чувствую, как он становится тверже внутри меня, головка его члена набухает.
Он стонет, и я чувствую, как он взрывается внутри меня, его сперма разливается глубоко внутри меня. И снова он наполняет меня до краев, пока горячее семя не вытекает из меня.
Все еще сидя на коленях у Матео, положив голову ему на плечо.
— Адриана, я люблю тебя, — его взгляд прикован к моим глазам, прожигая меня жаром. — Ты — мой мир.
У меня голова идет кругом, когда я пытаюсь все это осмыслить. Мурашки пробежали у меня по спине.
— Отпусти меня, — говорю я ему, упираясь в его грудь, но он не ослабляет хватку на моей талии.
Вместо этого он притягивает меня ближе, успокаивая взглядом.
— Никогда. Я никогда не смогу отпустить тебя, — его взгляд, кажется, становится только жестче, когда он качает головой, а его голос срывается на следующее признание.
— Боже, помоги мне, Адриана. Почему ты не видишь? Я не могу без тебя. Я не могу тебя отпустить. Это будет равносильно моей смерти, — он на мгновение опускает взгляд, прежде чем снова поднять его и встретиться со мной взглядом, но вместо того, чтобы увидеть в нем бушующую бурю, на этот раз я вижу глубокую печаль. От увиденного у меня сжимается сердце.
Он прерывисто вздыхает, прежде чем продолжить: — Может быть, я слишком навязчив, но я ничего не могу с собой поделать. Все, чего я хочу — это заботиться о тебе, защищать тебя от всего. Я дам тебе все, что ты захочешь. Мне нужно твое постоянное присутствие в моей жизни, — после его слов руки властно сжимаются вокруг моей талии.
— Дай мне время. Прошу.
Время спустя Матео завел автомобиль. Я смотрела в окно, наблюдая, как за окном мелькают деревья, а мои мысли забрели в глубокие раздумья. Мы были вместе уже несколько месяцев, но я все еще не была уверена в своих чувствах.
Я любила его, но что-то внутри меня шептало, что я должна вспомнить. Я начала задумываться, почему я не могу признаться себе в своих истинных чувствах.
Мы продолжали молча ехать по дороге, но в моей голове бушевал бурный беспорядок. Я закрыла глаза, пытаясь сосредоточиться на своих чувствах. Влюбленность и любовь — два таких разных чувства.
Мы подъехали к месту назначения, и я знала, что мне нужно будет наконец-то сделать выбор. Обдумывая все это, я понимала, что невозможно продолжать жить во лжи. И я решила, что настало время открыть свое сердце и признаться в своих чувствах, ведь обманывать саму себя — это еще хуже, чем обманывать других.
— Матео, я влюблена в тебя, но я боюсь того, что если я вспомню вдруг мои чувства к тебе изменяться?
— Я тебя понимаю, — шепчет он. — Я подожду.
— Спасибо. Кстати где мы?
— Здесь мы останемся на определенное время, пока я подыскиваю другой дом.
Почувствовав легкую дрожь от волнения, я открыла дверь нашего временного жилья и вошла внутрь. Вдалеке слышался шум проезжающих машин и пение птиц за окном. Я вдохнула запах свежей краски и новой мебели, который наполнял комнату.
Мои глаза обвели уютную гостиную, в которой располагался диван, телевизор и книжные полки. Углубление стены было заполнено стеклянной витриной, в которой я увидела красивую коллекцию фарфоровых фигурок.
Пройдя в спальню, я обнаружила удобную кровать с мягкими подушками и пушистым одеялом. На столике возле кровати лежала книга и свежие цветы в вазе. В остальных комнатах были зеркала, ковры и другие мелкие предметы, создающие уютную атмосферу.
Я просыпаюсь от легкого поцелуя на лоб от Матео. Размышляя о том, стоит ли открыть глаза или еще немного насладиться моментом тишины и уюта, я вдруг слышу его голос.
— Дорогая, мне срочно нужно уехать на два дня по работе, — его слова звучат как-то странно, словно внезапный холодный порыв ветра на летний день.
Я мгновенно открываю глаза и смотрю на него с недоумением. Он выглядит серьезным и напряженным, прямо обращая внимание на меня.
— На два дня? — я повторяю его слова, надеясь, что это какая-то шутка или недоразумение.
Он утвердительно кивает, и моя грудь сжимается от этой новости.
— Может, тебе не надо уезжать? — спрашиваю я, но он только качает головой и объясняет, что это решение не зависит от него.
Я чувствую, как слезы начинают наталкиваться в глаза, но я не хочу проявлять слабость перед ним. Я улыбаюсь, пытаясь скрыть свою грусть, и говорю: — Ладно, я понимаю. Просто обещай мне, что вернешься как можно скорее.
Он возвращает улыбку и поцелуй на прощание, и я смотрю, как он уходит из комнаты. Я остаюсь одна со своими мыслями, пытаясь подавить комок в горле и справиться с чувством пустоты, которое осталось после его ухода.
Я стояла на кухне, готовя завтрак, когда внезапно раздался оглушающий взрыв. Мне захватило дух, я бросила нож, который держала в руках, и резко повернулась в сторону окна. Сердце забилось сильнее, а ноги сами собой понесли меня к двери, ведущей на задний двор.
Я выбежала на улицу и увидела нескольких мужчин в чёрных масках, которые грубо хватают меня за руки и ноги, поднимая в воздух. Я паникую и пытаюсь вырваться, но их силы оказываются слишком велики. Они тащат меня к машине, я слышу шум движущегося автомобиля, моё сердце бьется как бешеное. Я кричу, прошу их отпустить меня, но мои слова кажутся им не интересными.
Они бросают меня в заднее сиденье и быстро сажаются рядом. Я смотрю в их лица, испуг и страх давят на меня. Я снова прошу, умоляю их отпустить меня, обещаю, что не пойду на полицию, что молчу об этом всю жизнь. Но они только смеются и продолжают двигаться в неизвестном направлении.
Мы едем уже несколько минут, я пытаюсь найти выход из этой ситуации, задумываюсь, как мне убежать, но их силы и численное превосходство кажутся непреодолимыми. Я чувствую, как слезы выступают на глазах, страх охватывает меня по полной программе. Я молюсь, чтобы они отпустили меня, чтобы я вернулась домой живой и невредимой.
Я провожу взглядом суету за окном автомобиля, пытаясь понять, что происходит. Мои руки связаны, а сердце стучит сильнее обычного от страха и неизвестности. Я пытаюсь узнать лица моих похитителей, но их маски закрывают все детали.
Мы подъезжаем к заброшенному зданию, его темные стены кажутся мне угрожающими. Машина останавливается, и мужчины вытаскивают меня наружу. Я слышу их грубое дыхание и шорохи одежды, и это заставляет меня дрожать от страха.
