среди приближенных императора и сама его личность. Если правитель оказывался мудрым и справедливым, как божественный Октавиан Август, империя переживала невиданный расцвет. Если недалеким и жадным, как его наследник Тиберий, то вставали проблемы коррупции, денежных отношений, ущемления прав бедняков. Когда ему наследовал безумный юнец Калигула, Рим погряз в грязных оргиях, крови и жестокости. После того, как Калигулу (к неподдельной радости римлян) убили, на сцену вышел болезненный, трусоватый, но обладавший твердым здравым смыслом Клавдий. Многие его презирали, почитая за ничтожество, но ситуация в империи при нем значительно улучшилась.
Великий пожар Рима в правление Нерона, разразившийся летом 64-го года, стал апогеем бед эпохи этого странного и глубоко порочного человека, оказавшегося на высочайшем троне мира практически случайно, благодаря интригам его честолюбивой матери Агриппины. Еще при жизни Клавдия, своего мужа, она то и дело вмешивалась в государственные решения, но ей этого было мало. Она отравила Клавдия поганками, чтобы расширить свою власть, сделав императором Нерона, своего странноватого юного сына от первого брака, вместо законного наследника Клавдия.
Однако Нерон оказался достойным сыном своей матери, плотью от ее плоти. Когда она стала слишком откровенно давить на него, диктуя, что ему следует делать, Нерон распорядился утопить ее, отвезя подальше в море на корабле с течью. План не сработал, так как Агриппина отлично плавала и спаслась, сумев добраться до берега. Тем не менее, оставить дело неоконченным горячо любящий сын уже не мог, и вечером того же дня солдаты его личной гвардии вспороли родивший Нерона живот мечами.
Так как у Агриппины было немало сторонников, да и в глазах народа вся история выглядела неприглядно, Нерон поспешил выступить с оправдательным словом в Сенате. Момент был очень ответственный, поэтому написать вдохновенную речь он поручил своему многолетнему учителю, воспитателю, блестящему оратору, а с недавних пор и признанному философу Сенеке. Тот так талантливо справился с заданием, что Сенат аплодировал Нерону стоя, удивляясь лишь, почему эту насквозь порочную женщину, форменное исчадие ада, описанное Сенекой, не казнили раньше.
Однако все в жизни непостоянно, а благоволение правителя, да еще такого своенравного, как Нерон – и подавно. Вместо благодарности Нерон стал испытывать к своему учителю ревность. Тот был уже пожилым и умудренным огромным опытом человеком. Решив не испытывать судьбу и зная о ненасытной жадности ученика, Сенека добровольно отдал ему значительную часть своего огромного состояния, а сам отбыл в одну из оставшихся крупных резиденций, где планировал провести в спокойствии и занятиях философией и литературой остаток своей жизни.
Безумие Нерона заходило все дальше, и он объявил себя не просто правителем, но еще и великим поэтом и артистом, выступая на роскошных праздниках в свою честь, строя самому себе гигантские статуи и всячески транжиря казну направо и налево. За несколько лет Неронова правления богатейшее государство мира оказалось на грани разорения. Великий пожар Рима, который, по мнению литераторов, Нерон сам и организовал (для того, чтобы, глядя на зарево огня, написать бессмертную поэму о гибели Трои), вероятно, все-таки возник не по его воле. Правитель к тому времени был не в ладах с рассудком, но все же не до такой степени, чтобы уничтожать собственные роскошные статуи в центре Рима. Но то, что Нерон объявил виновниками пожара секты ранних христиан – несомненно. Обозленным римлянам необходимо было принести кого-то в жертву. Расправы над христианами продолжались почти год и были поистине ужасны.
Через несколько месяцев в Сенате созрел масштабный заговор против Нерона с участием не только верховных патрициев, но даже и начальника его гвардии, которого Нерон грубо высмеял в своих стихах. Тирана собирались зарезать на трибуне арены во время любимых им гладиаторских боев. Помешала случайность: жена одного из сенаторов проболталась подругам, и об этом донесли Нерону. Все участники заговора были казнены. Во время допросов некоторые из них признались, что были горячими поклонниками личности и философских работ Сенеки и отчасти вдохновлялись ими.
В этот раз я был военным, главой отряда римских всадников. Я знал, что у меня в запасе совсем немного времени. До виллы Сенеки было рукой подать: километров двадцать от Рима. Она располагалась в одном из самых живописных мест центральной Италии – городке Альба-Лонга, где по легенде родились основатели Вечного города Ромул и Рем. Рядом находился огромный храм, святилище Юпитера, в котором патриции получали благословение на успешную государственную службу в столице. Вилла Сенеки до наших дней не сохранилась, но о ее облике можно судить по множеству других богатых загородных резиденций той эпохи. Она стояла на берегу прекрасного овального вулканического озера с прозрачной водой, прохладной даже в самое жаркое лето. В наши дни приблизительно в этом же месте находится роскошная загородная резиденция римского папы.
Виллу сторожило сравнительно немного людей. Городок считался респектабельным и спокойным, вокруг жили сплошь представители знати, которые часто посещали друг друга в свободное время. Зато невольников, обслуживающих виллу, было необычайно много – не меньше двадцати человек: садовники, повара, конюхи, посыльные и другие, девушки и мужчины разного цвета кожи. Вилла Сенеки казалась верхом роскоши: белый двухэтажный дом в форме большого прямоугольника с обширным внутренним двором с фонтанами, клумбами растений, цветными мозаиками на полу и стенах.
Увидев наш небольшой вооруженный отряд, защитники виллы лишь поинтересовались целью нашего прибытия и не стали нам препятствовать. Рабы в страхе бросились по углам. Некоторое время я просто стоял посреди двора, созерцая прекрасное искусство вокруг. Прошла, кажется, целая вечность, когда перед нами наконец появился кто-то из хозяев. Но то был не Сенека, а его супруга – стройная, очень ухоженная женщина с правильными, красивыми, хотя и холодновато-строгими чертами лица, одетая в длинную, до пят, облегающую белую тогу с полуоткрытыми плечами. Я знал, что ей было около сорока, но выглядела она на тридцать с небольшим. Аристократка до мозга костей, она смерила нас оценивающим и недобрым взглядом.
– Вас, вероятно, прислал рыжебородый? Мы знали, что нам не отделаться от этого глупца. Но не думали, что сегодня. Не беспокойтесь, муж не станет оказывать вам сопротивления. Он наверху, в своей библиотеке.
– Нет, госпожа, все обстоит как раз наоборот. Нас прислал наместник императора в Испании Сервий Гальба. Как вы знаете, он давно уже находится в натянутых отношениях с правителем. Кроме того, ваш муж, как вам известно, тоже родом из Испании, и его там почитают почти как живое божество. Друзья Гальбы в Сенате узнали, что Нерон приговорил Сенеку к самоубийству, но из-за бюрократических проволочек ему еще не успели донести это послание. По нашим сведениям, у нас в запасе есть
