Читаем без скачивания Продавец королевств (СИ) - Леонид Кондратьев

Сестра Анна завопила словно ее резали, пытаясь незаметно спрятать пистолет поглубже в свою отличающуюся изрядным минимализмом одежду. Дроу немного подумала и стала ей попевать, закрыв лицо руками и пряча во рту маленькое лезвие, смоченное парализующим ядом, к которому у самой Инельды давно был выработан иммунитет.

— О какие кобылки! — один из хозяйственно спрыгнувших на борт джонки разухабистого вида то ли малазийцев то ли китайцев, окинул наполненным неприкрытым мужским интересом взглядом сжавшихся у борта девушек. Реакция застигнутых врасплох жертв на обвешанных автоматами и кровожадно выглядящими мачете для рубки бамбука головорезов была абсолютно прогнозируемая и вполне привычная, поэтому новые хозяева приступили к неторопливому обследованию своего, уже своего кораблика, без особой спешки и нервов.

Рывком выдернув из пространства между какими то пропахшими рыбой ящиками «потерявшую сознание» монашку и легко закинув ее себе на плечо капитан пиратской шхуны, судя по раздаваемым им на лево и направо командам, протянул в сторону Инельды руку и на ломанном английском приказал:

— Красотка идет со мной. Иначе я ее немного резать.

Размышления, если и отразившиеся на лице иллитири, то были полностью растворены в изумительнейшей маске отчаянья и страха, нарисованной легчайшими воистину профессиональными штрихами эмоций. И если Станиславский был бы ещё жив, то лишь при одном взгляде на лицо дроу, он бы отдал многое если не все чтобы перетащить такую одаренную актрису в свою группу.

Ой, идиоты! — Думала дроу, шагая по палубе корабля охотников на оказавшихся без защиты женщин. — Ой, придурки! Да с их трупов, похоже, и взять то особо нечего будет! Тащить на плече пленницу без предварительного обыска, ограничившись простым облапыванием? Да чтобы при подобной процедуре что-то нашлось, это что-то должно быть тяжёлым двуручником! А меня так и вообще всего один хуманс с какой-то подозрительно ржавого вида автоматической хреновиной контролирует, да и тот слишком близко прижался, пытаясь легкими ударами оружейного ствола по ягодицам намекнуть, чего попавших в руки этих животных самок ожидает.

— Шагай-шагай! — подтолкнул ее в спину, вернее чуть ниже, узкоглазый конвоир, смотрящий тем не менее, в сторону оставленной без экипажа лодки. Там проводили поверхностный осмотр в поисках различных заначек и кто-то уже тащил топор, чтобы прорубить днище. — Чёрная, — дорогу пленницам заступило косматое и седое нечто, похожее на форму жизни, зародившуюся в глубинах парикмахерской, где стригли исключительно пожилых тружеников ликвидации радиационных катастроф. — Плохо. Дешёвая будет.

— Чёрная, — не оборачиваясь согласилось оригинальной транспортное средство сестры Анны. — Но хорошая, по европейски ладная, а не пугала желтоглазое, каких сами негры любят. Будет стоить меньше, чем белая, но тоже не мало. Так, помоги мне открыть дверь.

Путь девушек и их пленителей завершился у надстройки, где, очевидно, находился спуск в глубины шхуны.

— Гляди-ка, — мысленно удивилась глава гильдии убийц, скрываясь в трюме и изготавливая лезвие во рту для прицельного плевка. — Или у меня начались слуховые галлюцинации, или у этого чуда действительно есть мозги! Вот только как он умудряется столь виртуозно ими не пользоваться?

— Ну-с, — завернув в ближайшую каюту моряк, или, скорее, пират уронил монахиню в мини юбке на стоящий практически у входа топчан и немедленно полез к ней под одежду. Служительница культа вяло завозилась, «приходя в сознание» и якобы пытаясь сопротивляться.

— Опа! Что это тут у нас! В его руке красовался маленький блестящий револьверчик. Конвоир дроу тем временем решил, что он свою задачу выполнил и тоже может переходит к более активным действиям. Он даже отложил в сторону свой ржавый автомат, чтобы тот не мешал ему развлекаться, а для излишней гарантии собственной неотразимости извлек из-за пояса нож, которым попытался немного пощекотать гордую дочь подземелий.

— Если бы мои наставники, чтоб их пауки сожрали, увидели, как мне пытается угрожать железом такой неумеха, они бы померли, — решила Инельда, с взвизгом вжимаясь в стену и хватаясь за руку человека, якобы чтобы уберечь себя от пореза. Лезвие, покинувшее ее рот, вонзилось неудачливому насильнику в глаз, не убив на месте, но мгновенно парализовав, и главе гильдии убийц пришлось придерживать свою очередную жертву, чтобы та в падении не наделала шума. — От хохота!

— А у сучки плохие игрушки, — зловеще усмехнулся капитан морских разбойников, отвешивая девушке не сильную, скорее даже символическую пощечину. — Опасные и глупые сразу. Кто, интересно, надоумил тебя таскать с собой подобную пукалку? Да из нее даже чтобы застрелиться, придется изрядно помучиться и то не факт, что получится с первой попытки.

— Не надо, — замахала руками на мужчину сестра Анна, — не бейте! Это подарок мамы! Она дала мне его на случай, на случай… В помещении раздался громкий хлопок. Главарь пиратов с удивленным выражением лица завалился на топчан, который стал не ложем любви, пусть даже насильственной, а последней в его жизни опорой.

— Дебил, — устало выдохнула сестра Анна, тиская в руках еще один маленький пистолетик, только телесного цвета и практически плоский. Извлекла она его, если глаза дроу не обманывали, откуда-то с внутренней стороны бедра, где тот крепился непонятным непосвященным образом. — И вожак большой стаи дебилов. А у меня к берете всего один запасной магазин!

— А зачем нам она? — философски осведомилась Инельда, обшаривая трупы. — Здесь, думается мне, и без нее найдется целый арсенал.

— Да щас! — не согласилась с ней монашка. — Подруга, брось этот хлам, работай лучше своими ножиками. У этих косоруких недоумков такое расстрелянное до состояния металлолома оружие, что траекторию полета пуль из него не возьмется наметить ни один предсказатель!

Попытка высунуться в коридор привела к закономерному срабатыванию первого пункта закона подлости — того самого говорящего о том что подлянки всегда случаются неожиданно.

И неожиданность эта заключалась в том что в открытый проем трапа упал один из пиратов, совершенно бездарно упал, обнимая большую пластиковую канистру, еще недавно бывшую бензобаком на той злосчастной джонке. Упал, прокатился по трапу, с влажным хрустом ломая правую ногу в районе бедренной кости и заорал. Наверное, ни одна судовая сирена не в состоянии повторить интенсивность и самое главное смысловую наполненность данного вопля — просто по той причине, что затащить оную в длинный узкий резонирующий коридор не додумался бы ни один идиот. Рванувшаяся было к катающемуся по настилу и завывающему малазийцу дроу быстро поняла всю бесперспективность этого действия, стоило лишь ей расслышать множественный дробный перестук ног по ржавому металлу трапа. В результате все же сделавшая несколько шагов Инельда оказалась прямо на виду высыпавших на крик, как горох из мешка бандитов.

— Дьявол! — сказал кто-то из них и начал медленно-медленно, словно ему вдруг парализовало все мышцы, тянуться к болтающемуся на поясе пистолету. Остальные вообще опешили от необычности ситуации, в которой уже пойманная добыча не только сбежала, но и, кажется, готовится сопротивляться, и впали в ступор. Возможно, на скорость их реакции оказал воздействие и тот факт, что оружия в руках Инельды не было видно, поскольку четыре метательные иглы лежали вдоль тонких изящных пальцев и могли быть обнаружены только кем-то, имеющем рентгеновское зрение. Ну а сестра Анна с пистолетами в обоих руках прикрывала спину новоявленной подруги и, заодно, надежно ей заслонялась. Так или иначе, сходу морские разбойники приветствовать девушек огнем не стали. А потом уже и не смогли в связи со скоропостижной смертью.

Чтобы достать пистолет из кобуры, застегнутой, а как же иначе, при морской болтанке ведь вылетит в момент, требовалось секунды три. Ну, пусть две. Глава гильдии убийц, аристократка дроу в неизвестно каком поколении, персона, привыкшая выживать там где выжить невозможно и убивать тех, кого и поцарапать то нельзя, за это время могла пустить в ход сразу несколько боевых заклятий, слабых, конечно же, но людям, у которым от боевой магии никакой защиты не было, хватило. Три воздушных лезвия, ударивших на высоте колен, пояса и шеи вмиг превратили внутренности пиратского корабля в филиал бойни.

Впрочем — это больше походило на танец, экзотичный, чем то похожий на восточные танец, когда гибкое женское тело с повадками пантеры или бесшумно кусающей свою жертву кобры протанцевало между по какой-то причине застывшими в ступоре бандитами. И даже брызги крови как будто подчиняясь кисти художника ложились на покрытые ржавчиной и отслаивающейся краской металлические стены коридора кровавыми крыльями фантастических мотыльков… Пытающихся взлететь мотыльков, переродившихся из сползающих и все еще содрогающихся безобразных и бессмысленных куколок человеческих тел. И даже взвизг ушедшей в рикошет случайной пули, вырвавшейся из ствола упавшего на пол видавшего вида пистолета, не смог прервать миг совершенства и красоты, творимый рукой профессионала. Tra shasin mi talor — «Танец кровавых лепестков» исполняемый в таком вот неподходящем окружении, не на черном вулканическом песке главной арены храма Ллос дома Hun'ett… и никто вокруг не слышит рокота каменных барабанов звучащих громче и сильнее ударов своего сердца.