Комдив позвонил командиру корпуса и уточнил время атаки. Оставшееся время было использовано на завершение подготовки к действиям. И вот в 10 часов утра 17 февраля 1943 года загрохотали орудия. Более тридцати минут длилась огневая подготовка. Затем батальоны 57-го и 60-го гвардейских полков устремились вперед. Противник поначалу оказал слабое сопротивление, ведь основные его огневые точки на первой позиции были уничтожены нашей артиллерией. Гвардейцы быстро продвинулись на девятьсот — тысячу метров, держа направление на Ново-Владимировку и станцию Радушное. Однако гитлеровцы вскоре опомнились, открыли сильный артиллерийский и минометный огонь из глубины обороны и предприняли контратаки со второй позиции. Завязался тяжелый бой. Сил в полках для прорыва, второй позиции не хватало. Противник стремился восстановить положение, предпринимая контратаки, которые следовали одна за другой. Наши батальоны оказались в тяжелых условиях. Они лежали на снегу между первой и второй позициями врага. Замерзшая земля трудно поддавалась, окапываться было нелегко, пронизывающий ветер со снегом леденил тело. И все же все контратаки противника были отбиты. Однако оставлять подразделения в чистом поле было нельзя. Это понимали все. Их надо либо отвести в немецкие траншеи, либо во что бы то ни стало выбить врага из населенных пунктов, находящихся впереди.
— Я еду в 60-й полк, к Халепе, — решил комдив и приказал мне: — А вы, Бологов, в 57-й, к Цорину. Все равно отсюда ни черта не видно. Там, на месте, разберемся и организуем захват населенных пунктов.
В 57-м полку мы с командиром и начальником штаба проанализировали обстановку и решили, продолжая демонстративную атаку с фронта, главными силами полка обойти по балке Чабанка опорный пункт врага в Ново-Владимировке и ударить по нему во фланг и тыл. Продолжавшаяся пурга помогла скрытно совершить этот маневр. Примерно в 16 часов 1-й стрелковый батальон под командованием капитана В. С. Чистякова ворвался на северозападную окраину Ново-Владимировки. В это же время возобновили атаку с юго-востока основные силы этого батальона.
Противник открыл сильный артиллерийский огонь. Его снаряды начали рваться в районе наблюдательного пункта полка. Один снаряд из них разорвался рядом с окопом, из которого мы с подполковником Цориным вели наблюдение. Взрывной волной меня отбросило к стенке окопа, и комья мерзлой земли посыпались на меня. Через две-три минуты я вскочил, отряхнул землю и увидел, что около Цорина возится его адъютант.
— Что с командиром? — с тревогой спросил я.
— Ничего страшного, больно плечо и, наверное, повредило ногу, — ответил мне сам Цорин.
Санинструктор, появившийся вскоре, осмотрел Цорина и доложил мне, что небольшой осколок застрял у него в плече, а второй — в правой ноге. Цорин и слышать не хотел о направлении в медсанбат, но по приказу комдива все-таки был отправлен туда. Полк временно возглавил его заместитель майор Тамбиев.
Между тем бой за Ново-Владимировку продолжался. Как и предполагалось, противник из-за сильной пурги не заметил маневра первого батальона и роты второго, которые развернулись не далее чем в ста метрах от окраины села. Капитан В. С. Чистяков приказал командиру пулеметного взвода лейтенанту Н. М. Новикову занять позиции на левом фланге батальона и по установленному сигналу открыть огонь вдоль улиц северной части села. Взвод 45-мм пушек младшего лейтенанта Т. Т. Венедиктова выдвинулся вперед для ведения огня по пулеметным точкам врага.
Сквозь пургу мы заметили три красные ракеты. Это был сигнал капитана Чистякова. И тут же дружно заговорили пулеметы, ударили сорокапятки, поднялись в атаку цепи второго батальона. Сначала фашисты обрушили на второй батальон сильный пулеметный и автоматный огонь, но вскоре, почувствовав угрозу с флангов и тыла, начали отходить к центру села, однако было уже поздно. Пулеметы Новикдва отсекли им путь, а в центре села, сея смерть врагам, действовали разведчики полка во главе с сержантом А. Я. Прозорским. Не прошло и часа, как полк овладел селом.
На другом фланге дивизии в это время вели тяжелый бой за станцию Радушная подразделения 60-го гвардейского полка. К исходу дня генерал Тихонов приказал Основскому нанести по станции огневой удар с привлечением всей дивизионной артиллерии. Только после этого полк овладел станцией Радушное. И все же прорвать еборону противника на всю глубину не удалось.
Поздно вечером разведчики 60-го полка, просочившись в тыл врага, донесли, что в районе совхоза № 20 обнаружили скопление танков и штурмовых орудий противника. Получив эти данные, Тихонов сказал:
— Надо принять все меры против угрозы на левом фланге. Немцы определенно бросят там в бой танки, причем не позднее завтрашнего утра.
Он отдал распоряжение Основскому срочно развернуть противотанковый дивизион на левом фланге 60-го полка и быть готовыми к отражению танков противника. Затем, повернувшись к начальнику штаба, приказал:
— Прошу передать распоряжение командирам 60-го и 57-го полков о подготовке к отражению предполагаемого натиска противника с направления Соц-городка. Кроме того, надо усилить 60-й полк саперами. Пусть ставят минные поля внаброс на путях возможного движения немецких танков.
Как и предполагал комдив, утром 18 февраля противник силою до полутора батальонов пехоты с двумя десятками танков после мощного артиллерийского налета атаковал станцию Радушное, одновременно бросил пехоту при поддержке штурмовых орудий и против 55-го полка, обеспечивая главный удар на Радушное. Наши артиллеристы встретили врага массированным огнем. Истребительно-противотанковая батарея под командованием старшего лейтенанта В. И. Сухорадова сразу подбила три танка и уничтожила до 15 фашистов. Командир огневого взвода 1-го дивизиона 45-го артполка младший лейтенант С. В. Кырнышев поджег один танк и уничтожил два пулемета с расчетами.
Успехи, артиллеристов в первом же столкновении о вражескими танками радовали нас, но общая картина боя складывалась явно не в нашу пользу. Несмотря на потери, враг, имея превосходство в силах, продолжал продвигаться вперед, стремясь окружить и уничтожить 60-й полк.
С каждой минутой обстановка накалялась. С НП мы видели, как героически сражались гвардейцы полка С пехотой и тяжелыми танками противника. И все-таки пять вражеских танков с автоматчиками прорвались на северную окраину села. Бои шли за каждый дом и двор, связь с командирами батальонов часто прерывалась, и подразделения дрались самостоятельно, но не отступали ни на шаг. Особенно трудная обстановка сложилась на участке роты лейтенанта Г. А. Шаркунова. Этот отважный офицер был ранен, но продолжал управлять боем. В роте оставалось всего пятнадцать бойцов, многие из которых были ранены. Вражеские танки, в том числе и огнеметные, утюжили неглубокие окопы наших подразделений.
(adsbygoogle = window.adsbygoogle || []).push({});
