оба камня соприкоснулись, и в короткой, но очень яркой вспышке, они пропали прямо из рук.
— Фантастика, — протянул я, воодушевленный таким представлением. — А остальные одаренные тоже их используют?
— Вряд ли, — пожала плечами Алиса. — Мы постоянно находим несоединенные пары. Так скажем, людишки не понимают назначения и не берут их или просто складывают в общий мешок, оставляя его на потом. Мы не раз находили в заброшенных ночлежках эти камни. Сам должен понимать, когда человек сталкивается с чем-то непонятным, он пытается это игнорировать.
— Ага, скажи апокалипсису за окном, — парировал я.
— Постапокалипсису, — не согласилась Алиса. — Мы уже переживаем последствия апокалипсиса. Апокалипсис был в момент вспышки. Конечно же, короткой. Сейчас уже итог, который не меняется.
Мне оставалось лишь покорно кивнуть в знак согласия. После чего мы вышли из магазина, осмотрелись и поплелись по улице, огибая школу между многоэтажками.
Но именно там нам было суждено встретиться с другими. Другими красноглазыми.
Сначала, пройдя первые три девятиэтажных дома, с большим количеством подъездов, я услышал звук открывающегося окна. После Алиса определила, что окно открывали где-то впереди, так как заметила отблеск стекла от ночного «алого» неба, и уже после того, как к красноглазым девицам, через пятьдесят метров вышло двое таких же… красноглазых, начался зародыш конфликта.
Красноглазые были самыми обычными на первый взгляд людьми. Только, ну, с красными глазами. За спинами не было сумок или оружия, но одежда на руках была в кровавых следах, если, конечно, на них не было дизайнерской одежды,
Они коротко представились, игнорируя меня, а затем, когда пришла очередь моей личности, предложили разделить добычу, куда бы девушки ее ни вели. Но не тут-то было.
— Он с нами и не является добычей, — парировала Алиса, показывая жест рукой, чтобы одаренные свалили с пути. — Он — задание, которое мы обязаны выполнить.
— У нас тоже задание, — пожал плечами, вроде бы, Виктор. Высокий мужчина с лысой головой и худощавым телом. — Убить еще десять одаренных. Считай, если кокнем этого, то останется девять.
— Это идет вразрез с нашим заданием, — покачала головой Света, выпуская когти. — Ребятишки, брысь с дороги, не мешайте взрослым развиваться.
Больше, к слову, никто из «моих» ничего не сказал. Обстановка накалилась за секунду и превратилась в побоище. Один из противников перед тем, как ударить такой же когтистой рукой, какая была у девушек, промямлил, мол: «Они же тоже одаренные, хоть и такие, как мы… должны засчитать!»
И понеслось!
Противники не стали особо церемониться со мной. Я был основной целью, поэтому ринулись сразу же на меня. Выставляя перед собой тесак, который я не убирал в рюкзак, а просунул в резинку трусов, аки в ножны, попытался увернуться от первого выпада. Но вместо этого получил удар сбоку.
Противников оказалось трое. По лицу прошлась пара когтистых лап, оставляя ощущение жжения и поступившую кровь, а затем потасовка переросла в сплетение мужских и женских тел, пытающихся разорвать друг друга на мелкие кусочки.
* * *
— Глянь-ка, — толстяк с биноклем перед лицом все не унимался. Всматривался в эту странную компанию. — Они нашли других красноглазых.
Его товарищ по несчастью тоже приставил к глазам это чудо техники, внимательно всматриваясь на шестерку одаренных чуть поодаль от их точки обзора.
— Это местные красноглазки, вчера распяли на машине троих выживших.
— А, группа б, или как там мы их назвали…
— Антихристами, — гаркнул за их спинами юноша. — Мы их собирались устранить завтра, если вы помните. Трое мужиков и одна женщина, которая почти не высовывается.
— Самка на троих, — хмыкнул толстяк. — Ладно, сейчас не лезем, но будет хорошо, если эта странная троица зачистит гнездо вместо нас. Уж больно неприятно с ним сражаться, хитрые, сволочи, и когтистые.
* * *
Я сделал первый удар! Сделал! И попал!
Пятерня, тянущаяся к моему лицу, была отсечена разом. С размаху! Красноглазый, который все это время был где-то поодаль от нас и вцепился в меня, как только его подельники начали бойню, взвыл от боли. Но тем не менее, драться не прекратил. Его озлобленное лицо было слишком диким, и, видимо, за такие звериные оскалы их «обычные» и прозвали одержимыми.
Ибо с таким лицом в гости к соседям не ходят.
Алиса сместилась чуть ко мне. Перенося драку со своим оппонентом на безопасную дистанцию. И мне хватило одного беглого взгляда, чтобы оценить масштаб ее ран. Куртка изодрана, на груди кровь, штаны ободраны, и, кажется, она прихрамывала. А вот противник, который пер на нее дальше, наоборот, улыбался и не имел травм.
Дело, так скажем, выходило не самым лучшим образом. Тогда как Светлана была единственной из нас, у кого дела обстояли чуть лучше, уже содрала пол-лица с противника, метнулась и ударила со спины одаренного, с кем сражалась Алиса.
В общих чертах мы, пока что, выигрывали. Противники имели уже двух покалеченных, не могли сражаться в полную силу, чем… вероломно воспользовался я. Нападая на обескураженного «Алисиного» противника. Рубя прямо по лицу.
Визг, сопли, крики сопровождали мой удар. Хоть для меня подобное было дикостью, система ловко прикрыла мою человечность своей стеной. И я не испытывал ни жалости, ни сострадания к красноглазому, в лице которого, застряло мое оружие.
Еще секунда, и я выдернул его, чтобы обкромсать калеку без пальцев на правой руке. И ещё полминуты, чтобы Света умертвила своего противника.
Дальше все закончилось слишком быстро. Алиса в бой больше не вступала, поэтому Света убила двоих, когда я совершил свое первое… преступление против человечества. Если так можно было сказать.
Собственноручное, даже.
— Ей на восстановление нужно пару часов, — отрапортовала Света, позволяя Алисе опереться на себя. — Так что поход к центру растягивается.
— У нас еще вся ночь впереди, — согласился я. — Можем пойти туда, откуда они пришли.
— Окно шестого этажа, — сказала Алиса. — А подъезд вы и сами видели.
* * *
Подъезд многоквартирного дома был завален личными вещами и предметами мебели. Словно целым подъездом люди отбивались от орды мертвых и мутантов. Но, если судить по тому, что трупов здесь не было, кто-то изрядно зачистил эту местность. Или же, что было маловероятно, никакой бойни здесь не было.
Поднимаясь медленно по лестнице, я встречал только закрытые проходы с лестничных площадок к квартирам. Где-то забитые изнутри, а где-то и снаружи. К слову,
