Читаем без скачивания Встреча выпускников - Дороти Сэйерс

— Да, абсолютно верно. Конечно. Мне действительно очень жаль, что я была столь беспечна. Джентльмен уже ушёл, так что больше вас ничто не разбудит.

Эмили, казалось, была в сомнениях. Она была из тех людей, которые никогда не чувствуют, что что-то сказали, пока не повторили это трижды. Она остановилась в начале лестницы, чтобы рассказать всё ещё раз. Харриет нетерпеливо слушала, думая о мистере Помфрете, преющем в часовне. Наконец она избавилась от скаута и отправилась назад.

«Как всё усложняется, — думала Харриет, — глупая ситуация, настоящий фарс. Эмили думает, что поймала студентку. Я думаю, что поймала полтергейста. Мы ловим друг друга. Юный Помфрет спрятан в часовне. Он думает, что я любезно защищаю его и Кэттермоул. Тщательно спрятав Помфрета, я подтверждаю, что он прав. Но если полтергейстом была Эмили, — а возможно, так и есть, — я не имею права просить Помфрета преследовать её. Такая слежка вообще привела бы к скандалу».

Она открыла дверь часовни. Притвор был пуст.

— Чёрт! — непочтительно сказала Харриет. — Этот идиот исчез. Хотя, возможно, он вошёл внутрь.

Она заглянула через внутреннюю дверь и облегчённо вздохнула, увидев тёмную фигуру, слабо вырисовывающуюся на фоне бледного дуба скамеек. Затем, с внезапным ужасом, она увидела вторую тёмную фигуру, которая, казалось, висела в воздушном пространстве.

— Алло! — сказала Харриет. — В тонком свете южных окон она увидела вспышку белой манишки, когда мистер Помфрет повернулся. — Это всего лишь я. Что это?

Она достала из сумочки фонарик и опрометчиво включила его. Луч осветил зловещую фигуру, висящую над скамьями. Фигура медленно покачивалась в одну и другую сторону и одновременно поворачивалась. Харриет бросилась вперед.

— Больное воображение у этих девушек, да? — произнёс мистер Помфрет.

Харриет пристально разглядывала шапочку магистра и мантию, накинутую на платье и маленькую подушку, тонким шнуром привязанную к одному из выступов, которыми архитектор украсил навес.

— Хлебный нож проткнут через живот, — продолжил мистер Помфрет. — Дал мне настоящую встряску, как сказала бы моя тётя. Вы поймали эту молодую женщину…?

— Нет. Она была здесь?

— О, несомненно, — сказал мистер Помфрет. — Понимаете, я подумал, что стоит пройти немного поглубже. И я вошёл. Затем я увидел это. Тогда я прошёл вперед, чтобы всё рассмотреть и услышал, как кто-то выходит через другую дверь вон там.

Он неопределенно указал на северную сторону здания, в которой имелась дверь в ризницу. Харриет бросилась туда. Дверь была открыта, а внешняя дверь ризницы, хотя и закрыта, но не заперта. Харриет прислушалась. Всё было тихо.

— Провались они все со своими развлечениями, — возвратившись, сказала Харриет. — Нет, я не встретила леди. Она, должно быть, ускользнула, пока я уводила Эмили к Новому дворику. Не везёт мне! — Последние слова она произнесла шёпотом. Действительно, было крайне обидно быть совсем рядом с полтергейстом и быть отвлечённой Эмили. Она снова подошла к кукле и увидела, что к её центру хлебным ножом была приколота бумага.

— Цитата из классики, — беззаботно произнёс мистер Помфрет. — Похоже, у кого-то большой зуб на ваших донов.

— Глупые молодые дурочки! — сказала Харриет. — Хотя, если взглянуть на результат, довольно внушительно. Если бы мы этого не нашли, то завтра, когда все собрались бы на молитву, это стало бы настоящей бомбой. Нужно провести небольшое расследование. Хорошо, теперь самое время вам спокойно отправляться домой и не высовывать носа для  вашей же пользы.

Она проводила его к задней двери и выпустила наружу.

— Между прочим, мистер Помфрет, я была бы вам очень признательна, если бы вы не говорили про эту выходку кому бы то ни было. Это не было бы признаком хорошего тона. Долг платежом красен.

— Совершенно справедливо, — ответил мистер Помфрет. — И, скажите, могу я прийти завтра, то есть уже сегодня, утром… и справиться?.. Всё в лучшем виде. Когда вы будете свободны? Пожалуйста!

— Никаких утренних визитов, — быстро сказала Харриет. — Я не знаю, что я буду делать днём. Но всегда можно спросить.

— О, можно? Превосходно. Я зайду, и, если вас не окажется, я оставлю записку. Я имею в виду, вы должны зайти на чай, коктейль или что-нибудь ещё. И я честно обещаю, что случившееся никогда не повторится, насколько это будет зависеть от меня.

— Хорошо. Между прочим, когда мисс Кэттермоул пришла к вашему другу?

— Думаю, около половины десятого. Не совсем уверен. А в чём дело?

— Я только задала себе вопрос, осталось ли её имя в книге у швейцара. Но я за этим прослежу. Доброй ночи.

— Доброй ночи, — сказал мистер Помфрет, — и огромное спасибо.

Харриет закрыла за ним дверь и возвратилась через дворик, чувствуя, что из всего этого утомительного и абсурдного происшествия можно сделать совершенно определенный вывод. Кукла едва ли была повешена до 9:30, поэтому совершенно безумное поведение мисс Кэттермоул дало ей неопровержимое алиби. Харриет была настолько благодарна ей за то, что удалось продвинуться в решении проблемы даже на этот маленький шажок, что она решила для себя сделать всё возможное, чтобы помочь девушке выпутаться из последствий её авантюры.

Это напомнило ей, что мисс Кэттермоул всё ещё лежит на полу в ванной комнате, ожидая, когда ею займутся. Было бы не слишком хорошо, если бы она пришла в себя за это время и подняла шум. Но достигнув Нового дворика и отперев дверь, Харриет обнаружила, что в «карьере распутника»[46] её арестантка достигла стадии сна. Небольшая экскурсия по коридорам позволила выяснить, что комната мисс Кэттермоул находится на втором этаже. Харриет открыла дверь в её комнату, и в этот момент открылась соседняя дверь, и оттуда высунулась голова.

— Это ты, Кэттермоул? — прошептала голова. — О, извините. — Харриет показалось, что она узнала девушку, которая подходила и разговаривала с мисс Кэттермоул после открытия библиотеки. Она подошла к двери, на которой висела табличка С. И. Бриггс, и осторожно постучала. Голова появилась вновь.

— Вы ожидали увидеть, что пришла мисс Кэттермоул?

— Ну, — сказала мисс Бриггс, — я услышала кого-то у её двери… О! это мисс Вейн, да?

— Да. Что заставило вас сидеть и ждать мисс Кэттермоул?

Мисс Бриггс, у которой поверх пижамы было накинуто пальто, выглядела немного встревоженной.

— У меня была не доделана работа. Я в любом случае бодрствовала. А что?

Харриет посмотрела на девушку. Она была крепко сбитой с простым, сильным, чувственным лицом. Казалась, ей можно доверять.

— Если вы — подруга мисс Кэттермоул, — сказала Харриет, — идите и помогите мне завести её наверх. Она лежит в ванной. Я обнаружила её, когда молодой человек помогал ей перелезть через стену, и она под шефе.

— Боже! — воскликнула мисс Бриггс. — Сильно?

— Боюсь, что да.

— Она — дура, — сказала мисс Бриггс. — Я знала, что однажды она нарвётся на неприятности. Хорошо, я иду.

Они протащили мисс Кэттермоул, поддерживая её с двух сторон, по полированной лестнице и свалили на кровать. В мрачной тишине они раздели её и укрыли одеялом.

— Теперь пусть проспится, — сказала Харриет. — Между прочим, полагаю, что небольшое объяснение не будет лишним. Вы не против?

— Пойдёмте ко мне, — сказала мисс Бриггс. — Горячее молоко, «Оувалтин»[47] или кофе?

Харриет высказалась за горячее молоко. Мисс Бриггс поставила чайник на плиту в буфетной напротив, вернулась, поворошила угли кочергой и села на пуфик.

— Пожалуйста, расскажите мне, — сказала мисс Бриггс, — что произошло.

Харриет рассказала, опуская имена джентльменов. Но мисс Бриггс быстро восполнила пробел.

— Конечно же, это был Реджи Помфрет, — заметила она. — Бедняга. Его всегда оставляют нянчиться с ребёнком. В конце концов, что должен сделать парень, если его преследуют?

— Это нелегко, — сказала Харриет. — Я имею в виду, вы должны иметь некоторый опыт, чтобы изящно выйти из такого положения. Девочка действительно в него влюблена?

— Нет, — сказала мисс Бриггс. — Совсем нет. Ей просто нужен кто-то или что-то. Знаете, она испытала горькое разочарование, когда была разорвана её помолвка. Она и Лайонель Фаррингдон дружили с детства и всё такое, и всё было слажено прежде, чем они выросли. А затем Фаррингдона завлекла наша мисс Флексман, и был ужасный разрыв. Были осложнения. И Вайолет Кэттермоул совершенно пала духом.

— Понимаю, — сказала Харриет. — Такое отчаянное чувство — у меня должен быть свой мужчина — как-то так.

— Да. И не имеет значения, кто. Я думаю, что это, своего рода, комплекс неполноценности или что-то в этом роде. Нужно делать идиотские вещи и самоутверждаться. Вы понимаете меня?

— О, да. Отлично понимаю. Это происходит так часто. Нужно выгнать из себя этого чертёнка… а здесь такие вещи часто происходят?