Вот почему он вел себя как настоящий хрен с Эдди. Он думал, что кто-то другой, кроме него, может хотеть меня. Может, в наших отношениях он страдал галлюцинациями, а не я?
- Малыш, я очень польщена тем, что ты считаешь меня такой привлекательной. Однако, как бы мило ты не выглядел, когда ревнуешь меня, я могу тебя заверить, что Эдди для меня только как брат. Единственный мужчина, которого я хочу не с братскими намерениями это ты. Если он и смотрит на меня с любовью, это только потому, что он знает меня с тех пор, как я носила памперсы. Из нас двоих только у тебя за спиной гарем женщин. Я могла бы становиться ревнивой сукой каждый раз, как только ты оставляешь меня и сразу становишься центром внимания толпы женщин – фанатов. Я не буду флиртовать…обещаю. Иди и произнеси свою речь. Я люблю тебя.
Он улыбнулся и поцеловал меня в макушку, прежде, чем пойти с Дженной к подиуму, где до сих пор играла группа. Даже красавцы-миллионеры иногда чувствуют себя неуверенно, как мы только что выяснили. Я знала, что мне нужно объясниться с Сарой и Эдди, которые, должно быть, думали, что я встречаюсь с психопатом.
- Раньше у него никогда не было девушки. Обычно он очень милый. Эдди, прости за то, что тебе пришлось столкнуться с этим монстром.
- Не беспокойся, Эмма. Если эта человекоподобная обезьяна делает тебя счастливой, все в порядке. Я в любом случае не понимаю, что девушки в нем находят.
Мы с Сарой засмеялись. Сара смерила меня знающим взглядом. Льюис был великолепной человекоподобной обезьяной. Он был притягательным по стольким уровням, что комментарий Эдди можно было считать историческим событием.
- Я постараюсь уговорить Льюиса прийти со мной к тебе на день Рождения. Если у нас были планы, я постараюсь убедить его изменить их, - пообещала я Эдди, прежде чем попрощалась с ними в этот прекрасный день.
Часом позже, я отправилась искать своего мужчину, прежде, чем он осознает, что может завладеть вниманием любой женщины в округе. Я нашла его поедающим хот доги и смеющимся с Майком и моим отцом. Он казался таким домашним. Я пыталась представить себе, каково это было бы, если бы он был по-настоящему моим. Я пожирала его взглядом, когда он заметил, как я пялилась на него. Он наградил меня ухмылкой, приподняв одну бровь, которая сказала все за него. Мы еще не до конца испробовали все в наших отношениях, но в нашем сознании мы занимались любовью бесчисленное множество раз.
Я подошла к своим самым любимым мужчинам, наслаждаясь тем, как легко они нашли подход друг к другу. Когда я приблизилась, я поцеловала своего отца в щеку, и крепко обняла Майка. Льюис просто стоял и ждал, когда до него дойдет очередь. Я не хотела показаться неуважительной перед моим отцом и Майком, так что я просто встала рядом с ним и обвила его руками. Он посмотрел на меня сверху вниз с такой любовью, что у меня внутри все перевернулось. Этот нежный знающий взгляд останется со мной до конца времен. Когда наши взгляды пересекались, весь мир переставал существовать.
- Мы не делали этого весь обратный путь до Сохо. Если я не попробую тебя в скором времени, у моего тела будет шок. Предлагаю посетить Plaza[знаменитый отель в Нью-Йорке – прим. переводчика] и оценить все их удобства, - прошептал он мне на ухо.
Я не могла дождаться, когда смогу заполучить его в свое личное пользование после этого долгого дня. Я сжала его руку, и это был весь ответ, который был ему необходим.
Глава 17
Пусть будет мир…
Эту драму между Льюисом и Эдди необходимо было прекратить. Я организовала для всех нас ланч до вечеринки по случаю дня Рождения Эдди, которая должна была состояться через несколько дней. Я не собиралась позволять Льюису отговорить меня от похода на вечеринку к своему хорошему другу. Также как у меня не было желания идти туда без моего парня. Я хотела, чтобы Льюис и Эдди прижились друг к другу. У них не было никаких причин, чтобы не вести себя друг с другом хотя бы пристойно, если не дружелюбно. Я сделала все, что было в моих силах, чтобы убедиться, что Льюис был в хорошем настроении перед началом нашего рандеву в тот вечер.
Было лето, и Льюис уверял меня, что это абсолютно нормально для него ходить на работу каждый день поздно вечером, так как они всегда работали именно так в течение летних месяцев. Он действительно проводил каждую секунду своего времени со мной. Мне нравилось, что он каждое утро заезжал за мной домой, чтобы мы могли позавтракать вместе. В тот день, он привез нас к нему домой на кофе с круассанами. Мы завтракали на стеклянном балконе, находящемся рядом с кухней. Это был наш собственный зеленый островок на балконе с видом на Сохо.
- Что ты запланировал для нас на сегодня… любимый? – Льюису нравилось, когда я называла его так вслух. Мы сидели напротив друг друга, наслаждаясь видом. Он взял мою ногу под столом и положил ее на свое бедро. Он снял мои сланцы и начал мастерски массировать ступни.
- Я подумывал о том, чтобы слетать на остров Род во время ланча и расслабиться на пляже. Я успею вернуть тебя домой до полуночи.
- Мы не можем уехать из города. Я забронировала нам столик в “I TreMerli” на ланч с Эдди и Мишель. Ты забыл об этом?
- Детка, я никогда ничего не забываю. Я предлагаю не идти туда и вместо этого полететь на остров Род. Позвони ему и скажи что-нибудь утешающее, - сказал он с озорной улыбкой, поместив мою ногу прямо напротив своей напряженной, растущей эрекции. Я не собиралась позволять ему использовать такие уловки с пошлыми намеками.
- Как насчет того, чтобы отправиться на остров в другой день, а сегодня, вместо того, чтобы идти на пляж, мы примем расслабляющую ванну вместе перед ланчем. Звучит мило, не правда ли?
- Мило? Ты и я, раздетые, в воде, это обещает быть гораздо лучше, чем просто милым и абсолютно точно не расслабляюще. Мне придется заняться всеми видами медитации, которые я только знаю, чтобы удержать свой член подальше от твоей влажной киски.
- Показывай дорогу, я готова к не очень милой и не очень расслабляющей ванне с моим сексуальным парнем.
Мы оба были в отличном настроении, направляясь на шестой этаж в королевскую ванну. Ванная комната Льюиса была также сексуальна, как и этот мужчина. Комната была огромной, в центре стоял стеклянный душ цилиндрической формы, в который с легкостью могли уместиться десять человек. Моей любимой частью этой комнаты была встроенная в пол ванна у окна, с фонтаном, вода из которого каскадами спадала с потолка. Каждый дюйм этой комнаты был покрыт плиткой из черного гранита, отливающего голубым цветом. Льюис как-то сказал мне, что этот гранит назывался «голубые глаза», и каждый раз, когда он заходил в ванную, он думал обо мне и моих глазах.
