человека, которые здесь остановятся на ночлег, и пять машин, оставленных на подъездной дорожке к моему дому!

Джульет рассеянно кивнула, как бы одобряя ее. Она была уверена, что Каролина рассказывает им далеко не все. Но ей было легко представить себе, что некоторые ближайшие к постоялому двору домовладельцы хотели бы, чтобы его здесь не было. Она и сама удивлялась, каким образом получаемая время от времени плата за номер могла удерживать на плаву подобное хозяйство. Потом до нее дошло: коль скоро «Кэндлуик» является коммерческим предприятием, Каролина может претендовать на то, чтобы содержание дома и вносимые в него усовершенствования считались расходами предпринимателя при исчислении налогов.