Мейсон подошел к столу секретаря Суда, взял одну из фотографий, представленных в качестве доказательств, и вернулся на свое место.
– Здесь лежит аккуратно свернутый шланг, присоединенный к крану, находящемуся перед домом. Нужно было только подогнать машину обвиняемой к дому, обильно полить землю водой, свернуть шланг и проехать на машине по грязи. Улики готовы. И все они, по мнению убийцы, покажут на мою подзащитную.
Мейсон перевел дыхание и закончил:
– Леди и джентльмены, думаю, вы согласитесь, что это вполне серьезная гипотеза. Благодарю вас за внимание, господа присяжные заседатели. Мы будем ждать вашего Вердикта.
Мейсон прошел и своему месту и сел.
– Теперь ваша очередь, господин окружной прокурор, – обратился судья Сеймур к Бергеру.
– Ваша Честь, – встал окружной прокурор, – мы не готовы. Мы предполагали, что выступление защиты займет все время заседания.
– Но не заняло, – сказал судья Сеймур. – Выступайте.
Гамильтон Бергер пошептался со своим помощником и начал:
– Леди и джентльмены, все, что только что говорил господин адвокат полнейший вздор. Обвиняемая – хитрая интриганка, это она сделала фальшивые письма от имени А.Б.Видала. Одному Богу известно, что она знала о Морли Тейлмане, но это что-то заставило его отдать деньги. Я хочу, чтобы вы видели ее, как вижу я: хитрая лицемерка, прячущая свою красоту, а потом появляющаяся в образе красавицы, чтобы соблазнить своего хозяина. А эта теория защиты о шланге? Да это же нелепость! Дом давным-давно заброшен! Воду не включали уже много месяцев. Это...
– Одну минуту, Ваша Честь, – перебил Бергера Мейсон. – Я считаю, что господин прокурор ущемляет интересы подсудимой, сообщая факты, которые не являются доказательствами, и трактуя их в ущерб подсудимой. Прошу Суд объявить, что в ходе данного судебного процесса нарушен закон.
– Господин окружной прокурор, – спросил судья Сеймур, – имеются ли в деле какие-нибудь доказательства того, что вода была отключена?
– Нет, Ваша Честь, мы намеревались сделать это частью контрдоказательств.
– И поскольку, Ваша Честь, – продолжал Мейсон, – окружной прокурор не мог упомянуть об этом на законных основаниях, то сознательно нарушил закон. Это вопиющий пример нарушения закона.
– Это действительно так, – признал судья Сеймур. – Прошу присяжных не принимать во внимание замечания господина прокурора. Правда, я сомневаюсь, чтобы такое нарушение могло быть исправлено предупреждением судьи. Господин окружной прокурор, это очень серьезное нарушение закона.
– Ваша честь, – сердито сказал Гамильтон Бергер, – я не намерен сидеть и слушать, как господин адвокат морочит голову присяжным, создавая впечатление, что все дело в том, что кто-то побрызгал водой перед зданием, когда там и воды-то не было. Это же нелепо! Из-за какого-то шланга...
– Если вы хотели убедить присяжных заседателей в том, что нет доказательств, что в трубах была вода, – прервал его судья Сеймур, – вы могли сделать это, не нарушая норм. Но вы пошли дальше и категорически заявили, что вода была отключена.
– Но она была отключена! – возразил Гамильтон Бергер.
– Достаточно, – сказал судья Сеймур. – Суд намерен признать, что в ходе данного судебного процесса был нарушен закон. Господа присяжные заседатели, Суд весьма сожалеет, что сложилась такая ситуация. Тем не менее это так. Господин окружной прокурор допустил серьезное нарушение закона, и я согласен с защитой. Другими словами, если будет вынесен обвинительный Вердикт и подана апелляция в Верховный Суд, у меня нет ни малейшего сомнения, что Верховный Суд отменит приговор на основании нарушения закона окружным прокурором. Да это и не понадобится, потому что уже наш Суд без колебаний назначит новое слушание дела на основании этого нарушения. Можете садиться, господин окружной прокурор.
Гамильтон Бергер с побелевшим лицом и дрожащими от ярости губами подошел к столу. Он хотел что-то сказать, но промолчал и медленно сел на свое место.
– Разрешите мне сделать заявление Суду? – спросил Мейсон.
– Это зависит от того, какое вы намерены сделать заявление, – ответил судья Сеймур, не скрывая своего гнева.
– Я согласен с Судом, что нарушение не может быть исправлено предупреждением, но предлагаю вновь открыть слушание дела с тем, чтобы выслушать компетентного свидетеля. Я не желаю извлекать для себя пользу из этой ситуации. Если вода действительно была отключена, мы продолжим слушание дела. Я заново начну прения, и обвинение сможет мне возразить.
– Не собираюсь делать ничего подобного, – заявил Гамильтон Бергер.
– Вы отказываетесь от предложения защиты? – спросил судья Сеймур.
– Отказываюсь.
– В таком случае, – сказал судья Сеймур, – Суду не остается ничего другого, как объявить нарушение закона в ходе судебного процесса.
– Извините, подождите минутку, – заторопился Бергер, – пожалуй, мне лучше посоветоваться со своим помощником. Если Суд позволит...
Гамильтон Бергер с белым от злости лицом и дрожащими губами наклонился к Раскину, и они принялись шепотом совещаться. Раскин возбужденно спорил. Гамильтон Бергер был настольно зол, что даже не мог внимательно слушать. Он свирепым взором обводил зал и наконец неохотно кивнул:
– Ваша Честь, мы принимаем предложение защиты. Конечно, нам потребуется некоторое время, чтобы получить данные из водопроводной компании, но заверю Суд, что к половине четвертого мы представим сведения о том, что вода отключена уже больше года.
– Если защита не возражает, слушание возобновится в пятнадцать тридцать, для того чтобы получить сведения относительно работы водопровода. Вы удовлетворены, мистер Мейсон?
– Удовлетворен, Ваша Честь, – ответил Мейсон.
– А обвинение? – спросил судья Сеймур.
– Да, Ваша Честь.
– Суд объявляет перерыв до пятнадцати тридцати.
Когда зал опустел, Пол Дрейк нахмурился.
– За каким чертом ты сделал это, Перри?
– Что именно? – удивленно осведомился Мейсон.
– Дал Бергеру соскочить с крючка. Судья же давал нарушение закона.
– Ну и что? Дженис осталась бы в тюрьме, назначили бы повторный Суд и, возможно, вынесли бы обвинительный Вердикт. А теперь я добьюсь оправдания.
– Добьешься? Как?
– С момента, как я увидел на фотографии свернутый шланг, я надеялся, что мне удастся заманить обвинение в эту ловушку. Теперь они попытаются доказать, что вода отключена уже много месяцев.
– И тогда твоя теория лопнет, как мыльный пузырь, – буркнул Дрейк.
– А тогда пусть Бергер попробует убедить присяжных, – усмехнулся Мейсон, – что человек с положением Морли Тейлмана мог выбрать для любовного свидания место, где нет воды ни в ванне, ни в канализации! Мы еще посмотрим, чья возьмет.
